Владимир Дроздов – Антагонист (страница 29)

— Ты должен прекрасно понимать «зачем». Все тут понимают.

Я догадался, почему женщины так дрожали при виде меня, и чего так испугался вымогатель. Я же сам всё время говорю, что имперцы не считают их за людей и творят что вздумается, а благородные имперцы — это куда хуже. В кои то веки, все реагировали на меня правильно. Я уже сам начал привыкать, что простолюдины могут позволять себе слишком много, уличные бандиты нападают в ответ, а выходцы из промышленной зоны, как Ник, Сандра или сам Вик, спокойно со мной разговаривают. Вот только это всегда были исключения. Местные опасаются имперцев, а благородных боятся как огня за их жестокость. Ведь чистки устраивают именно люди с гербами.

Да и просто так благородные забредают сюда ради развлечений, чтобы сотворить что-то мерзкое, что может прийти в голову. Не все так делают, конечно, но те, кому такое не интересно, сюда вообще не ходят. Даже владельцы местных зданий и заводов предпочитают посылать своих представителей из простолюдинов.

— Герб на груди не должен у неё ассоциироваться с чем-то хорошим, — продолжил я, — иначе это может когда-нибудь стоить ей жизни или здоровья. И именно потому, что ты это знаешь, ты меня сюда и позвал. Герб — это страх, ужас и обещание мук, а не надежда на спасенье.

— Но разве так должно быть? Разве нельзя это поменять? — не успокаивался Вик.

— Ты можешь изменить их восприятие, но это не поменяет реальность. Я — исключение, и это нужно понимать. Следующий благородный, которого они встретят на улице, должен вызвать стремление убежать куда подальше, а не просто спокойно пройти мимо.

— Почему вы все такие жестокие?

— Не все. Есть те, кому на местных наплевать, но они сюда и не ходят.

— Жестокость или равнодушие, и это весь возможный выбор?

— Ты сам давно тут живёшь, и уже должен был к этому привыкнуть. Мир вообще неприятное место, но другого у нас нет.

— За что вы, имперцы, так нас ненавидите. В чём отличие?

— В слабости. Ответ-то простой. Становись сильнее, тренируйся, и сможешь стать гражданином. А если ты этого не делаешь, значит, тебе нравится то место, которое сейчас занимаешь. Нравится, когда тебя используют и втаптывают в грязь.

— Многие тут просто выживают, у них нет возможности тратить по половине дня на тренировки, ради смутных перспектив.

— Сандра же смогла найти время и силы.

— Её отец был на очень высокой должности. И всё равно, они жили в крошечной коморке, и всё отдавали ей. Даже Ник от много отказывался ради сестры. У большинства тут нет никаких шансов на подобную роскошь.

— Для Империума стремление становится сильнее — это не роскошь. Это даже не стиль жизни, а скорее естественная потребность, как дышать. Каждый гражданин в первую очередь боец, а уже потом всё остальное. Именно поэтому к вам так относятся и воспринимают как иной вид. Представь себе животное, которое очень на тебя похоже, но при этом оно не дышит… Хотя, и среди граждан попадаются разные индивиды, но основа в восприятии именно такая, как я сказал. Если ты будешь пытаться становиться сильнее, будешь рвать жилы ради своего развития, большинство не будут тебя призирать. А если ты просто выживаешь, то ничем не отличаешься от любого другого животного, которое занимается тем же самым посреди леса.

— Это неправильно.

— Это реальность.

Возвращаясь, домой снова обдумывал случившееся. Вик, и правда, оказался тем, кем его описывали Ник и Сандра — просто парень с надеждой на лучшее, пытающийся помогать другим. Оказывается, такие тоже бывают. Точнее они есть даже здесь, в промышленной зоне. А все мои неприятные эмоции по отношению к нему были не предчувствием, а всё тем же собственничеством. Даже подозрительные взгляды, что он бросал вокруг, пока мы шли к месту, связанны, скорее всего, с особенностями жизни в промышленной зоне.

Сейчас я шёл один, и уже не скрывал свой герб. Улицы на моём пути словно вымерли. Тут боялись благородных. Если вместе с Виком нам ещё попадались какие-то прохожие, хоть и пытавшиеся держаться подальше, то теперь не было вообще никого. Даже в окнах не появлялись чужие лица. Только пустота.

Меня всё ещё не отпускали два момента. Во-первых, что там делал Зиг? Зачем он катается в сторону местной свалки? Кажется, пришла пора расширять границы слежки. Иван пытался наблюдать, чем наш одноклассник занимается в школе, но он там вообще не задерживался в последнее время.

Раскладывать же следящие устройства по всему сектору было бы не слишком разумно, да и проблематично, но вот рядом со свалкой их положить явно стоит. По-хорошему, надо вообще заставить Ника зарисовывать все маршруты, по которым бродит этот гаврик. А уже потом сидеть и анализировать то, что получилось.

Ну а второй момент, это та самая свалка. Я уже один раз отставил данную проблему в сторону, решив, что не смогу ничего изменить, но вот снова увидел, как это место влияет на людей. Ник говорил, что рядом с ней стараются не селиться, зная о частых болезнях, и я решил, что этого достаточно. Вот только, именно там живут те, кто меньше всего защищён.

Как же это раздражает. Снова начинают в голову лезть неприятные мысли. Сложно, слишком сложно знать всё о чужих страданиях, осознавать их масштаб и пытаться просто жить с этим дальше, понимая, что тебе не хватит сил всё изменить. А твои попытки вообще могут всё только ухудшить. Словно эта ситуация должна преследовать меня во всех жизнях…

Глава 22

Вторая четверть как-то незаметно подобралась к концу. Точнее, оставалось ещё три с половиной недели, но не это меня сейчас волновало. За эти двадцать с небольшим дней должен был окончательно определиться состав команды для участия в военных играх. Одним словом, наступал тот самый второй этап, а значит, предстояло столкнуться с по-настоящему сильными противниками. И не просто столкнуться, а победить.

Всего нас осталось двадцать человек, как я и предполагал. И теперь имелась следующая система: каждый день нужно будет проводить один бой с одним противником. Кто в конце наберёт больше всего очков, по итогам этого соревнования, тот и попадёт в команду. Не успел восстановиться за один день? Твои проблемы, надо было лучше планировать время и расход сил. Получил травму и не можешь участвовать некоторое время? Снова твои проблемы, надо было лучше защищаться в процессе драки. Таким образом, подводных камней тоже хватало.

Да и сам формат боёв немного сменился. Теперь мы будем драться не на выделенных площадках, а полностью на всей арене, при всех включенных защитных системах. Это так же означало, что можно выложиться на полную и не бояться немного покалечить противника. По идее, учитель будет за этим внимательно следить и остановит бой, если что.

Условием победы же теперь была либо сдача оппонента, либо потеря им сознания, либо, неожиданно, падение противника на обе лопатки, с отсутствием возможности встать, в течение трёх секунд. В общем, снова имелось дополнительное условие дающее возможность выиграть бой необычным способом, только в этот раз добиться подобного было куда сложнее, чем просто выкинуть кого-то за границы определённой зоны. В крайнем случае, всё мог остановить и сам учитель, если считал, что ситуация становится слишком опасной.

По моим прикидкам, для попадания в команду из пяти человек надо было победить, в худшем случае, где-то не меньше пятнадцати противников. Возможно, лидеры будут не совсем однозначными, и никто не начнёт полностью доминировать над другими, тогда эта цифра станет немного меньше. Был ещё вариант, что кто-то всё же не рассчитает свои силы или получит травму, тоже снижая, таким образом, количество боёв. Однако, в любом случае, лучше ориентироваться на шестнадцать-семнадцать побед, в процессе серьёзных драк. Не только ради гарантии попадания на игры, но и чтобы не выглядеть слабейшим из участников. Как говориться, надо готовиться к худшему, а к лучшему готовиться и не надо, такому можно просто порадоваться.

Среди сильнейших, на которых я и сам готов был поставить, имелись двое моих знакомых. Во-первых, Женя Зимина. Куда же мы без этой фанатки вечных мордобоев. Данная девчонка не просто любила драться, но и очень хорошо умела это делать. На моей памяти она проиграла всего четыре раза (включая первый бой со мной), но в обязательном порядке дралась с этими же противниками снова и, так же обязательно, их побеждала. К тому же, хоть никто о таком напрямую друг другу не говорил, но, по моим наблюдениям и личным ощущениям, именно у Жени сейчас были самые высокие показатели, как запаса энергии, так и размера зоны влияния.

А во-вторых, фаворитом был ещё один парень из северян, по имени Светозар. Что забавно, он и правда предпочитал манипуляции с разным видом света, потому я и ставил его на высокие места в своём внутреннем рейтинге. Использование такого необычного явления для атак требовало определённой фантазии. Мало просто посвятить оппоненту в глаза, надо его ещё и как-то добить. А Светозар вполне с этим справлялся, на полную используя некие аналоги лазеров и лазерных мечей. Я когда это в первый раз увидел, прямо вспомнил историю про далёкую, далёкую галактику. Жаль, что цвет оружия у парня был не синим, зелёным или, хотя бы, красным, а банально белым, но я всё равно бы отнёс его к джедаям, чисто из вредности и потому что он мне нравился.