Владимир Голубченко – Тайна ордена Еретиков (страница 28)
– Памятник, но у Итальянцев история прямо под ногами, так что не стоит удивляться такому, – Южин удрученно махнул в сторону убожества современных художников и легко толкнул Питера в плечо: – Карта, нам нужна карта!
– Да, да! – стряхнув с себя некоторое удивление отозвался вор и суетливо выудил небольшой сверток из внутреннего кармана: – Праведный Павел устремлен к воротам познания… – читая короткую фразу, Питер артистично взмахнул свободной рукой и вытянувшись в струнку воззрился на компаньона.
– Значит Павел, – не обращая внимания на кривляние вора, повторил Южин.
– Что это значит?
– Праведный Павел, это скульптура… Скульптура на мосту, – историк быстро указал пальцем на возвышающуюся над головой исполинскую скульптуру: – Апостол Павел, был одним из первых перебежчиков. Изначально принимал участие в гонении первых христиан, но однажды к нему явился бог, точнее его укоризненный голос и Павел уверовал! – деловито ощупывая каждый камень древнего сооружения, Южин продолжал краткий экскурс: – После чего этот парень успел написать большую часть нового завета… И вот прямо над нами его изваяние! – подытожил профессор и вопросительно воззрился на подельника: – Там больше ничего нет?
– Есть, – не смевший перебивать спутника Беркли сразу ответил: – Три плашки вглубь!
– Три плашки вглубь, три плашки вглубь… – незаметно шевеля губами Иван словно мантру повторял эти три слова. Вытянувшись на носках, Южин с силой надавил на одну из огромных плит. Отшатнувшись назад, историк сосредоточенно воззрился на древнюю кладку.
– Ничего не происходит? – ехидно спросил Питер.
– Как видишь!
– Возможно стоит посмотреть вниз?
Обернувшись к подельнику, Южин увидел довольное лицо Питера, указывающего на воду:
– Три плашки вглубь, наверное, тут о воде.
Взглянув на старинную кладку, историк понял, что третья плашка находится под водой. С берега ее нельзя достать, поэтому кому-нибудь придется спуститься в воду.
– Ну что, профессор… Пришло время промочить ноги… – засмеялся Питер.
– Мне? – удивился историк.
– Ну не мне же, все это твоя затея, так что, прошу… – в карикатурном реверансе прошептал Питер.
– Я думал ты профессионал и с такой задачей справишься гораздо быстрее чем я, – недовольно отозвался историк и сбросил громадную сумку со снаряжением.
– Профессионал, поэтому я останусь тут и буду профессионально руководить, а еще следить, чтобы нам никто не помешал, – давясь смехом ответил Питер.
В это время года, воды Тибра не были ледяными, но все же они оставались отвратительно грязными и окунаться в них совсем не хотелось. Южину пришлось собрать всю свою воль в кулак и рывком спуститься в освежающий поток. Спустившись в недра реки, Иван не стал терять времени и быстро найдя заветную плашку с силой навалился на нее всем телом. Уже спустя мгновение отпустив камень, историк выпрямился в полный рост и противясь потоку воды взглянул в глаза подельнику.
– Значит вглубь? – недовольно спросил историк.
– Что? Никак?
– И опять же, как видишь…. Южин даже не пытался скрыть своего недовольства.
– Вряд ли камень так просто поддастся, попробуй сначала расшатать его, – с этими словами, Питер протянул историку небольшой перочинный нож: – По швам вокруг плиты! – вновь улыбнувшись сказал Питер.
Не давай Питеру очередного повода поглумиться, историк воспользовался переданным инструментом. Прислонив к краю заветной плиты нож, историк стал аккуратно раскачивать каменное полотно из стороны в сторону, при это продвигая широкое лезвие все глубже и глубже в основание кладки.
Спустя минуту манипуляций, профессор уже был готов бросить попытки и найти иной выход, как вдруг, где-то в недрах древней опоры раздался глухой звук металлических шестерней пришедших в движение и в следующее мгновение за спиной Питера раздался сдавленный рык.
Устремив свои взоры к источнику звука, расхитители увидели, как небольшая часть древних плит, прежде казавшихся ровной стеной, качнулись стряхивая с себя многовековой слой пыли. «Дверь» отодвинулась лишь на пару миллиметров, но этого было достаточно. Искомый проход был обнаружен.
Рывком выпрыгнув из воды, профессор в одно мгновение подскочил к проходу и с благоговейным трепетом коснулся прохладного мрамора.
– И все? – Питер не разделял детской восторженности Южина.
– Думаю механизм также, как и под водой от старости поизносился, – пояснил историк: – Давай, помоги! – с этими словами профессор всем весом навалился на заветную дверь.
– Ну, давай попробуем, – пробурчал Питер и вместе с историком принялся толкать каменную глыбу.
Неохотно, но все же дверь распахнулась и в следующее мгновение перед взором парочки новоиспеченных расхитителей древностей предстал длинный коридор, плавно уходивший вниз, глубже под земли Рима.
– Хватай свою сумку и пошли, – голос Питера был неожиданно серьёзным: – Не хватало нам еще парочки непрошенных гостей!
Глава 39
Рим, Италия
16 сентября 2021 года, 20:12
Глубоко вздохнув, Питер сделал шаг, переступая порог катакомб, в существование которых и не верил еще две минуты назад. Вдыхая спертый воздух подземелья, вор отчетливо различал ярко выраженный аромат сырости и плесени. Очевидно под гнетом времени подземное строение перестало выдерживать натиск тяжелых вод Тибра, и влага стала проникать в недра тоннелей.
Громкий скрежет массивной каменной глыбы, медленно возвращавшейся на свое место и вновь закрывающей проход в катакомбы вырвал озабоченного Питера из забытья. Резко обернувшись, он готов уже был прийти на помощь, раскрасневшемуся историку, изо всех сил толкавшему часть каменной стены, но характерный щелчок задвижки и кромешная тьма возвестили, что профессор справился сам.
– Спасибо за помощь! – пытаясь справиться с отдышкой выпалил историк.
В непроглядном мраке Беркли не мог рассмотреть лицо, Южина, но и без этого понимал, какую гневную гримасу надел на себя историк.
– Рад стараться! Обращайтесь! – не смог удержаться вор, – У Тебя в сумке фонарь, давай, доставай, Индиана Джонс! – дав профессору минуту, чтобы перевести дух наконец сказа Питер.
И вновь тишина, лишь приглушённые звуки открывающейся молнии. Спустя мгновение по подземному сооружению раскатился щелчок фонаря и вот искусственный свет с силой ударил в лицо улыбающегося Питера.
– Ах, черт! В глаза! – завопил вор, пытаясь прикрыть лицо руками.
– Спокойно, ты же профессионал, – ехидно улыбаясь прорычал Иван и пару раз взмахнул тяжелым фонарем.
– Хватит!, – беспомощно размахивая руками вскрикнул Питер.
– Все, все! – направляя луч вглубь темного коридора ответил Южин: – У нас всего один фонарь? Мы собрались в подземелье и взяли всего один фонарь?
– Нет, не один! – часто моргая, пытаясь привести зрение в порядок нервно ответил Беркли: – Пока хватит и одного!
– Ясно! – быстро выпалив, профессор и снова направил свет в лицо Беркли.
– А! Да за что?
– Случайно, – с трудом сдерживая смех, ответил историк и не дожидаясь очередного недовольного восклика, двинулся к недрам катакомб.
Осторожно ступая по неровному полу, покрытому толстым слоем мха, Южин с интересом рассматривал свод и стены длинного коридора. Некогда прямые линии строения деформировались, а тяжелые деревянные балки, призванные сохранить целостность конструкции успели прогнить. В некоторых местах перекрытия благополучно осыпались вместе с кусками глины и известняка.
Глубоко присев под очередной пострадавшие от влаги балкой, Южин невольно оглянулся на спутника, не проронившего ни единого слова после небольшой перепалки на входе. Сосредоточенно озираясь по сторонам, Беркли в нерешительности остановился перед очередным завалом и лишь спустя мгновение смог двинуться дальше. Видя нерешительность Питера, профессор невольно прыснул смехом.
– Что смешного? – немного смутившись спросил Питер, протискиваясь между развалин.
– Тебя что-то тревожит?
– Отчего же? Мы ищем непонятно что, непонятно где и теперь есть большая вероятность быть раздавленный каким-нибудь валуном! – вставая в полный рост прокряхтел Беркли: – Всегда мечтал сдохнуть в подобном месте!
– Сегодня мы не умрем, – буднично ответил Иван и вновь двинулся вглубь подземелья.
– Откуда тут вообще катакомбы? Я думал такое бывает только в книжках и видеоиграх.
– Ну как видишь, не только в книгах… Весь Рим стоит на подобных катакомбах, – глубоко вздохнув сказал историк: Общая протяженность подземных тоннелей свыше девяноста миль. В Риме целая система тоннелей… Идеальный лабиринт.
– Город под городом?
– Город мертвых, если быть точным… – не без удовольствия принялся разъяснять Иван: – …Эти подземелья представляют из себя многочисленные захоронения, свыше семисот тысяч душ нашли свою покой в этих лабиринтах. Это сооружение зовется «Цемметерием», – Южин остановился и оглянувшись к спутнику добавил: – Итальянцы всегда были крайне практичны!
– Значит мы сейчас идем в чьей-то могиле? – поежившись спросил Питер.
– О, нет. Этот тоннель явно строился лишь с одной целью. Он соединяет вход, через который мы попали сюда и что-то еще, – вновь остановившись, профессор коснулся влажной стены: – Видите ли, в склепах захоронения происходили не совсем традиционным способом. Хоронили прямо в стенах, в специальных выемках – усыпальницах, – Иван широким жестом обвел помещение: – Порой по несколько человек за раз, так что, если бы это была могила, мы бы уже наткнулись на останки.