Владимир Голубченко – Тайна ордена Еретиков (страница 24)
Бессознательных беглецов тотчас схватили под руки и бросили в быстро подогнанный фургон. События, произошедшие на парковке, развернулись так стремительно, что Беркли даже не успел посчитать сколько наемников было задействовано в похищении, но зато прекрасно рассмотрел марку фургона и его номерной знак.
На всякий случай, бывалый вор пригнулся под рулевое колесо, когда машина похитителей выкатила на основную дорогу и не спеша двинулась в сторону выезда. Удостоверившись, что даже самая маленькая возможность быть увиденным миновала, Питер распрямился и вставил ключ в замок зажигания. Машина похитителей успела удалиться на пару кварталов, но для Питера следить не в первой. Спокойно вырулив на проезжую часть, вор так же неспешно направился по следам похитителей.
Чуть позже, пересекая городскую черту, ведомый парой красных огней, Беркли загадочно улыбнулся и обращаясь к самому себе тихо шепнул: – «Ну что, не получилось отдохнуть от приключений?». Всматриваясь в темноту, сквозь которую виднелись заветные фонари, мужчина инстинктивно коснулся ноги. Поглаживая бедро, на котором София оставила отметину, напомнившее о себе, после длительной поездки, вор коротко посмотрел на пассажирское сиденье подле себя. Два черных «Вальтера ППК» с длинными глушителями были заряжены и готовы к работе.
Глава 33
Пригород Брюсселя, Бельгия
15 сентября 2021 года, 19:59
Не успело миновать и суток с тех пор, как коллекционер Планкин познакомил Южина со своим радушным гостеприимством в виде стула в допросной комнате и града болезненных ударов, и вот Иван вновь обнаружил себя в подобном положении.
Придя в себя, историк не предпринял попыток вырываться. Он понимал, что веревочный капкан, что удерживал его руки за спиной, был сделан умело и любая попытка дергаться была бессмысленной, ну а уж про крики и мольбе о помощи не стоило и думать.
Стараясь справиться с головной болью и привести зрение в порядок, он сильно зажмурился, мысленно сосчитал до десяти и медленно поднял веки.
Увидев помещение, в котором он находился, профессор не смог удержать нервный смешок. Южина заперли в очередной комнате, достойной размещаться в каком-нибудь музее. Компанию историку в этот час составляла огромная книжная полка, на которой длинными рядами разместились ветхие фолианты с потрепанными торцами. Оглядывая свою «Темницу», историк обратил внимание на несколько рыцарских доспехов разных эпох, сохранившихся в идеальном состоянии, ну и конечно с дюжину потрясающих картин, увешанных по всему периметру комнаты. В сравнении с прошлой «допросной комнатой», эта несомненно проигрывала в размерах. Зал Планкина был раза в четыре больше, но изысканности и вкуса в нем было на порядок меньше. Историк даже ненадолго отвлекся от всего, что с ним происходит чтобы с интересом изучить утонченную обстановку.
–Что Вас так позабавило? – из темного угла комнаты раздался холодный, скрипучий мужской голос.
– Что? Кто здесь? – тотчас устремив взгляд в непроглядную тьму, из которой доносился противный голос шепнул историк.
– Почему вы смеетесь?
– Покажитесь!
– Как пожелаете…
Спустя мгновение из темноты тихо жужжа выехало электрическое кресло, управляемое неизвестным мужчиной преклонных лет. Лицо мужчины было испещрено глубокими морщинами, бледное и узкое, оно было обрамлено копной седых волос, завязанных в нелепый пучок на макушке. Мужчина выглядел изможденным, его болезненно красные, блестящие глаза, словно находились глубоко в черепе и оттуда нервно глядели на историка.
Как казалось профессору, он был готов к этой встрече, с кем бы она ни состоялась. Но этот человек выглядел так, словно смерть уже держала его за руку, стоя подле плеча, что сразу обескуражило пленного.
– Что-то не так? Вас что-то смущает? – мужчина с удовольствием, надменно наблюдал за растерянным пленником.
– Что с девчонкой? – на смену испугу, в глазах профессора загорелся огонек презрения и ненависти.
– Что с Вами? – прищурившись отозвался седовласый: – Вы не понимаете, что я спрашиваю? Я задаю вопрос, но вы его игнорируете. Может мои ребята слишком сильно приложили Вас? – мужчина говорил уничижительно, он явно чувствовал, себя королем положения, а эта нелепая попытка пленного казаться грозным, была обречена на провал.
Замолчав, очередной пленитель предоставил Ивану возможность выговориться, но ответом болезненному мужчине стала лишь громогласная тишина и он снова заговорил:
– И так, давайте для начала познакомимся! Кто вы такой?
– Я ничего Вам не скажу, пока не узнаю, что с девушкой.
Услышанное не понравилось седовласому и несмотря на попытки казаться спокойным, скулы запульсировавшие под дряблой кожей выдавали его.
– Мне казалось мы закончили с Вашими препирательствами… – выдержав томительную паузу наконец заскрипел мужчина: – …Поверьте, не Вы устанавливаете правила… Не Вы!
Закончив фразу, мужчина толкнул рычаг управления и кресло медленно двинулось навстречу историку. Медленно подкатив к своему пленному, мертвенно бледный мужчина взглянул ему в глаза и быстро зашептал:
– Перестаньте строить из себя смелого человека! Поверьте, я таких видел на своем веку несчетное множество и как ни странно, на поверку вы все одинаковы, под конец всегда ноете и молите о пощаде! Поверьте, я смогу разговорить Вас, мне даже не придется для этого напрягаться! – с этим словами, мужчина развернул кресло и вновь направился к темному углу комнаты. Медленно двигаясь на свое место, он коротко бросил через плечо: – С вашей подружкой все хорошо. Ей сильно досталось, поэтому мы вызвали для нее лекаря. Позже она присоединится к нам.
Неотрывно глядя вслед медленно откатывающемуся креслу, Южин облегченно вздохнул. Он понимал, что сейчас судьба Софии, да и самого профессора всецело находится во власти седовласого и от того, во вранье не было никакого смысла.
– Я Южин Иван, преподаватель истории. Вчера вечером девушка похитила нечто крайне важное у одного весьма обидчивого русского и нам пришлось бежать.
– Вот видите, все просто, – без тени удовлетворенности отозвался мужчина: – Вот именно так, как Вы сейчас говорили, скажите пожалуйста правду!
– Это правда!
– Или вы сейчас же начинаете говорить, или мы приступим к более прогрессивным методам разго… – внезапно мужчина закашлялся и помещение тотчас наполнилось громогласными звуками хриплого рева, лишь отдаленно напоминающий человеческий кашель. Пытаясь справиться с приступом, седовласый выудил из нагрудного кармана респиратор и быстро вдохнул содержимое баллончика. Выровняв дыхание, старик открыл было рот, чтобы продолжить угрозы, но внезапно его перебил неизвестный голос, донесшийся из темноты за спиной: – Я уж подумал ты сдохнешь…
Глава 34
Пригород Брюсселя, Бельгия
15 сентября 2021 года, 20:43
Неуклюже оглядываясь по сторонам, седовласый испуганно ерзал на кресле, но все равно не мог разглядеть, кто так нагло вмешался в его постановку. Пытаясь предоставит себе лучший обзор, он судорожно схватился за рычаг управления креслом и был уже готов повернуть, как внезапно его щеки коснулся холодный ствол «Вальтера».
– Ни звука! – жестко прошипел непрошенный гость: – Ты конечно старый, но держу пари в твои планы не входило отправляться в последний путь именно сегодня!
– Питер! – внезапно по комнате прокатился восторженный восклик Южина, наконец увидевшего, кем был незваный гость.
Беркли будто не слышал обрадовавшегося историка, он продолжал сосредоточенно всматриваться в глаза старика. Он должен был понять, что может выкинуть этот человек. Не попытается ли он вызвать подмогу, не попытается ли закричать, а вдруг у старика есть припрятанное оружие, Питеру совсем не хотелось пополнять свою и без того обширную коллекцию ранений.
Спустя минуту старик наконец утвердительно кивнул и в знак своего повиновения приподнял худые руки над головой. Беркли облегченно опустил пистолет и кинул мужчине на колени заранее подготовленный строительный хомут.
– Давай, сам знаешь, что делать! – взглядом указав на длинный кусок пластика сказал Питер.
– А ты? – неотрывно наблюдая за тем, как старик связывает себе руки, Беркли искоса взглянул на историка: – Я думал мы друзья, братья по несчастью даже…
– Что? Что не так?
– Да ничего. Просто ты забыл упомянуть, что на кону стоит три миллиона евро! – заканчивая фразу, Питер резко выхватил второй пистолет и наставил в грудь историка.
– Но, я тут не приче…
– Хватит, сейчас не об этом! – резко оборвав растерянного Южина на полу слове, Питер вновь воззрился на старика: – Обычно я нос в чужие дела не сую, но сегодня что-то день не задался, так что выкладывай старый, что тут происходит, почему так много?
Услышав вопрос, седовласый сильно вжался в кресло. Жилы на его лице стали бегать с утроенной силой, он явно не знал, как ответить, или что вероятнее вовсе не хотел отвечать.
– Я не могу сказать… – наконец проскрипел мужчина.
Питер Беркли, вор со стажем, играл в подобную игру далеко не в первый раз, поэтому его дальнейшие действия не заставили себя ждать. Не успел старик закончить последнее слово, как рукоять «Вальтера», обрушилась ему на голову. Тотчас над глазом иссохшегося человека образовалось зияющая рана и мелкие капли крови, быстро проступили на дряблой коже.