Владимир Добряков – Вечный бой (страница 77)
— Ты, Андрэ, имеешь скверную привычку: постоянно наступать на больные мозоли. И где ты этому научился?
— У тебя, — невинно ответил Злобин.
— Ну, положим, тебя-то я этому не учил. А что касается поднятого тобой вопроса, то придётся вам, друзья мои, поработать параллельно сразу с несколькими заданиями.
— Хм! И ты думаешь, это так просто?
— Не думаю. А у тебя, что, есть какие-то другие идеи по этому поводу?
— Откуда им взяться? Я же не Маг, а Магистр, притом, начинающий.
— А всё же?
— Особенно революционных — нет.
— Я так и думал. А из старого багажа?
— Думаю, сейчас самое время искать новых людей. Во всех этих Фазах назрели кризисные ситуации. Именно в таких условиях и проявляются личности.
— Я понял тебя. Хорошо, допустим, мы найдём достаточное количество людей, пригодных для нашей работы. И что мы будем делать с ними? Бросать в работу без всякой подготовки? И что с ними будет?
— А почему бы и нет? Ты читал «Конька-горбунка» Ершова?
— Приходилось. И что?
— Помнишь, как Иван нырнул в кипящее молоко, оттуда — в кипяток, а из него — в холодную воду? Кем он вышел? Писаным красавцем! Вот и эти люди могут выйти из этих дел готовыми хроноагентами.
— Хорошо поёшь! Почти точно повторяешь мои мысли, какие мне недавно в голову приходили. Только ты забыл, что в «Коньке-горбунке» стало с царём. Как там? Два раза перекрестился, бух в котёл — и там сварился! Нет, Андрэ, мы так с людьми поступать не можем.
— А почему не можем? Если кто и сварится, значит, зря на него поставили, хроноагент из него всё равно не получится. А те, кто эти испытания пройдёт, только крепче будут.
— Крепче, Андрэ, пройдя огонь, воду и медные трубы, становится только самогон. А к людям такой метод неприемлем.
— Кто бы это говорил! А как ты в своё время поступил со мной и Коршуновым?
— Ха! Сравнил, тоже! И к Андрэ, и к тебе мы несколько месяцев приглядывались, Матрицы ваши изучали да на компьютерах их совмещали. И внедрили-то вас, в итоге, во Время, отстоящее от вашего собственного только на пятьдесят лет. И подобрали-то вас так, что вы оба были лётчиками-истребителями. Нет, Андрэ, в данном случае этот пример неубедителен. Ну как, скажи мне ради Времени, ты перенесёшь человека из эпохи царя Асунты в эпоху императора Богдана, или наоборот? Да они просто рехнутся! Помнишь, как Андрэ к себе смирительную рубашку примерял? А ведь он попал в ту же Москву, в ту же гостиницу, только на полвека раньше.
— Ты, как всегда, прав. Ничего из этого не выйдет. А жаль, это был бы неплохой выход из положения.
— А я не сказал тебе, что ничего не выйдет, и что этот метод надо отбросить как негодный. Я сказал, что так, как с вами, в данном случае поступать нельзя. Людей в Реальных Фазах мы искать будем и работать с ними будем. Только всё это требует времени. Такие вопросы с кондачка решать ни в коем случае нельзя. А то получится у нас самогон вместо хроноагента. Этой работой займётся специальная группа. А ты что это смотришь на меня с таким интересом? На мне звёздочки или клеточки?
— Ни то, ни другое. Просто, когда мы с тобой упомянули Андрея, ты как-то переменился. Словно тебе какая-то глубокая мысль в голову пришла. Словно додумался до чего-то. Ну-ка, поделись, что придумал?
— Да ничего я, Андрэ, не придумал. Мысль, конечно, в голову пришла, но отнюдь не глубокая. Незадолго до того, как он пропал, у меня с ним состоялся разговор. Помнишь, ЧВП открыл тогда на него охоту по всем правилам ловчего искусства. Куда он ни выйдет на задание, они — тут как тут. Даже в тех Фазах, где они раньше ни разу себя не проявляли. И всё время стремились ликвидировать его. Я тогда предложил ему временно воздержаться от выходов в Реальные Фазы.
— Ну, а он, что?
— А он только посмеялся: «Ты, может быть, меня ещё и нафталином пересыплешь, чтобы я не испортился, и в сундук меня запрёшь, чтобы не украли». Короче, он отказался. И вот я думаю, если бы я тогда настоял на своём…
— Не казни себя, Магистр. Твоей вины здесь нет. От судьбы не уйдёшь, от ЧВП в Монастыре не спрячешься. Я, если на то пошло, виноват не меньше тебя, а даже больше. Ведь я с ним был тогда. Я ясно видел, как из этой проклятой воронки внезапно повалил желтый дым, и не придал этому значения. А мог бы крикнуть, предупредить.
— А Элен? Её-то я мог удержать, уберечь!
— Нет, — Андрэ отрицательно помотал головой, — Если беду с Андрюхой ещё можно было предотвратить, то после того, что с ним случилось, она всё равно ушла бы его искать. Андрей рассказывал мне, как она после первого его залёта в спонтанные переходы говорила ему об этом: «Меня пятьдесят Магистров и десять Советов Магов от этого не удержат!» Ты же знаешь Ленку. Как бы ты с ней справился?
Я только махнул рукой и закурил сигарету. Опять мы щедро посыпали солью кровоточащие раны. Увы, такие процедуры повторялись с удручающей регулярностью. И, судя по всему, будут повторяться и впредь. До тех пор, пока они не заживут. А раны эти могло заживить только одно лекарство: Андрэ и Элен. Чтобы отвлечься от мрачных мыслей, я стал заваривать кофе. Заварив, я налил три чашки и с одной их них подошел к Катрин. Та вся была «в компьютере». Она уже не рисовала пальчиками на щечках, а грызла один из пальцев белой шелковой перчатки. Два пальчика были уже основательно покусаны. Это тоже был добрый знак. Катрин никак не могла избавиться от детской привычки и всегда грызла перчатки, когда волновалась.
— Что-нибудь получается? — спросил я как можно более безразличным тоном, — Возьми кофе.
— Спасибо, Магистр. Ты, как всегда, угадываешь мои желания. Я только что хотела попросить у тебя ещё чашку. А программа заработала. На удивление удачно работает: перебирает ситуацию за ситуацией. Правда, решения выдаёт подчас неожиданные. Иногда даже сумасшедшие, но выдаёт. Кажется, всё пройдёт в лучшем виде. Разумеется, всё это придётся смоделировать и обсчитать. Причем, придётся задействовать Центральный Компьютер Аналитического Сектора. У нас просто не хватит ни мощности, ни быстродействия.
— Отлично, Кэт! И когда будут предварительные результаты?
— Часов через пять, может быть, раньше, — Катрин неопределённо пожала плечами.
— Тогда работай, мы не будем тебя отвлекать. Андрэ, как ты смотришь на то, чтобы выслушать несколько бредовых идей по поводу вашей задачи с растительной цивилизацией?
— Положительно. Ты и сам знаешь, что свежие идеи, пусть даже и бредовые, всегда дают толчок к решению. Мы с Катей просто уже зациклились на этом. Я — весь внимание.
— Ну, тогда слушай.
Я закурил новую сигарету и принялся излагать Андрэ свои соображения по поводу того, как можно вступить в контакт с растительной цивилизацией. Но не успел я добраться до сути, как меня прервал сигнал терминала связи. Это был вызов на экстренную, неотложную связь.
— Вот, прерывают на самом интересном месте, — пожаловался я и включил монитор.
Это был Ричард. Всегда невозмутимый, даже флегматичный он, на этот раз, выглядел весьма возбуждённым.
— Фил! Мы засекли сигналы маяка! Это — Лена!
Глава XIII
Андрей Злобин
— Фил! Мы засекли сигналы маяка! Это — Лена!
Эти простые слова Дика не просто ошеломили нас. Они повергли нас в смятение. Как будто в кабинете Магистра не обычные слова прозвучали, а разорвалась граната с нервно-паралитическим газом. А Дик смотрел на нас с экрана монитора связи и, как мне казалось, наслаждался произведённым эффектом.
«Немая сцена» длилась около минуты. Первой, как ни странно, пришла в себя Катя. И первой её реакцией было недоверие. Впрочем, мы все слишком долго ждали этого, чтобы сразу поверить, что оно всё-таки состоялось.
— Ричард, а ты не ошибся?
— Нет. Олег, а именно он делал маяк для Лены, уже проанализировал спектр хроночастот и подтвердил, что это тот самый, который он заложил в маяк.
Тут я обратил внимание на одну деталь. Дик впервые, сколько я его знал, обратился к нам таким образом: Фил, Кэт, Олег, Лена. Он всегда говорил подчеркнуто вежливо: мессир Леруа, мадемуазель Моро, товарищ Злобин, пан Кшестинский, синьор Альбимонте, геноссе Краузе, пани Илек. Видимо, долгожданное событие выбило из колеи и нашего, всегда невозмутимого начальника отдела наблюдений. Время знает, какая чушь лезет в голову в такой момент!
— В какой Фазе засекли сигнал, Дик? — спросил я.
— Что за ерунда тебя интересует! — возмутилась Катя, — Дик, ты видел её? Как она?
Но Дик, в отличие от Кати, невзирая на своё взволнованное состояние, всё-таки оставался Диком. Это был образец невозмутимости и корректности. Он начал отвечать на вопросы в порядке их поступления:
— Самое интересное, Андрей, состоит в том, что эту Фазу мы не так давно проверяли и ничего в ней не обнаружили. А сейчас нам помог случай. Один из моих работников вышел на эту Фазу проследить за испытаниями новой техники. Ну, а программы-искатели сигналов маяка и Матриц сейчас работают у нас на каждом компьютере в автоматическом режиме. Он даже не сразу понял, что за сигналы подаёт ему машина. Фаза эта относительно благополучная, развивалась довольно стандартно. Сейчас там уровень, соответствующий примерно второй половине XX века. Сигналы маяка идут из какой-то московской квартиры. Но ни пани Илек, ни товарища Коршунова в этой Фазе нет. Мы тщательно просканировали эту Фазу, но их Матриц не обнаружили.