Владимир Герасимов – Хроники опера. Том первый. Сборник (страница 16)

- Вас отстранили...

- Да, а после папочка привлек этого самого Левина, у которого, оказывается, были такие связи, про которые даже я не подозревал. Астахов до последнего пытался мне помочь, хотя и жутко разозлился на меня за мою глупость - он понял, что вся моя работа пропадет. Что ни говори, он молодец! Хоть и понимал, что моя песня спета, не побоялся рискнуть ради того, кто ошибся и проиграл.

- Да кто же он такой этот Левин, и почему везде возникает его имя?

- А потому что все замазано на деньгах! Лев Абрамович всегда имел чутье на них, поэтому он близкий друг, либо на крайний случай хороший знакомый всех власть имущих в этом городе. А так как личность эта довольно меркантильная, и его нисколько не интересует происхождение капитала, а лишь его наличие, то постепенно вокруг него сформировался круг самых отъявленных негодяев. То есть таких же беспринципных подонков, как и он сам.

- И они все держат свои деньги в его банке!

- Либо в банках его друзей. Во всяком случае, я уверен, что инстанции, через которые проходит отмывание грязных денег рекомендуются лично им.

- То, что вы говорите - это что-то невероятное! Люди занимаются подобными махинациями, даже не особо скрывая это, то есть все всё знают - но ничего не делают! Как так?

- А кто будет этим заниматься? Те, кто сверху? Не смеши меня! Ты представляешь, что если даже здесь, в этом полупровинциальном городишке можно проворачивать подобное и оставаться безнаказанным, то что творится там? Там вся власть, там все те, кто придумывает эти законы - для простых смертных - которые мы должны соблюдать и следить, чтобы соблюдали другие. Ну, из тех же простых смертных, естественно. А они, я тебе уже это говорил - они считают себя выше этого.

- Возомнили себя Богами! - криво усмехнулся Вадим.

- Я бы скорее назвал их бесами, - возразил Немов.

- Но даже если это все так, как вы говорите, то какое отношение это имеет к нашему делу? Мы расследуем убийство молодой девушки и сотрудника органов - причем здесь банкир?

Немов задумчиво посмотрел на дорогу.

- Может и ни при чем, а может и нет, - медленно проговорил он. - У этого хорька нос может торчать из любой норы, так что проверить все равно не мешало.

- Но мы не задали ему ни одного вопроса! - не унимался Вадим.

- Зато жути какой нагнали!

- Не смешно. Повторяю, я видел, что еще немного, и охранник вытащил бы пушку... Кстати, вы его тоже знаете?

Впервые Вадим увидел Петра Петровича действительно сбитым с толку. Его даже позабавил растерянный вид, который приняло лицо подполковника.

- С чего ты взял? - недоуменно спросил он.

- Ну, - замялся Поляков, - мне показалось, что он смотрел на вас как на человека, с которым давно знаком.

- Тоже удивил! - хмыкнул Немов. - В этом городишке легче было бы найти того, кто меня не знает! Тем более, что это охранник человека, которого я мечтал закрыть - он просто обязан меня знать!

- Я как-то об этом не подумал, - признался Вадим.

- Ничего, тем более, что скорее всего этот громила раньше работал где-то у нас, я имею в виду в структуре - я почти в этом уверен. Многие по выслуге лет переходят по ту сторону.

- Тот же самый Левин, наверное, многое бы отдал, чтобы вы работали у него?

Петр Петрович весело расхохотался и даже дружелюбно ударил Вадима по плечу.

- Навряд ли! Представляешь, какой бы я запросил гонорар!

Глава 7

За окном было темно. Лишь в нескольких углах огромной придомовой территории поблескивали приглушенные лучи прожекторов. Стояла абсолютная тишина, но Николай Александрович знал, что в саду и парке на ключевых позициях стоят профессиональные телохранители, а при них неусыпно дежурят огромные сторожевые псы, обученные и натасканные по высочайшему классу. Можно было спать спокойно.

Но он не мог. Все эти дни он забывался сном лишь на небольшие периоды в несколько минут. Стоило ему закрыть глаза, как перед ним появлялся бледный призрак Светланы с огромной кровавой раной в груди. Лицо ее было при этом искривлено такой болью, что Вавилов тут же открывал покрасневшие глаза.

Его дочь, та, которая при жизни была для него всей радостью и смыслом, после смерти превратилась в его проклятие. Он не мог есть, не мог спать, а все мысли вертелись вокруг воспоминаний о счастливом прошлом, которое подарила ему Светлана, и желанием непременно и жестоко покарать тех, по чьей вине она его оставила таким ужасным образом.

Он не любил ее мать. В первую очередь потому, что та была суровой женщиной, под стать ему, и ни капли его не боялась. А в те времена он гремел! Одно упоминание имени Коли Быка было достаточно, чтобы видавшие виды "блатные" терялись и начинали заикаться. Он решал проблемы мгновенно, не задумываясь над последствиями - и этим заработал свою репутацию. Меченый всегда был им доволен, но вот она...

Ирина часто смотрела на него так, как он не переносил: без страха, даже с каким-то вызовом. Неглупая, она быстро раскусила "секрет" Вавилова, который на самом деле был очень прост: он всего лишь старался всегда ударять первым, искусно пользовался эффектом неожиданности. А так как "работал" Коля в основном с людьми ограниченного мышления, для которых демонстрация силы была решающим фактором, то его "секрет" был безупречен.

Конечно, Вавилова нельзя было самого назвать ограниченным. Он был отличный стратег, а что больше всего Ирина ценила в нем - это открытость. Вот Трофим - это другое. Тот любитель решать дела "втихушку", как можно незаметнее, и в идеале иметь возможность ненужную ответственность переложить на чужие плечи. Ирина презирала и внешне невзрачного "Серёньку", как его брезгливо называл сам Бык, и старалась влиять на то, чтобы Коля имел меньше с ним дел, так как видела, что ее "простачка" Трофим просто использует, а всевозможные "кодексы чести" для этого дельца лишь пустой звук.

Вавилову это тоже не нравилось, даже по двум причинам. Во-первых, он считал, что никакая баба не смеет им командовать и учить как поступать. А во-вторых, не будучи, как уже было сказано, дураком, он и сам прекрасно видел мелкую натуру Трофимова, и все понимал. Но "Серёнька" как паук старательно опутывал Колю со всех сторон, то откровенной лестью, то даже реальной денежной помощью. Деньги у него водились всегда, тогда как Бык, как Ирина не старалась, всегда проматывал все до копейки.

И вот наступил роковой день родов. Во время беременности все шло по-старому, казалось, что Вавилова совсем не интересует тот факт, что скоро он станет отцом. Он продолжал участвовать в "разборках", получать опасные ранения, отлеживаться в больницах, а после выписки кутить с дружками в ресторанах. Ирина несколько раз приходила в бешенство от его выходок, ей казалось, что он специально испытывает ее терпение. Однажды она поймала себя на мысли, что назло ему готова даже сделать аборт, но вовремя подумала, что может по глупости погубить невинного, а Вавилову будет хоть бы что. И женщина твердо решила идти до конца.

Однако, ничто не проходит даром. Перед родами Ирина была до предела измучена. Расшатанные нервы сделали свое дело. Сердце не выдержало...

- Вот, возьмите свою дочь, - мягко проговорил пожилой акушер, рядом с огромным Вавиловым казавшийся кем-то вроде сказочного гнома, протягивающего озадаченному отцу драгоценный сверток, откуда раздавалось негромкое сопение. - Теперь вся ответственность на вас. Мать, к сожалению, будет присматривать за своим дитем с небес.

- Девочка? - неуверенно повторил Вавилов. Почему-то он был уверен, что у него родится непременно мальчик. Хотя, вроде, Ирина говорила, что будет девочка, но он был тогда слишком пьян, слова раздавались как из тумана...

Этот старый болван решил напугать его ответственностью! Ха, что он может знать об этом. Перед ним человек, за которым были судьбы нескольких бригад, состоящих сплошь из головорезов. Вот это ответственность! Там точно за голову схватится можно.

Но посмотрев на маленькое сморщенное личико, на поблескивающие глазки-бусинки, с интересом глядящие на незнакомое небритое лицо, он почувствовал, что его тело пробивает озноб. Он осторожно принял в руки маленькое сокровище, после посмотрел на доктора.

- И что же мне теперь делать? - Его тут же разозлило то, что вопрос прозвучал совсем по-детски.

- Для начала надо полюбить этого ангела, - ответил врач. - Если у вас это получится, то остальное придет само собой.

Старик над ним насмехается! Вавилов презрительно посмотрел на него. Такое ощущение, что тот не понимает с кем говорит. Он резко протянул сверток сопровождавшему его Боре Чесноку:

- На-ка, возьми!

- У вас есть хотя бы кто-нибудь, кто сможет ухаживать за малышкой? - растерянно пролепетал старик в белом халате.

- Не твоего ума дела! Найдем, если надо будет!

Няню нашли быстро, благо с работой в городе было не густо, и на подобное предложение сразу же откликнулось несколько человек. Вавилов лично отбирал кандидата, а когда определился, то с досадой заметил, что подобрал женщину больше остальных похожую на Ирину. С этого момента он поклялся себе как можно реже видеться с дочерью, полагая, что щедрым денежным довольствием полностью выполнит долг отца.

Впереди было много дел, в которые семейная идиллия никоим образом не вписывалась. Трофим, теперь с удвоенной энергией взялся за обработку Николая, а тот, больше никем не сдерживаемый в конце концов полностью попал под его влияние.