Владимир Дроздовский – Девочка не промах! (страница 2)

Глава 2. Часть 1

Григорий Седых и Виктор Кротов знали друг друга еще со школы, которую оба, кстати, так и не закончили. Промышлять воровством стали еще в подростковом возрасте. Благо, для этого у них были «созданы» все условия. Оба росли в неблагополучных семьях на окраине Ногинска. У Кротова была только мать, отец по пьянке замерз в сугробе, когда тому не исполнилось и трех лет. Алексей и Мария Седых мало интересовались воспитанием сына, предпочитая этому шумные застолья и ночные посиделки до утра. Отец Григория к тому же был еще и наркоманом, так что дома тот старался появляться как можно реже.

Оба пацана по малолетке попали в Можайскую ВК (Можайскую воспитательную колонию) за воровство и мелкое хулиганство. Причем, если Кротов воровал ради того, чтобы просто поесть, то его друг делал это прежде всего ради форсу, ему нравился сам процесс изъятия чужих вещей у других людей.

В колонии для малолетних преступников судьба ненадолго разделила наших друзей, они попали в разные отряды. Встретились они снова уже на свободе через пару лет. Григорий Седых к тому моменту уже успел сколотить свою бандитскую группировку, к которой и примкнул его друг Виктор Кротов.

Все бы ничего, да проблема была в том, что Кротов был на 4 года старше Седых и, по логике вещей, должен был быть главарем банды уже сам, как по возрасту, так и по статусу. Однако, на деле авторитета Кротову как на воле, так и на зоне явно не хватало. Шестеркой он, конечно, не был, но и до туза ему было далеко. С внешностью Виктору Кротову, который еще до колонии получил кличку Крот, также не повезло. Если Григорий Седых был физически развитым крепышом среднего роста (он любил заниматься спортом с самого детства) и вполне приятной наружности, то Виктор Кротов ни ростом, ни внешностью не вышел – коротышка с одутловатым лицом и непропорционально длинными руками. Он постоянно вызывал стойкое отвращение и неприязнь у окружающих его людей, даже у своих. В банде Седого он уважением особо не пользовался, терпели его в основном из-за лояльности главаря. Григорий Седых, который получил свою кличку еще в колонии, авторитет заработал такой, что в свои 22 года его уже именовали только по имени-отчеству.

Когда Кротова освободили, ему по сути некуда было возвращаться. Его мать обманули «черные риэлторы» и выселили ее на улицу. Григорий Седых и тут выручил своего друга, позволив временно пожить у себя дома. Ему с квартирой повезло больше, родное государство после смерти родителей не успело ее «реализовать».

Несмотря на то, что они с детства были закадычными друзьями и чуть ли не ели из одной миски, Кротов всегда недолюбливал своего более успешного товарища. А в последнее время и вовсе стал открыто завидовать и ревновать того к успехам. Шли годы, страна постепенно отходила от морока 90-х, вместе с ней менялись и люди. Вчерашние бандиты становились успешными бизнесменами и предпринимателями, то есть теми, с кем буквально пару лет назад активно враждовали, всячески «прессуя» последних.

Седой одним из первых в своем родном Ногинске почувствовал ветер перемен, поняв, что жить как прежде уже нельзя. Он успел накопить достаточное количество денег и связей, чтобы арендовать помещение в центре города, и открыл там сначала ресторан, а потом и казино при нем. Предпринимательская жилка стала проявляться у него еще в далекие юные годы, когда он (до колонии) умудрялся перепродавать газеты в 3-4 раза выше их розничной стоимости.

Когда пришло время «легализоваться», часть людей из бывшей банды Седого решили отколоться и уйти в свободное плаванье. Возглавил их тот самый Крот, который, в отличие от своего друга, зарабатывать деньги честным трудом так и не научился. Он привык жить по старинке, уверенный в том, что скоро «все вернется на круги своя». Он мечтал стать «паханом» и в какой-то мере мечта эта осуществилась. По этому поводу закадычные когда-то друзья даже впервые в жизни поругались.

– Да ты послушай, чугунная твоя башка! Оглянись вокруг, братан! Посмотри внимательно! Жить как прежде уже нельзя!– Седой гневно распекал Кротова в своем личном кабинете в открытом недавно ресторане. – Тебе самому-то не надоело шастать по городу с волыной и людей пугать?

– Седой, я конечно понимаю, что ты у нас в большом авторитете, однако и ты меня послушай. Ты предлагаешь мне стать тем, кого мы с тобой еще вчера прессовали? Скурвиться, продаться за бабки тем самым бизнесменам, которых мы мочили? – парировал Кротов. Он был категорически не согласен с позицией Седого и прямо заявил тому об этом.

– Ну мое дело предложить, а решать, как поступать дальше, – тебе. Ты уже не маленький мальчик, так что заставлять тебя я не буду. Хочешь жить по-прежнему? Валяй! Но учти, на этом мы с тобой и расстанемся. Я начинаю новую жизнь! – произнес Седой и захлопнул папку с документами, поняв, что переубедить своего старого друга невозможно.

– Ах, вот как ты заговорил, сссссу… Ну ладно! Мы еще посмотрим, кто к кому приползет! – крикнул в сердцах Кротов в лицо своему когда-то лучшему другу, и, сплюнув, выскочил из кабинета, громко хлопнув дверью.

«Вот ты упрямый осел», – подумал Седой и хмуро откинулся в кресле назад, потирая саднивший от мигрени затылок.

Их пути с Кротовым окончательно разошлись, хотя они и продолжили, так сказать, «мирное сосуществование». Но если Седой при возникновении каких-либо конфликтов с партнерами по бизнесу или с конкурентами предпочитал договариваться, то его бывший «коллега» продолжал действовать привычным способом: назначал стрелки, устраивал стрельбу, мордобой и так далее. В общем, жил, как и раньше, чисто по бандитским понятиям. На этом фоне у бывших друзей стали происходить периодические ссоры, хотя до открытого конфликта пока не доходило.

Тем временем бизнес Григория Седых рос и расширялся. Ресторан, который он назвал «Триумф», полностью оправдывал свое помпезное название и приносил существенную прибыль. Да и казино в начале нулевых было очень выгодным вложением капитала. А умеющий договариваться с нужными людьми Григорий Седых всегда знал, кому надо «дать на лапу», а кого и просто припугнуть, чтобы уладить все проблемы.

Дела же у Кротова и его отколовшейся банды шли совсем плохо, они перебивались случайными «заработками», «крышевали» мелких лавочников и бродяг, и так далее. Его зависть к успехам Седого росла с каждым днем все больше и больше. Кротов по-прежнему был уверен, что тому просто подфартило. И что он, мол, ничуть не хуже разбирается в делах.

Часть 2

План ликвидации Григория Седых зрел у Виктора Кротова давно. Однако тут были свои нюансы. Банально нанять киллера он просто не мог. Профессиональных убийц в провинциальном Ногинске отродясь не было, надо было искать таковых только в столице. А на это у Кротова не было ни сил, ни средств, ни необходимых связей. Поэтому на воровской сходке его банды было принято решение обходиться своим силами.

Опять же, просто взять и застрелить уважаемого нынче в городе человека, было крайне проблематично. Седой везде ходил с охраной, да и сам никогда не терял бдительность. Он прекрасно понимал, что даже в таком маленьком городке у него есть недруги, и всегда может произойти любая случайность. К тому же криминальное прошлое давало о себе знать. Встав фактически по другую сторону баррикад, он не забыл, как опасны бывают его «бывшие коллеги» по ремеслу.

Даже если и нашелся бы местный дурачок, который осмелился бы выстрелить в Седого, не факт, что он попал бы. А если бы и попал, то, скорее всего, сам был бы застрелен или хуже того – оказался бы в плену у костоломов из охраны бизнесмена. И тогда на след самого Кротова они вышли бы очень быстро. Что было бы дальше, лучше и не думать. Поэтому решили действовать наверняка и достать редкую по тем временам взрывчатку – пластит. Дорогая оказалась игрушка, однако Кротов был уверен, что игра стоит свеч. Нашелся один специалист в Москве, который ее купил и привез.

Правда, была еще одна проблема. Последнее время Григорий Седых передвигался по городу, находясь исключительно в своем импровизированном кортеже, состоящем из двух совершенно одинаковых тонированных иномарок. И в какой именно машине он будет находиться в следующий раз, было непонятно. Но, как известно, человек предполагает, а Господь располагает. Кротов уже и не надеялся, что ему улыбнется удача, однако это наконец-то произошло. Правда, каким именно образом, он так и не понял, но особо не стал себя этим утруждать. Взрывчатку в машину Седого заложил сам Влад Снегирёв, причем он не стал банально прикреплять ее к днищу автомобиля, а проявил фантазию, спрятав опасный вкладыш под задним левым крылом, не забыв настроить таймер на ограничение скорости. И когда автомобиль выехал на московскую трассу и разогнался выше 90 километров в час, произошла детонация пластита.

Новость о гибели Григория Седых застала его «закадычного» друга в сауне. Туда влетел как ошпаренный его бригадир Влад Снегирёв (по кличке Рыхлый) и сообщил разморенному и изрядно захмелевшему бандиту радостную и одновременно шокирующую весть.

– Шеф! У нас получилось! – Радостно пробасил Снегирёв.– Включите радио и послушайте местные новости!