Владимир Егоров – Читтагонг. Воспоминания моряка (страница 5)

Спустили мотобот, взял с собой пару бутылок воды, переносную УКВ-радиостанцию для связи с судном и моториста Толика Лавро. Этот Толик был здоровенный парень лет под сорок, хорошо плавал и ничего не боялся.

Пошли на боте под мотором к острову. Погода отличная: ветерок небольшой, солнце, жара, море прозрачное изумрудного цвета, дно видно с двадцати метров глубины.

Подошли метров на сто к песчаному пляжу, дальше приближаться опасно. Глубина быстро уменьшается, можно сесть на грунт, а мотобот тяжелый, вдвоем его с мели на волне не столкнешь. Стали на 3-х метровой глубине на якорь, решили добираться до берега вплавь. Я связался по УКВ с вахтенным помощником, сказал, что меня не будет на связи некоторое время, так как радиостанцию придется оставить на мотоботе.

Разделись до трусов и уже начали спорить с Толиком, кто из нас быстрее доплывет до берега, но тут возникло неожиданное препятствие: рядом с нашей лодкой под водой возникли две большие черные тени. Присмотрелись внимательно: две манты с большой скоростью маневрируют под водой под нашим мотоботом. Манта – это такая акула плоской формы, похожая на огромного ската. Белый низ, черный верх и большая пасть. Эти две зверюги по размеру были соизмеримы с нашей лодкой, метра по четыре размах крыльев, не меньше. И как-то агрессивно описывают круги под нами. Смотреть даже из лодки жутко на это чудо природы.

Толик с сомнением спрашивает: «Николаич, ты как к акулам относишься?» – «Да я-то нормально. Важнее – как они ко мне отнесутся». Немного поговорили о породах акул, их нравах и особенностях поведения. Вспомнил я, как пришлось поплавать среди акул в порту Сафи в Марокко. Припомнили также несколько случаев с летальным исходом.

Когда разговор уже неприлично затянулся, стало ясно, что нам пора принять какое-то решение. Говорю Толику: «Ну, что? Будем возвращаться?» – с тайной надеждой, что инициатива отступления будет принадлежать ему. Но моторист Лавро был не робкого десятка. « Засмеют! – отвечает. – Надо прорываться!»

Легко сказать! Это все равно, что за линию фронта сходить без оружия на глазах у противника и потом назад вернуться.

Я постучал рукой по борту. Хищные твари немедленно спланировали к источнику звука. «А любопытные эти рыбки…» – отметил Толик, немного подумал и предлагает: «Давай что-нибудь бросим в воду в сторону моря, как можно дальше. Они, может быть, туда устремятся выяснять, что там случилось. А мы тем временем нырнем – и стометровку вольным стилем до берега». – «А как назад?» – «Ну, если они нас сразу не съедят, то и обратно, может быть пропустят».

Мне почему-то это показалось логичным. Нашли в рундуке под банкетками пустую бутылку. Собрались с силами. Толик размахнулся могучей дланью и метнул бутылку метров на 80 в сторону противоположную от берега. Как только бутылка плюхнулась в воду, обе акулы как две черные собаки кинулись к ней. «Видать голодные» – подумалось мне.

Как договорились заранее, выждали десять секунд и нырнули с Толиком в приветливые воды Карибского моря. Плыли быстрее обычного, это понятно, и выскочили на песок одновременно. Отдышались немного.

Я Толика спрашиваю: «Ну что? Ничего они тебе не откусили?» – «Эти, по-моему, не кусают, а сразу глотают целиком». – «И как это ты не боишься с акулами плавать?» – «Я, Николаич, в детстве во время войны три года в землянке с бабкой от немцев прятался. Вот там действительно страшно было. А акула – это ерунда! Это не немцы. С ней договориться можно».

Не торопясь, мы пошли по пляжу к пальмовой рощице. Настроение заметно улучшилось: можно еще часок-другой до очередной встречи с акулами пожить на этом свете, полюбоваться на окружающий мир, а там как Бог пошлёт.

А полюбоваться было на что. Песок чистейший, ослепительно белого цветы. Раковины-каракулы валяются грудами и никто их не собирает. Пальмовые крабы непуганые щелкают угрожающе клешнями и дорогу не уступают. Несколько больших морских черепах, метра по полтора в диаметре, при нашем приближении соскользнули с пляжа в море.

Вдруг видим: следы недавнего костра и рядом кости обглоданные.

«Э-э, Толик, смотри: на этом необитаемом острове уже ступала нога человека. Похоже, вчера вечером здесь был пикник у костра. С шашлыком… Кого-то съели…» – «Ты же говорил, что людей здесь нет!» – «Это не я говорил. Это в лоции так сказано». – Толик настороженно осматривал следы пиршества: «Да это черепаху съели! Вон панцирь валяется».

Идем дальше, теперь внимательно осматриваемся вокруг. В чаще леса послышался собачий лай, через минуту из леса выбегает собачка, черная в белых пятнах. Приветливо виляет хвостом. Стало ясно, что недалеко человеческое жилье: собачки сами по себе на островах не живут. Пошли за собачкой по тропинке.

Колючек полно, а мы босиком. Толик присел на землю, колючку вытаскивать из ноги, и немного отстал от меня. Собачка вывела меня по едва заметной тропинке на красивую большую поляну. На поляне стоит аккуратный коричневый домик с верандой и большими открытыми окнами, какая-то металлическая мачта, вроде радиоантенны. И никого не видно.

Тут мне пришло в голову, что здесь могут быть женщины, а я в одних волчьих трусиках в синий цветочек и босиком. Неудобно как-то. Толик тоже без фрака.

«Hey! Anybody here?» – крикнул по- английски (Эй! Есть здесь кто-нибудь?). Дверь почти сразу открылась, на крыльцо высовывается большой негр темно-коричневого цвета, тоже босиком и в шортах. По виду похож на отставного боксера-тяжеловеса. В страшном изумлении смотрит на меня с раскрытым ртом. Меня в первую очередь волновал только один вопрос: «У вас тут женщины есть?».

Негр быстро закрыл рот, лицо мгновенно приняло осмысленное выражение: «У нас нету! А у вас?» – видимо этот вопрос его тоже очень волновал. Тут мы оба захохотали, до того это было смешно. Посреди океана на необитаемом острове встречаются два незнакомца разного цвета, в одних трусах и, даже не представившись, начинают разговор о женщинах.

В двух словах объяснил хозяину, кто мы такие и откуда. Сказал, что наш пароход сломался, надо выточить новую шестеренку. На это уйдет недели две и после этого мы снимемся с якоря. Чернокожий хлопец вполне удовлетворился моим объяснением.

Тут и Толик подтянулся. Хозяин сказал, что у него тут тоже есть товарищ. Ударил пару раз по висевшему на веранде колоколу. Через минуту примчался, как по тревоге, еще один боксер-тяжеловес такого же цвета, с круглыми от удивления глазами. Мы вежливо извинились: мол, не хотели вас отрывать от дел, просто осматривали местные достопримечательности на острове. Мы сейчас пойдем обратно на судно.

Но хозяева замахали руками. Какие там дела! Вы первые белые люди, которые посетили этот остров. Да тут вообще никого не бывает. Это надо отметить, быстро заходите в дом!

В доме оказалось все оборудовано основательно. Полный набор напитков, консервы, какие-то лепешки из муки и масса свежих омаров, крабов и черепашьего супа. Ребята быстренько накрыли стол. Что будем пить? У Толика сработали его хохляцкие гены: «Спроси, есть у них сало и русская водка?» Сала и водки не было. Пришлось пить «по-солдатски»: шотландский виски с вареными омарами.

После второго стакана я решил выяснить, куда же нас все-таки занесло. Спрашиваю: «Это остров Ки-Сал?» – «Да, он самый, родной». – «А в английской лоции сказано, что остров необитаемый и принадлежит частному лицу». – «Да англичанам разве можно верить? Остров обитаемый, мы тут живем с собачкой. И принадлежит он Республике Гаити. У нас даже флаг есть. Сейчас мы вам всё покажем».

Один из парней открывает сундук, начинает выкидывать из него всякие вещи. На самом дне обнаружился флаг Республики Гаити. Второй боксер достает из шкафа обыкновенный старый пружинный патефон и запыленную пластинку. Ребята оказались с большим чувством юмора. «Выходи строиться на подъем флага!».

Мы вышли на лужайку к мачте. Один негр прицепил флаг к веревке и приготовился поднимать, второй завел патефон и поставил пластинку. Над океаном полились стройные звуки гаитянского гимна. До самой последней музыкальной фразы мы стояли по стойке «смирно», стараясь не рассмеяться, напротив друг друга в двух шеренгах, одна черная, вторая белая. Отдавали честь, приложив ладони к пустой голове. Представляю, со стороны картина!

Толик пожалел, что с нами нет советского флага, мы бы тоже подняли. Я категорически возразил: вот этого не надо! Хватит с нас одной Кубы.

После окончания церемонии хозяева предложили вернуться к неофициальной части.

В ходе дружеской беседы выяснилось, что эти черные ребята уже несколько месяцев живут на острове. Ловят какими-то снастями крабов и омаров и замораживают их. Оба они кубинцы, живут в эмиграции во Флориде. Раз в неделю на остров прилетает небольшой самолет, привозит им кое-что из продуктов, канистры с соляркой для дизель-генератора и увозит во Флориду замороженную продукцию. И так они работают полгода. Через 6 месяцев их меняют. Так сказать вахтовый метод. Видимо в штатах омары идут по большой цене, если вся эта возня с самолетом окупается.

Остров Ки-Сал образован кораллами. Имеет форму кольца с внутренней лагуной, которая несколькими протоками соединена с океаном. В лагуне рыбаки нам посоветовали не купаться, так как там слишком много хищной рыбы.