Море боли, перевоплощение,
Альтруизм? Да умозаключение.
Зарево лимонного луча,
На окне истомная свеча,
Льется шелк – ни это ль озорение?
Тех волос и стан, как приведение. </span>
Твои глаза – усталый блеск сапфира…
Твои глаза – усталый блеск сапфира,
Твоя улыбка – искренняя как слеза,
Душа твоя – небесной глади свита,
Любовь твоя божественна и неземна!
Изящный стан твой – хрупкость нежной ивы,
Забвенный голос твой – хрусталя перезвон,
Твои признания светлы и правдивы,
Твои мучения – странный белый сон.
Вопрос возник и тут же увядает,
Судьба зовет, но молкнет под венец,
Когда лишь имя он твое узнает —
Возникнет в сердце алой крови блеск.
И кто сказал, что имя твое в тайне —
Почти не слышно шепчет в телефон —
О, Лиза! Как встречаться с Вами,
Когда вода не плещется с огнем!? </span>
Ты жалей, жалей меня родная…
Ты жалей, жалей меня родная!
Говори, мол, сопли с молоком,
И зачем-то душу мне лаская,
Утопая в дальнем дорогом…
Ты жалей, жалей меня родная.
Ты грусти, грусти, моя святая!
Вспоминай о дивном, о былом,
Не сказав ни слова, понимая,
Жизнь моя под серым колпаком!
Ты грусти, грусти, моя святая.
Отзовись на зов моего края,
Получив призванье в Новый свет,
В светлых поисках мечты, сгорая,
Не угасни от прожитых даром лет!
Отзовись на зов моего края.
Шесть гонцов, а рядом волчья стая,
Птичий крик и пустошь за бугром,
И из ножен меч не вынимая, —
Ниц падут, издушенным нутром…
Шесть гонцов, а рядом волчья стая.
Ты молчи, молчи, моя иная!
В суе дней момент не упускай!
Ну а сдаться можно нам и в рае —
Только ты меня туда не подпускай!
Ты молчи, молчи, моя иная!
Что черемуха поёт…
Что черемуха поёт
И о чем мечтает?
Видно, что ковыль её
Пряди не ласкает!
И в глазах печаль,
И на сердце скука!
Что ж ты высока так,
Милая подруга?
Ветер робок – смел!
Ветер эфемерен…
То ли песню он пропел,
То ли нежно стелит…
Ну а можешь нам,
Оказать услугу?
Наклонить к устам 
