Владимир Де Ланге – Вера и рыцарь ее сердца. Книга третья. Играть с судьбою в поддавки (страница 7)

– И как можно так ненавидеть своих родителей, чтобы их презирать? Это как-то не по-божески, – осторожно вмешался в разговор Володя.

– Папа, причём тут Бог? Женя сказал мне сам, что маму он ненавидит, потому что она беспредельно добра к нему, а отца – за буйство по пьяному делу. Женя, будучи мальчиком, сам не раз прятался с матерью от пьяного отца. Теперь Женин отец трезвенник, а его мама отдала себя в рабство детям, ей всё равно, что дети делают в жизни, лишь бы они сыто жили и в гости приходили.

Вера не решалась называть при родителях Любовь Андреевну мамой Любой, а своего свёкра она даже в мыслях не смела назвать папой.

***

Когда Вера осталась одна в своей девичьей комнате, горько стало у неё на душе. Не думала она, что вернётся в отчий дом беглянкой с дочерью на руках. Конечно, не всё рассказала она родителям о той жизни, которая ставила её на колени, зачем было их огорчать, если уже ничего не изменить.

Как наивны были её мечты спасти того, кого уже не спасти, любить того, кто не нуждался в её любви, и родить дочку тому, кому нельзя доверять детей. Любовь и брак с Женей оказались на поверку её собственной блажью, потому что Женя не был рыцарем её сердца и никогда им не станет.

Впервые Вера разочаровалась в себе, в любимом человеке и в своём замужестве, хотя это разочарование осознавалось ею ещё раньше, в тёмную новогоднюю ночь.

***

Катюше было тогда полтора месяца, вся страна готовилась к новогодним праздникам, а Вера не ждала праздника, не ждала она и новогодних подарков, ибо у неё праздником и подарком была крошечная девочка, её доченька, такая родная, такая желанная, что дух захватывало.

Врачебная квартира обогревалась плохо, тепло поддерживалось только в спальне, где находился ребёнок. Обогреватели работали днём и ночью, и эта спальня казалась Вере земным раем. Пусть Женя напивался каждый день, пусть мороз на дворе, но ничто не мешало её счастью быть матерью младенца, которого величали Катенькой. Когда Женя приходил домой поздно ночью, вваливался в дом и падал на диван, то Вера внутренне радовалась, ведь само ожидание его возвращения мешало ей посвящать себя дочери.

Под самый Новый год приехал отец Жени, деда Виктор, чтобы забрать семью сына к себе в деревню, и был очень удивлён отказом невестки ехать с ним в деревню по причине того, что его сын напьётся и испортит родителям праздник.

– Вера, ты …это …брось чепуху городить! С какой стати наш сын будет нам в тягость! Ты лучше внучку потеплей укутай и поехали, пока дороги не замело. Там Андреевна пельменей налепила. Новый год – праздник семейный, а с Женькой я сам разберусь, не впервой.

Вера согласилась поехать в деревню, чтобы по-родственному встретить Новый год. Стол ломился от угощения, среди закусок красовались пузатая бутылка шампанского: всё как положено в приличных семьях. Сначала наливочкой проводили старый год, потом за пять минут открыли шампанское, с шумом и пеной. Весело было всем за столом, а хозяйка дома всё в рюмочки подливала и в тарелочки всякие блюда подкладывала, в то время как Катюша в уюте прогретого дома спала себе и спала. Бабушка Люба её накупала и убаюкала, так что Вере ничего другого не оставалось, как отдыхать. После застолья Любовь Андреевна отправила её с Женей в молодёжный клуб, пообещав присматривать за Катей.

Вера шла по снежной поселковой дороге в клуб и чувствовала себя необычно хорошо, она чувствовала себя замужней женщиной, у которой есть хоть и пьющий, но умный и сильный муж. В празднично убранном клубе стояла новогодняя ёлка. Вокруг ёлки толпился весёлый народ. Женя смеялся, шутил и танцевал, но не с ней. В клубе собрались вместе его друзья и подруги детства, с которыми было ему интересно и радостно. Вера это понимала, но разве понимание может сделать кого-нибудь хоть на капельку счастливее?

Как в юности, она вновь постояла у стенки клуба, вглядываясь в разряженную смеющуюся толпу чужих людей, и боялась потерять мужа из вида, но потеряла и отправилась домой.

По деревенской улице мела метель, вторить её завываниям Вера не собиралась, она бежала туда, где посапывало её единственное счастье, её отрада, её доченька Катенька, для которой она всегда будет любимой мамой! Любовь к дочери согревала её сердце, которое уже потеряло способность говорить со звёздами, слушать тишину и спорить с ветром. Теперь романтика и поэзия оказались лишними затеями юности, которые не пригодятся во взрослой жизни.

Вера уже спала в спальне рядом с дочерью, когда услышала громкие голоса.

Где-то в преддверье ругались Женя с отцом, но Веру это совершенно не касалось, она потянулась и нежно поцеловала дочку в щёчку, и та улыбнулась ей в ответ.

– Всё хорошо, мой котёночек, всё будет хорошо.

Только утром узнала Вера, что случилось в эту новогоднюю ночь.

Женя вернулся домой далеко за полночь, он был пьян и счастлив, но войти в родительский дом ему помешал отец, тут между ними завязалась драка, которая длилась до первой крови, и, в заключение новогодней ночи, рассеченную губу молодого Лебедева грубо зашил фельдшер деревенской амбулатории.

А Вере было даже стыдно за тихую радость, что ее это новогоднее происшествие совершенно не коснулось.

***

Вера не рассказала эту историю родителям ещё и потому, что ей хотелось самой быстрее забыть свое недавнее прошлое, где она плохо сыграла роль жены, и забыть, как можно быстрее, того, кто причинил ей столько страданий.

Вера уже спокойно спала с Катюшей в своей бывшей спальне, а её родители долго советовались между собой, как им поступить. Решение, принятое ими той ночью, огласила дочери Римма, когда собиралась на работу.

– Мы с папой подумали и постановили, что ты можешь пожить с Катюшей у нас.

Так через годы Вера несолоно хлебавши возвратилась в свой родной дом.

Пять месяцев в родительском доме пролетели как один день. Если раньше она была девушкой на выданье, то теперь она превратилась в дочь, сидящую на шее у своих родителей. И Вера исправно вела домашнее хозяйство, чтобы к приходу мамы и папы с работы было убрано, постирано, еда приготовлена. Иногда она встречалась и со своими подругами.

Ирина бросила своего женатого любовника и женила на себе сына маминой подруги, от которого ждала ребёнка. Красавица Лена всё жила с Андреем в квартире его родителей, воспитывала сына, ругалась со свекровью и сварливостью губила свою красоту. Хотелось бы порадоваться за судьбу Ларисы, но школьная подруга уже порядком намучилась со своим мужем и в её разговоре появились вульгарные обороты речи.

В общем, никому из подруг юности с замужеством не повезло, как и Вере, но зато в отчем доме она быстро набрала в весе и духовно окрепла, а Катюша сделала свои первые шаги, о чём её папа узнал по телефону. В телефонных разговорах Женя жаловался на жизнь, просил денег на еду, так как после того, как он остался один, его уволили за пьянство. Для Веры сладостью было слышать о том, что муж скучает по ней и дочери, поэтому она не выдержала и сообщила, где хранила сберегательную книжку.

Такое неадекватно глупое поведение дочери лишало Римму спокойствия, и она воспользовалась правом матери наставлять детей на истинный путь.

– Вера, ты живёшь у нас почти полгода. Пока тебе не исполнилось 28 лет, надо решать свою судьбу. У тебя есть ещё шанс начать всё сначала, сделать правильный выбор, а ребёнок этому не помеха! Катюше нужен отец, а не пугало запойное.

О том, каким образом нужно Вере решать свою судьбу, Римма не сказала прямо, поэтому Володя, оставшись с дочери наедине, продолжил эту тему.

– Ты маму слушай, она тебе зла не пожелает, но строить жизнь надо правильно, по совести, ведь никакой дядя со стороны не заменит ребёнку родного отца. Запомни это и не позволяй своей судьбе играть с тобой в поддавки.

Так как жизнь дочери зашла в тупик, то Володя принял решение действовать по-мужски, и, не откладывая в долгий ящик, он отправился в Зеренду. Римма была крайне недовольна таким упрямством мужа, но помешать ему осуществить план по спасению семьи дочери она так и не смогла, хотя и пыталась. Упрямству её мужа мог позавидовать любой осёл!

Видавший виды на своём веку, Володя приехал в Зеренду и ужаснулся. От бывшего атлета остались только скелет и обвисшие мощи. Квартира дочери, обставленная мебелью со знаком качества Карагандинской мебельной фабрики, теперь напоминала притон алкоголиков. Собутыльников своего зятя мужчина разогнал взашей, а самого Евгения встряхнул морально и физически, чтобы тот опомнился и вспомнил, что у него есть жена, дочь и ответственность главы семьи. Неделю Володя приводил Женю в чувство, откармливал его отварной картошкой с тушёнкой домашнего производства и помогал привести квартиру в порядок.

Когда квартира была приведена в божеский вид, Женя попросил у тестя 50 рублей, чтобы рассчитаться с долгами. Володя не хотел оскорбить трезвого зятя недоверием, как-никак семь дней они жили бок о бок, а тот пропил эти деньги за один вечер.

Утром следующего дня Женя очнулся от похмелья. У него страшно болела голова и нестерпимо сохло во рту. Какое-то время он долго всматривался в сидящего рядом с ним представительного мужчину, одетого в костюм с орденской планкой на груди, и никак не мог понять, каким образом он оказался в мягком кресле у окна междугороднего автобуса и почему его сосед по креслу сильно смахивает на Вериного отца.