Владимир Галедин – Бесков (страница 2)
Начнём с того, что любовь Бескова к футболу всеохватна и бескорыстна. Эта любовь к процессу, а не к результату и связанным с ним благам. К тому же перед нами лишь начинающий жить мальчишка, едва вступивший на путь познания. (А впереди — и успешно законченный Институт физкультуры, и поступление в аспирантуру). При этом родная семья не отвергает его, а продолжает им заниматься. Ни о каком конфликте поколений речи не идёт. Мать Анна Михайловна с нежных лет прививала Косте охоту к чтению. Сын стал читать всё — от «Графа Монте-Кристо» до «Войны и мира». Не стоит забывать и о театре. Слава богу, в Доме культуры завода «Серп и Молот» выступали великие актёры МХАТа и Малого театра: О. Л. Книппер-Чехова, И. М. Москвин, А. К. Тарасова, А. А. Яблочкина, Е. Н. Гоголева, В. И. Качалов... Константин всех их отличал по голосам, так как смотрел каждое представление, и не по одному разу. Подобным образом футбольный специалист отличает мастера на поле по манере игры.
Ещё одно немаловажное обстоятельство: Бесков и сам приобщается к высокому искусству — музыке. Сначала выбор падает на аккордеон. Выучиваются двенадцать мелодий. Несомненно, их можно считать упражнениями, которые выполнялись, судя по всему, одной (правой) рукой, однако добрая дюжина всё-таки впечатляет. А ведь Костя Бесков занимался ещё и кларнетом — инструментом совсем иного рода, требующим своеобразных навыков. Из духовой секции мальчика никто не выгонял, претензий к способностям не предъявлял. Он ушёл сам, понимая, что не сможет стать виртуозом, добиться чего-то серьёзного в этом деле. Характер.
Пригодившийся потом и в танцах, что особенно символично. Ивану Григорьевичу на заводе досталась путёвка в танцевальную школу при гостинице «Метрополь». Отец передал её сыну. Тот быстро оценил папин подарок. Не только освоив в скором времени танго, фокстрот, вальс-бостон и просто вальс, но и осознав, насколько полезны для футболиста легкомысленные вроде бы движения! Всесторонняя координация, когда ноги и руки осмысленно управляются головой; бесчисленное повторение одного и того же приёма с целью довести его до автоматизма; работа примерно тех же групп мышц у игрока и танцора (отчего и многие травмы сходны). Наконец, искреннее творческое начало, являющее собой основу любого удачного выступления. Как на сцене, так и на футбольной площадке.
Бесков с мягкой улыбкой вспоминает: «Танцы пошли у меня резво: чувство ритма вырабатывается у футболистов легко, как бы само собой. Правда, партнёрша досталась мне далеко не первоклассная: намного старше меня и к тому же прихрамывавшая...»
Показательный момент. В позднейшей тренерской деятельности Бескову доставались «прихрамывающие» клубные команды, которые он счастливо выводил на новый уровень. Вот и с неудобной партнёршей вальсы и бостоны были освоены.
Ну и систематическое образование продолжилось. Молодой человек поступает в фабрично-заводское училище при заводе «Серп и Молот»[2]. Такое училище позволяло получить аттестат плюс специальность.
А ещё голуби... Дрессированные чистые оловянные монахи, чёрные чистые водянки, чёрные пегие ленточные с детства стали второй страстью Кости. Прекрасными птицами, не имеющими ничего общего с современными сизыми помоечными созданиями, увлекались тогда очень многие. Немногие, однако, пронесли мальчишескую любовь через всю жизнь. А Бесков, по свидетельству внука Григория Владимировича, с малых лет брал его с собой на старую голубятню. Так они и ездили туда, на шоссе Энтузиастов, вплоть до кончины Константина Ивановича в 2006-м.
В тридцать пятом же футбол брал своё. До старта первого официального чемпионата Советского Союза оставался год, но ребячьи школы успешно функционировали. Не при клубах — при детских парках. Эти парки работают до сих пор. Школьники в свободное время поют, танцуют, участвуют в замечательных спектаклях. Правда, футбольного первенства больше нет. А вот в середине 30-х годов детские команды районов Москвы схлестнулись, дабы выявить лучшую.
Бесков стал капитаном таганцев. Фаворитом чемпионата среди парков в 1936 году считался Краснопресненский. Там блистал Владимир Дёмин, будущий левый край нападения знаменитого ЦДКА. Рядом получали спортивное образование универсальный боец футбола и хоккея Анатолий Сеглин, а также Николай Эпштейн, многие годы спустя в качестве тренера прославивший подмосковный хоккейный «Химик».
Победила же в честной борьбе таганская дружина. Конечно, центрфорвард в ней выделялся. Но и в воротах обосновался не кто иной, как крутолобый Алёша Хомич. Хотя надо сказать, что тогда Бесков выступал уже за вторую мужскую команду 205-го завода, причём в основном составе. А когда заводской коллектив завершил сезон, юноша подался во вторую клубную команду «Локомотива», где поучаствовал в заключительных играх. Понравился. Пообещали место в основе с будущего года. Это означало ждать, чего молодой Бесков терпеть не мог. И узнав, что у первой клубной команды «Серпа и молота» остались несыгранными три матча, предложил свои услуги.
Таким образом, начинающий футболист Костя Бесков не стесняется непрерывно напоминать о себе, готов показываться, пробоваться, менять клубы, если это помогает расти в профессии. Вместе с тем, став тренером, Константин Иванович никогда не уходил из вверенной ему команды на лучшие условия. Тем более ни разу не покушался на занятое коллегой «живое» место. Наоборот, с ним безжалостно расставались. Однако всё это ещё впереди. Пока же судьба дарует талантливому нападающему встречу с великим футбольным педагогом и прекрасным человеком — Борисом Андреевичем Аркадьевым.
Творец легендарной «команды лейтенантов» 40-х годов, первый, в сущности, официальный тренер сборной СССР остаётся загадочной фигурой в нашей спортивной истории. Сын известного петербургского актёра Андрея Ивановича Аркадьева, он, как и брат-близнец Виталий, воспитывался в музыкально-поэтической атмосфере. Братья превосходно рисовали, так что многие удивлялись, почему они не выбрали живопись. К счастью, отряд профессиональных художников близнецами не пополнился. Ибо рисовать в стране и так есть кому, зато тренеров такого масштаба по фехтованию (Виталий) и футболу (Борис) до обидного мало. Важно вот что: Аркадьевы в словосочетании «физическая культура» делали упор на существительное.
Борис Андреевич увлекался футболом с 1914 года. Играл на позиции полузащитника, потом правого защитника, в начале 30-х дважды побеждал в первенстве Москвы. А завершив в 1937-м карьеру игрока, стал старшим тренером московского «Металлурга» (бывший «Серп и молот»).
В августе 1938 года этот утончённый интеллигент церемонно, по-старинному обратился к семнадцатилетнему Бескову: «Не согласитесь ли вы, Константин...» Речь шла о переходе в «Металлург», который в том чемпионате СССР боролся за первое место со «Спартаком» и ЦДКА. Константин, естественно, сразу же согласился.
ПРОФЕССИОНАЛ
Итак, уровень серьёзнее некуда — высшая лига. Что предполагает оплату труда спортсмена. Да, при социализме — что едва построенном, что «развитом» — футбол являлся профессиональным видом спорта. Данный факт старательно и неуклюже опровергался чуть не полвека. Хотя нет ничего зазорного в том, что человек за тяжёлый и травмоопасный труд получает деньги. Как и в том, между прочим, что наставник игроков тоже получает зарплату.
Так дело и обстояло в середине тридцатых. Только вот парадокс: футболистов хватало, а тренеров по большому счёту почти не было. Действительно, Институт физкультуры функционировал, но пока что не выпускал футбольных специалистов. И людей, пусть и без образования, однако потрудившихся в командах высшей лиги восемь — десять лет (такого тренера хотел заполучить, например, один из братьев-основателей «Спартака» Н. П. Старостин), тоже не имелось. Просто потому что чемпионат страны стали разыгрывать лишь в 1936 году. Оттого-то, между прочим, столь востребован был у нас полузабытый ныне чех Антонин Фивебр, ставший вскоре после приезда в Советский Союз в 1935-м государственным тренером по футболу. В этой должности он за три года побывал едва ли не во всех командах, включая юношеские, безустанно разъясняя тонкости игры в мяч.
Оставалось учиться на практике, на ошибках и достижениях, собственных или противника. При этом ответственность за результат никто не отменял. Аркадьев, получивший под начало московский «Металлург», тоже не заканчивал футбольных университетов — являлся тренером по фехтованию. До 1937 года преподавал эту дисциплину в Академии им. М. В. Фрунзе. Но Борис Андреевич был человеком творческим, непрерывно думающим. Природные дарования угадывал безошибочно.
Ещё будучи игроком, Аркадьев обратил внимание на восемнадцатилетнего Григория Федотова, выступавшего на левом фланге атаки. Поначалу на тренировках вундеркинд не мог переиграть опытнейшего защитника. И только когда Грише это стало удаваться, взошла звезда советского футбола. В сезоне-37, первом для «металлургов» в элитном дивизионе, ученик Аркадьева уже блистал на футбольном поле. Причём так ярко, что на следующий год оказался в армии — то есть в ЦДКА. В принципе возраст вполне призывной, однако причина прежде всего в хорошем вкусе армейского начальства.