Владимир Филиппов – Русь и варяги (страница 4)
Осадой Гента началось тринадцатилетнее хозяйничанье норманнов во Фландрии и примыкающих областях Франции, на Рейне и Мозеле. Хронист, рассказывая о бедствиях, обрушившихся на население, восклицает: «Отчаяние охватило франков: казалось, что христианскому народу пришел конец». Злосчастный край своими набегами терзая, викинги осаждали крепости и замки, и вся страна, лишенная защиты, перед таким буйным противником трепетала.
Жестокость викингов прославилась. Неприученные бояться за свою шкуру, недоверчивые и кровожадные, коварные и жестокие, викинги, чаще одерживали победы, чем терпели поражения. От них не было спасения, не было надежной защиты, поэтому скандинавы в короткий срок снискали себе славу непобедимых.
«Все больше кораблей, все шире нескончаемый поток викингов, – писал монах Эрментариус в 60-х годах IX века. – Повсюду паству Христову режут, жгут и грабят».
Пораженные легкостью, с которой викинги достигали своих целей, хронисты значительно преувеличивали численность воинов и кораблей. Любившие море и не боявшиеся его, северные народы стали настоящей головной болью для более цивилизованных государств.
Духовенство, ввергнутое в бездну отчаяния, молилось: «Боже, избави нас от неистовства норманнов!»
Как описывали викингов западноевропейские хронисты и с какими чертами они вошли в историю, уже понятно.
У викингов на этот счет было другое мнение. «Это же разбойничество тогда не за бесчестное почиталось, что принцы не для обогащения то чинили, но для показания себя, что могут добрыми вождями и владетелями быть» (В.Н. Татищев).
Так что и сейчас есть те, кто видел и будет видеть в них героев, ведь доблесть, которую они проявляли, будут помнить и в грядущих веках. Тут каждый вправе сам сделать свой выбор.
Можно добавить лишь то, что «подвиги», совершенные викингами, отнюдь не выглядят чем-то исключительным: война, грабеж, истребление населения были повседневной действительностью Европы в раннее Средневековье. Да и в остальном мире происходит все в точности то же самое.
Но западные хронисты приписывали викингам все бедствия, испытываемые населением, каковы бы ни были истинные их причины. Приговор, который они вынесли северянам, прост и понятен: викинги – это гнусные грабители и насильники.
Вернемся к походам викингов.
То, о чем вы только что прочитали, далеко не полный перечень совершенных викингами походов в этот период. Как вы успели заметить, практически все это Европа, и по большей части Европа Западная. А какая информация у нас о походах викингов на Русь?
Как вы видите, упоминаний насильственного проникновения викингов на восток Европы, о Руси и ее территориях, а также славянских городах и княжествах здесь нет, а ведь расстояния, разделяющие нас и викингов, не так уж велики. Но про земли славян ничего интересного не сообщается в западных хрониках. Возможно, это было им неинтересно. Возможно. Но про Прибалтику информацию найти можно.
Например, согласно сообщению архиепископа Гамбург-Бременского Римберта (автора «Жития святого Ансгара»), лично побывавшего в Швеции, вечно воинственное племя куршей было около середины IX века подчинено шведами, но затем восстало и освободилось от их власти. Еще архиепископ Римберт упоминает о походе шведского конунга Олуфа, который, по его словам, сжег пункт под названием Зеебург («морская крепость»), где якобы находились не менее 7 тысяч воинов. Цифра явно завышенная. Но, как археологическими, так и другими письменными данными, подтверждено, что шведская экспансия на южное побережье Прибалтики началась задолго до эпохи викингов.
Ничего удивительного в этом нет. Плавание по Балтийскому морю было делом не сильно сложным, и вполне естественно, что шведы легко пересекают его и основывают опорные пункты на южном его побережье.
Возникает вопрос: что было нужно здесь именно шведам? Ведь веселого грабежа при заметном обогащении в этих местах никак не получалось. Может быть, шведы, злобные и коварные, пришли распространить власть своих королей на берега и земли, лежащие на Востоке? В чем интерес викингов к этому региону?
А интерес у них был, и интерес нешуточный.
Отсюда шведские торговцы и воины двигались на Днепр по Западной Двине (Даугаве) и по Днепру шли к Черному морю, в Византию. Был и другой вариант – через Финский залив, по Неве, в Ладожское озеро, к Старой Ладоге, расположенной при впадении Волхова в Ладожское озеро, и из нее – к верховьям Волги. А уже по Волге путь их лежал в Каспийское море, к Арабскому халифату.
У кого-то из читателей уже наверняка возник вопрос: почему я так много времени и места отвожу разбойным деяниям викингов, ведь наша книга о Руси и варягах?
Ответ прост. «Викинги» и «варяги» – слова-синонимы. То есть это одни и те же народы, одни и те же нации, одни и те же люди.
«Во Франции “северные люди” были известны под именем норманнов, в Англии их звали датчанами, независимо от того, из Дании или Норвегии они приплывали на своих быстроходных кораблях. В Ирландии их называли финнгалл («светлые чужеземцы» – норвежцы) и дубгалл («темные чужеземцы» – датчане), в Германии – аскеманнами, в Византии – варангами, на Руси – варягами».
Все нации и народности без лишних раздумий используют для обозначения скандинавов какое-нибудь одно собирательное название. Это вполне объяснимо. Тем, кто, исполненный праведным гневом или, наоборот, полный неизбывной печали, описывал злодеяния, которые творили в их краях северяне, было совершенно безразлично, из какого конкретно они фьорда, или из какого конкретно народа и клана явились эти чудовища.
Это никакой не секрет, и никакая не новость. Как говорится, это всем давно известно и никому уже не интересно. Вот только для данной книги это важный факт, и мы его зафиксируем.
Глава 2
Варяги
Перейдем к варягам.
По мнению большинства историков, несколько столетий назад на Руси словом «варяги» называли вообще всех неславянских пришельцев «из-за моря», из северо-западных стран. Действительно, во многих отношениях даны, шведы и норвежцы говорили на одном языке, исповедовали одну религию, соблюдали одни законы. У них были общие героические песни и исторические предания. Важно заметить, что «северный язык» был в ходу только на определенной, достаточно небольшой территории, и заканчивался там, где кончались норманнские земли. Со славянским он имел мало общего.
А летописец так прямо и пишет, что «по Варяжскому же морю сидят варяги».
«Ясно, что это имя у него есть общее: варяги живут по Балтийскому морю к востоку, до предела Симова, и к западу, по тому же морю живут до земли Английской – вот границы варягов! Мы знаем, и летописец знает, что в этих пределах живут шведы, норвежцы, готы, летописец их именно и называет до англичан. Итак, варяги летописца суть скандинавы», – продолжает мысль летописца С.М. Соловьев.
А дальше было неважно. Ведь все они были на одно лицо. Кому было нужно отделять свеев от финнов, а данов – от фризов? Да и зачем? Если славяне уже окрестили всю эту опасную братию словом «варяги», объединяющим всех скандинавов воедино. И термин это собирательный.
Дальше все как обычно: название понравилось, прижилось и несколько расширило свое значение. Так стали называть и наемников, ищущих хорошо оплачиваемой службы и стабильного заработка. За смелость и мужество нужно платить щедро, за верность тоже, и это продававшие свой меч бойцы знали хорошо. Чаще всего это были конунги, которым по разным причинам не осталось ничего, кроме меча, и которые, набирая дружину, пускались к соседним берегам добывать себе этим самым мечом славу и богатства. Багровый пламень заменял им сердца, и каждый из них стремился завоевать себе место под солнцем. Их воины, закаленные суровой походной жизнью, непривередливые в быту, с легкостью переносящие неудобства и лишения. А такие бойцы нужны всем, кто готов за это платить, особенно тем государям, кто часто воюет с соседями. И богатые правители не скупились, покупая золотом верность норманнов.
Словарь Брокгауза и Ефрона определяет понятие «варяги» именно с этих позиций: «Варяги – Варяги, поздн. вареги, визант. варанги, скандин. вэринги (vaeringjar), арабск., грузинск. варанг, латинск, varingi. – Этим именем обозначались первоначально выходцы из Скандинавии, отчасти дружинники, поступавшие в русскую и византийскую военную службу, отчасти купеческие гости. Мало-помалу это название стало служить для обозначения католической веры и скандинавов вообще. В Poccии под этим именем по преимуществу разумелись шведы (еще в XVII веке)».
Почему именно шведы, об этом будет разговор чуть позже. Это тоже вопрос для нашей книги немаловажный, и мы его еще коснемся.
Подведем промежуточный итог.
Итак, варяги – выходцы из Скандинавии, и не конкретно, какая-то отдельная народность, а все в целом. Практически по географическому принципу: шведы, даны, норвежцы, квены, белги, готы (с острова Готланд), а также англы и фризы. То есть те же викинги.
Ничего нового в том нет. Так происходило в прошлых столетьях, происходит и в наше время. Мало кто из россиян отличит с большой долей вероятности литовца от латыша, а латыша – от эстонца. Да и не нужно. Всех им мы называем одним словом: прибалты. Это, так сказать, в разговорах, в быту. То же самое с таджиками, туркменами и узбеками. Их ведь всех тоже мешают в одну кучу и называют одним словом, невзирая на национальность. То, что так было всегда, подтверждают и классики.