Владимир Дайнес – Рокоссовский. Солдатский Маршал (страница 6)

В ночь на 1 ноября ударил легкий морозец, земля замерзла. Это позволило ускорить движение. 262-й и 264-й стрелковые полки, обойдя противника с тыла, атаковали утром противника в селе Чистоозерское. Их поддержал дивизион Рокоссовского. Противник, не ожидавший наступления советских частей, не оказал серьезного сопротивления и оставил село.

Продолжая преследование, части 30-й стрелковой дивизии достигли к вечеру 2 ноября р. Ишим. Белогвардейские войска отошли на восточный берег, где была создана хорошо оборудованная оборона, прикрытая сплошным проволочным заграждением. С. Н. Богомягков принял решение немедленно атаковать противника, чтобы не дать ему возможности уйти на Омск. Но, прежде чем атаковать, следовало провести разведку боем. Эта задача была возложена на дивизион Рокоссовского.

О том, как действовали кавалеристы, свидетельствует выписка из приказа реввоенсовета 5-й армии № 128 от 3 – 4 апреля 1920 г[18]. В приказе говорилось о награждении К. К. Рокоссовского орденом Красного Знамени № 1717 «за то, что 4 ноября 1919 г. в бою под с. Вакоринским, лично руководя дивизионом, прорвал расположение противника и в конном строю с 30-ю всадниками, преодолев упорное сопротивление пехотного прикрытия врага, захватил в полной исправности неприятельскую батарею[19]».

Потерпев поражение на р. Тобол, войска адмирала А. В. Колчака начали отходить к Иртышу, чтобы, опираясь на эту крупную водную преграду, создать новый оборонительный рубеж и остановить дальнейшее продвижение Красной Армии. Однако войска Восточного фронта сорвали этот замысел. Они, преследуя противника с фронта и по параллельным маршрутам, стремительно продвигались на омском направлении. 6 ноября бригада И. К. Грязнова заняла станцию Мангут в 85 верстах к востоку от Ишима. Утром 7 ноября дивизион под командованием Рокоссовского стремительным ударом захватил деревню Караульная, но сам командир дивизиона в этом бою получил ранение. В справке, подписанной врачом Ларьковым, отмечалось, что Рокоссовский ранен револьверной пулей. Далее врач пишет:

«В какую часть тела – в плечо правой руки слепое пулевое ранение. Органическая неподвижность верхней части ключицы.

Оказанное пособие – перевязка.

Год 1919, месяц – декабрь, число – 15[20]».

К. К. Рокоссовский был эвакуирован в Ишим, где находился госпиталь 3-й армии. Лечение затянулось, и только 20 декабря Константин Константинович смог вернуться в свой дивизион. К этому времени войска Восточного фронта, неотступно преследуя противника, 14 декабря заняли Новониколаевск (ныне Новосибирск), а 20 декабря – Томск. 22 декабря войска 5-й армии, в составе которой теперь действовала 30-я стрелковая дивизия, вышли в район станции Тайга. Здесь оборонялись чехословацкие, польские и румынские легионеры. Части 27-й и 30-й стрелковых дивизий нанесли удар по станции с фронта, а дивизион Рокоссовского атаковал ее с севера. На самой станции началось восстание рабочих железнодорожного депо, что облегчило захват Тайги.

В ходе Красноярской операции войска 5-й армии под командованием Г. Х. Эйхе во взаимодействии с партизанскими соединениями А. Д. Кравченко, П. Е. Щетинкина, В. Г. Яковенко и Н. М. Буды нанесли поражение частям Восточного фронта противника, которыми командовал генерал В. О. Каппель. 2 января 1920 г. части 30-й стрелковой дивизии овладели Ачинском. После этого стремительным броском передовых отрядов, посаженных на подводы и сани, перерезали на следующий день дорогу Ачинск – Минусинск. Сводная кавалерийская группа дивизии, включавшая и дивизион Рокоссовского, сумела захватить станцию Большой Кемчуг, завершив тем самым окружение противника. 4 января рабочие и солдаты красноярского гарнизона подняли восстание, овладели Красноярском и преградили частям генерала Каппеля дорогу за Енисей. 6 января 2-я стрелковая бригада 30-й стрелковой дивизии и 35-я стрелковая дивизия вместе с отрядами партизан вышли к Енисею, полностью отрезав противнику все пути отхода на восток.

Белогвардейцы предпринимали отчаянные попытки вырваться из окружения. В этих боях тяжелые испытания выпали на долю Сводной кавалерийской группы, которая в течение двух дней сдерживала натиск превосходящих сил врага. Рокоссовскому приходилось неоднократно водить своих бойцов в контратаки, чтобы не допустить прорыва противника из окружения. Оказавшись в безвыходном положении, его основная группировка (около 50 тыс. человек) 6 января сложила оружие в районе южнее Большого Кемчуга. В ночь на 7 января части 30-й стрелковой дивизии вступили в Красноярск. В результате Красноярской наступательной операции армия адмирала Колчака практически прекратила свое существование. За Енисей удалось пробиться лишь ее остаткам во главе с генералами В. О. Каппелем и С. Н. Войцеховским. В описании Красноярской операции, подготовленном штабом 5-й армии, отмечалось, что боевые действия 30-й стрелковой дивизии «явились последними вескими ударами, совершенно парализовавшими всякую боевую деятельность неприятеля. Его войска превратились в нестройные толпы, потерявшие всякую способность даже к бегству, и были предоставлены партизанам[21]».

После завершения Красноярской операции кавалерия 30-й стрелковой дивизии, понесшая большие потери, была реорганизована. На базе отдельных кавалерийских дивизионов был сформирован 30-й кавалерийский полк, командиром которого 23 января 1920 г. был назначен К. К. Рокоссовский. Таким образом, он поднимался на новый уровень. Полк – воинская часть, основная тактическая и административно-хозяйственная единица вооруженных сил. По боевому составу он занимает промежуточное положение между батальоном и бригадой (дивизией); предназначен для выполнения боевых задач, как правило, в составе соединения, а также самостоятельно. По штату, объявленному приказом Реввоенсовета Республики в июле 1919 г., кавалерийский полк состоял из 4 эскадронов и конно-пулеметного взвода и имел численность 915 человек и 947 лошадей.

Формирование полка заняло почти два месяца. 22 февраля 1920 г. 30-й кавалерийский полк покинул Красноярск и отправился догонять части 30-й стрелковой дивизии, которые 7 марта заняли Иркутск.

В это время серьезно осложнилась обстановка между Советской Россией и Польшей, да и на Северном Кавказе еще не был полностью завершен разгром войск генерала А. И. Деникина. Кроме того, продвижение советских войск в Забайкалье могло привести к вооруженному столкновению с японскими войсками, оккупировавшими Дальний Восток. Это вынудило ЦК РКП(б) и Правительство РСФСР принять решение о переходе войск 5-й отдельной армии к обороне на рубеже озеро Байкал, р. Селенга, граница с Монголией, а также создать на Дальнем Востоке буферное государство буржуазно-демократическое по форме, но, по существу, проводившее советскую политику. Дальневосточная Республика (ДВР) была организационно оформлена 6 апреля 1920 г. на учредительном съезде трудящихся и партизан Забайкалья. В ее состав вошли Забайкалье, Амурская, Приморская и Сахалинская области, а также русское население в районе Китайско-Восточной железной дороги (КВЖД).

Наряду с созданием Дальневосточной Республики развертывалось формирование ее вооруженных сил. Еще 10 марта 1920 г. Временное земское правительство Прибайкалья по согласованию с Иркутским ревкомом приняло решение о создании Народно-революционной армии (НРА) Прибайкалья по образцу Красной Армии РСФСР. Ее главнокомандующий назначался по рекомендации ЦК РКП(б), в своей деятельности руководствовался директивами Реввоенсовета Республики, Главкома РСФСР и его помощника по Сибири. В начале апреля того же года армия была переименована в Народно-революционную армию Забайкалья, а в середине мая – в Народно-революционную армию Дальневосточной Республики.

Народно-революционная армия ДВР попыталась в апреле 1920 г. ликвидировать «читинскую пробку» – так назывались в этот период все районы Забайкалья, оккупированные японскими интервентами и белогвардейцами, в основном вдоль железных дорог Могзон – Чита – Пашенная и Карымская – Маньчжурия, отделявшие буферное Прибайкалье от советских районов Амура. Бои шли с переменным успехом, и постоянно существовала угроза, что молодая Народно-революционная армия, еще недостаточно окрепшая, потерпит поражение, если японские войска усилят натиск. Поэтому командующий 5-й отдельной армией М. С. Матиясевич 7 апреля приказал:

«…2. Начдивам 30, 35 и 51 принять срочные меры по приведению дивизий в боеспособный вид, обратив особенное внимание на пополнение колесным обозом и строевую подготовку. Иметь в виду выдвижение 30-й дивизии в район Мысовск – устье Селенги – Верхнеудинск (последний исключительно), одной бригадой 35-й дивизии в район Култука и 51-й дивизии в район Иркутска, приказ о чем последует дополнительно.

…4. В случае перехода противника в наступление войскам быть готовым дать должный отпор, но отнюдь не проявлять инициативы во враждебных действиях против Японии[22]».

В апреле началось выдвижение частей 30-й стрелковой дивизии в указанный район, а 9 мая в путь отправился и 30-й кавалерийский полк. 15 мая он прибыл на русско-монгольскую границу, протянувшуюся по быстрой мутной р. Джида, где сменил 266-й стрелковый полк 30-й стрелковой дивизии. К. К. Рокоссовский получил задачу по охране 70-верстного участка границы на правом фланге дивизии. Под его руководством началось строительство оборонительных сооружений: окопов, блокгаузов, позиций для артиллерии. Наряду с этим прокладывались новые дороги, готовились этапные пункты и зимнее жилье. Одновременно командир полка не забывал и о боевой учебе. Красноармейцы совершенствовали огневую и тактическую подготовку, занимались в школах ликвидации безграмотности и политграмоты. Труды не пропали даром. Летом на дивизионных учениях кавалерийский полк показал хорошую выучку. Однако не все удавалось молодому командиру – имелись недочеты в организации управления подразделениями полка.