Владимир Фортунатов – Российская история в афоризмах (страница 4)

«Золотой век русской истории»

Современные россияне постарше на вопрос «Когда же будет жить хорошо?» часто сами себе отвечают: «Хорошо уже было».

Людям свойственно забывать плохое, вспоминать хорошее, чаще связанное со временем молодости. После двух столетий монгольского ига, еще двух столетий борьбы с его последствиями и еще двух столетий крепостного права время Владимира Красное Солнышко и Ярослава Мудрого выглядело как время относительной свободы и благополучия, как «золотой век».

Хозяевами Древней Руси, в том числе всех земельных и других угодий, считались Рюриковичи. Великие князья за службу наделяли некоторых лиц, старших дружинников, бояр землей. Было положено начало частной собственности на землю, которая передавалась по наследству и называлась вотчиной, то есть полученной от отца. Частные владения постоянно расширялись, но остальное население долгое время не испытывало нужды в земле. Территория была огромной, происходило ее постепенное освоение, включение в хозяйственный оборот. Постоянно происходившую колонизацию, то есть освоение русскими людьми все новых и новых территорий (колония с латинского означает «поселение»), великий русский историк В. О. Ключевский считал одной из важнейших черт истории России.

Взаимоотношения между населением небольших городков, селений, деревень и князьями, располагавшимися в относительно крупных городах, строились по преимуществу на взаимовыгодной основе. Основной налог князь собирал, объезжая вместе с дружиной подконтрольные территории. После налоговой реформы княгини Ольги система полюдья регулировалась установлением размеров «уроков» и определением мест сбора дани – «погостов».

Дань была необременительной для населения и представляла собой предметы, продукты, подлежащие длительному хранению (меха, мед, воск и т. д.). Значительная часть дани продавалась в Византию, Венгрию, Польшу, в другие соседние страны и территории. Главной торговой трассой был путь «из варяг в греки». По Балтийскому морю везли товары в Европу. По Волге и Каспийскому морю добирались до арабских и других государств. За границей приобретались оружие, предметы роскоши, вина и т. д. При Владимире I стали чеканиться первые русские монеты – златники и серебряники. Налоги собирали и в денежной форме – «по шлягу от рала». Под ралом в данном случае понималась единица обложения – плуг или соха, то есть отдельное хозяйство («десяток»). Шляг означал разновидность арабских монет, которые использовались в денежном обращении[9].

Древняя Русь была вполне правовым государством. Отношения между людьми регулировались «Русской Правдой», которую утвердил Ярослав Мудрый (1019–1054). Свободный человек должен был контролировать свои чувства, отвечать за себя, родственников и зависимых людей. За предумышленное убийство в соответствии с «Русской Правдой» имущество конфисковывалось, а семья полностью обращалась в рабство (эта процедура называлась «поток и разграбление»). За клок волос, вырванный из бороды или усов, обиженному свободному человеку «за моральный ущерб» полагалась компенсация в 12 гривен[10]. Так ценилось личное достоинство свободного человека. Убийство каралось штрафом в размере 40 гривен. «Русская Правда» не предусматривала смертной казни, членовредительских, телесных, калечащих или позорящих наказаний.

С принятием христианства русские земли познакомились с церковным, каноническим правом, которым регулировались семейно-брачные отношения. Слово «канон» с греческого языка переводится как «норма, правило». За все прегрешения и нарушения установленного свода правил следовали исключительно имущественные санкции, сопровождавшиеся епитимьей, то есть церковным покаянием.

Среди историков в прошлом и настоящем всегда были люди, которые в русской истории видели только позитив, повод для восторженного любования. «Ни одна история не заключает в себе столько чудесного, как Российская… перст Божий ведет нас», – писал М. П. Погодин (1800–1875). По его мнению, в истории России, в отличие от Европы, «нет ни разделения, ни феодализма, ни убежищных городов, ни среднего сословия, ни рабства, ни ненависти, ни гордости, ни борьбы»[11].

Следует отметить, что со времен ордынского ига происходило последовательное ужесточение русского уголовного и вообще законодательства. По многим составам преступлений, за которые в Древней Руси полагалось отдать определенное количество гривен, в XVI–XVIII веках русским людям полагалось отсечение головы, колесование, четвертование, посажение на кол, отрезание носа, ушей, клеймение и т. д. Самодержавное правление представляло собой постоянный, жестокий и неослабевающий террор в отношении абсолютного большинства населения страны. С 30-х годов XX века пелена страха вновь накрыла страну.

Неслучайно период Древней Руси стали считать лучшим временем в истории страны, «золотым веком». Каждый народ мечтает о «золотом веке».

Путята крестил их огнем, а Добрыня мечом

Христианизация Древней Руси была длительным, сложным и противоречивым процессом. Можно предположить, что без активного нажима центральной власти многие территории длительное время оставались бы при своих верованиях, которые были языческими. Для населения язычество было необременительным, удобным во многих отношениях.

В отечественной литературе упоминается об установлении церковной десятины в Уставе князя Владимира Святославича: «И затем, годами минувшими, создал церковь святой Богородицы и дал десятину к ней по всей земле Русского княжения и от всякого суда десятый грош (пошлины с каждого судебного дела. – Прим. авт.), а из торга десятую неделю (торговые пошлины в пользу церкви в каждую десятую неделю происходивших торгов. – Прим. авт.) и из домов на всякий год десятое всякого стада и всякого имущества». Фактически это исторически первое установление фиксированной ставки налога для конкретной цели. В данном случае сбор десятины осуществлялся на содержание церкви.

Могло ли такое нововведение радовать население? За что человек должен был отдавать свои кровные денежки или имущество? Почему 10 % (!!!), а не 5 % или 1 %? Вполне резонным было бы собирать средства с населения в той доле, которую священнослужители занимали в составе от всего населения. Но за всю историю страны на 10 мирян никогда не приходился один священнослужитель. Для сравнения стоит сказать, что при освоении Северной Америки действовало правило, при котором 50 семей должны были содержать на свои средства учителя и священника. Следует обратить внимание и на то, что современное российское государство обходится весьма скромными 13 % подоходного налога.

У населения были серьезные экономические причины не принимать новую, слишком дорогую веру. Сама процедура институционализации христианства (слово «институт» означает «установление»), его утверждения в жизни русских людей содержала в себе элемент насилия, подавления, нетерпимости к сохранявшимся верованиям.

В ряде мест население оказывало крещению упорное сопротивление, которое возглавляли волхвы, служители обреченного язычества. В Новгороде дядя Владимира Добрыня в «диспуте» с местным волхвом использовал убедительный прием. Он спросил волхва о его планах на вечер. Волхву не удалось в присутствии других новгородцев закончить рассказ, так как Добрыня разрубил волхва пополам.

Православно-христианская традиция изображает процесс христианизации как относительно спокойный. Признается, например, что «в Новгороде дело первоначального обращения народа обошлось не без сопротивления, которое надлежало укрощать силою». Но общая картина выглядит неплохо: «Несмотря на препятствия со стороны язычества, христианство нигде не водворялось так мирно, так быстро, как водворялось в России. Сколько борьбы и страданий вытерпели исповедники имени Христова между Греками и Римлянами! Сколько пролито крови при введении христианства в разных странах Западной Европы и в Америке! В России же не было ничего подобного. Говорят, что Русский народ, всегда кроткий и мало испорченный язычеством, спокойно принимал крещение из покорности к уважаемому князю и тем охотнее, что в течение ста лет (от Аскольда до Владимира) привыкал видеть христиан близ себя»[12].

Зато после христианизации русская православная церковь старалась максимально укрепить свои позиции и уничтожала всех, кого считала своим конкурентом. Еретиков и еретичек («ересь» с греческого переводится как «особое вероучение»), пытавшихся конкурировать с официальной церковью, время от времени сжигали в срубах. Два с половиной столетия, с середины XVII века после так называемого раскола, официальная православная церковь преследовала старообрядцев, которые гибли сотнями и тысячами. Великим счастьем можно посчитать то, что в русской истории не было такого явления, как инквизиция (с латинского – «расследование»), от рук которой в западном католическом мире в мучениях, под пытками и на кострах погибли сотни тысяч или даже миллионы их «еретиков». Наши русские красавицы не объявлялись ведьмами, как это имело место на протяжении столетий в некоторых европейских странах – Германии, Испании, Италии, Франции и др. Достоинства наших красавиц использовались по назначению, в том числе и белым духовенством.