Владимир Чагин – За чертой подземных врат (страница 3)

Мелкое русло притока Конго текло спокойно, сужаясь и ускоряясь перед стремительным падением в глубокую чёрную яму. Посреди реки, в нескольких десятках метров от водопада, на коленях, лицом к лицу, стояли два человека, глядя друг другу в глаза. Ни единой эмоции не было в выражении лиц, а руки, сжимали ножи, погружённые в тела. Ещё мгновенье, и человеческие фигурки, упав в речной поток, поплыли к шумящему краю.

Возвращение

Маленькая яркая птичка приземлилась на ветку и, заглянув в цветок, вспорхнула, оставив собравшуюся в пружину змею без обеда. Стремительно взлетев, птица оторвала от ветки лист, превратив его в зелёный самолётик, отчаянно пытавшийся выйти из штопора. Лист падал, упорно сопротивляясь судьбе. Вертелся в разные стороны, подхватываемый потоком ветра, но, как ни старался продлить полёт, сила земного притяжения влекла его туда, где он закончит путь, замкнув круг жизни влажного тропического леса.

Наблюдая за падением, Макс вспомнил, как ранним сентябрьским вечером в московском кафе две пары глаз наблюдали за оторвавшимся с ветки придорожной берёзы листом. Лист медленно опускался на холодный асфальт, выписывая в воздухе пируэты, и двое, взглянув друг другу в глаза, загадали желание. Она так и не сказала, что загадала, но было в её взгляде что-то особенное.

Макс плыл по течению, не чувствуя ускорявшегося потока, несущего к водопаду. – «Не сейчас», – мысль скользнула в голове, и мир провалился. Он видел ревущего командира, требующего встать в строй, слышал крики товарищей, прерываемые взрывами и свистящими пулями на фоне красного неба. Видел, как всё вокруг падало в огненный жёлоб, и он стремительно приближался к вспыхивающей лаве. Вспышка! Пространство замерло в безмолвной пустоте красного тумана. Вдали появились фигуры, они приближались. Десятки людей. Он не видел лиц, но слышал, как звали его. Бага, Сарай, Кина, многие, кто погиб на его глазах, были здесь.

«Я не пойду», – прошептал Макс, и в это мгновение, чёрная тень вонзила дымящийся нож в его грудь.

– Нет! – вскочив на кровати, хватая воздух перед собой, он едва не задел спящую девушку, проснувшуюся от его крика.

Яркий свет утреннего солнца ударил в глаза, вернув в уютную московскую реальность.

– Успокойся. Всё хорошо, – девушка прикоснулась к нему тёплой ладонью.

Макс посмотрел на неё так, будто не ожидал увидеть.

– Опять этот сон? Всё нормально, всё хорошо, – она продолжала гладить его спину. – У тебя есть что-нибудь съедобное в холодильнике? – девушка накрутила на палец густую прядь рыжих волос, мило улыбнувшись.

– В холодильнике? – Макс собирал в кучу мысли. – Да, что-то было.

– Отлично! Я очень голодная, – она вскочила с кровати и завлекающей походкой медленно пошла на кухню.

Макс провожал её взглядом охотника, заворожённого красотой удалявшейся добычи.

– Марика! Подожди! Давай отложим завтрак ненадолго, – улыбнувшись, Макс остановил её.

Марика повернулась и через пару секунд была в его объятиях.

Сигнал будильника разбудил Макса в десять часов утра. Он сел и медленно обвёл взглядом комнату. Вокруг лёгкий беспорядок. На полу лежала одежда, сброшенная впопыхах вчерашним вечером, на стеклянном столике два бокала с недопитым игристым, в углу на большом металлическом кейсе лежал армейский рюкзак. Потерев висок, Макс посмотрел на браслет. Десять часов одна минута, двадцать пятое сентября две тысячи пятьдесят второго года – отображалось на гладкой чёрной поверхности. Дверь ванной открылась. В комнату вбежала Марика в нижнем белье, и, на ходу закалывая волосы, подхватила с пола блузку.

– Опаздываю, тебе придётся поесть одному! – сообщила она, поспешно одеваясь.

– Ничего страшного. Я взрослый мальчик. Хотя, без тебя завтрак будет пресным и скучным, – Макс посмотрел ей в глаза, похотливо улыбаясь.

Подойдя к нему, Марика поцеловала его в губы, издав стон, и Макс почувствовал прилив сил.

– Нет! Сладенькое теперь только вечером, – она отодвинулась, помахав изящным пальчиком. – Я уже час, как должна быть в комитете. Странно, что босс не звонил, – Марика посмотрела на широкий чёрный браслет.

– Ты отключила связь вчера вечером.

– Совсем забыла!

– Но отец тебя прикроет.

– На работе он босс, и влетает мне от него покруче, чем остальным. Кстати, я рассказала ему про тебя. Он хочет познакомиться.

– Уверена, что сейчас подходящее время? Твой отец, наверное, не в восторге, что ты встречаешься с простым солдатом.

– Вовсе нет! Папа положительно отреагировал и хочет поскорее тебя увидеть. Это хороший знак. Кроме того, я его единственная дочь, и он сделает всё, чтобы я была счастлива.

– Хорошо, обсудим это вечером. Кстати, скоро поеду в центр. Тебя подбросить?

– Нет. Я вызвала вертолёт комитета, он заберёт меня с верхней площадки. Всё, побежала. Не скучай, – на ходу Марика подхватила серый кейс и, исчезая в дверном проёме, послала Максу воздушный поцелуй.

«Воспоминания, сны не уходят. Реабилитационный курс закончен. Я ещё не готов? А если никогда не буду готов?» – стоя возле окна маленькой квартирки на северо-восточной окраине Москвы, Макс смотрел, с высоты сорок восьмого этажа, на холодное сентябрьское утро. Он думал о Конго, пытался найти ответы, пытался понять, как могло случиться то, что произошло там. Почему погибла почти вся команда и кто в этом виноват. Потерев грубый шрам, он достал из кармана штанов маленькую серебристую пластину с нацарапанными на ней инициалами, повертел в руках и нерешительно положил на подоконник.

– Привет, – ожило голографическое изображение, посылаемое из тонкой полоски. – Прекрати меня снимать, ветер волосы растрепал, – симпатичная девушка с длинными русыми волосами, смеясь, убегала от неровно снимающей камеры.

– Ты очаровательна, – голос за кадром казался Максу не похожим на его, но каждое слово он помнил и мысленно повторял сейчас.

– Поставь сюда, пусть снимает со стороны, – весело сказала девушка, и камера послушно застыла выше уровня ресторанного столика. – Сегодня два года, как мы вместе.

– Это только начало!

– Хочу загадать желание. Хочу, чтобы мы вместе загадали желание.

– Я готов.

– Давай, – девушка взяла его руки, положила на поверхность стола и накрыла ладонями.

«Вера», – сверкнуло в голове, когда чёрный браслет издал сигнал вызова, и рука смахнула пластину, погасив ролик.

«Максим, прекрати думать о ней! Всё кончено!» – Макс переключил вызов в режим голограммы.

На поверхности браслета появилась фигурка пожилого мужчины, одетого в строгий чёрный костюм, и Макс вытянулся в уставную позу.

– Сегодня обойдёмся без прелюдий! Думаю, у тебя их последнее время хоть отбавляй.

– Что вы имеете в виду? – сдержанно и с напускной растерянностью спросил Макс.

– Уже весь корпус в курсе, с кем ты встречаешься.

– Быстро же информация просочилась.

– Забыл, в какой век мы живём? Нам каждый раз сложнее создавать фоновые поля в местах операций, а ты хотел скрыть такое. Весь корпус в курсе был, когда ты ещё не… – фигурка одёрнула край пиджака, словно это не пиджак, а парадный армейский мундир.

– Я и не скрывал.

– А я бы на твоём месте вообще не связывался. Ты понимаешь, чья она дочь? Ладно. Я не папа твой, чтоб жизни тебя учить, а ты не дитя малое, поучения выслушивать. Сам должен последствия осознавать.

– Готов выслушать приказ! – Макс вытянулся, желая прекратить разговор.

– Капитан! Приказываю прибыть в центр «Альфа» для прохождения тестов на пригодность к службе.

– Есть!

– Пришлю за тобой транспорт.

– Спасибо, но я хотел добраться самостоятельно.

– Хорошо, даю тебе полтора часа.

– Есть! – Макс провёл ладонью по браслету, и маленькая фигурка растворилась в воздухе.

Спускаясь на лифте в подземный паркинг, он чувствовал себя студентом-первокурсником, идущим на экзамен, или боксёром-любителем, в первый раз выходящим на ринг перед публикой. Шесть месяцев реабилитации давали о себе знать. Лифт остановился на восьмом уровне подземного паркинга. Макс перекинул рюкзак на другое плечо и пошёл к секционным воротам с обозначением G1190. Подойдя к двери, поднёс браслет к датчику на стене, и ворота поползли вверх, исчезая в верхней нише. Зайдя внутрь, подошёл к металлическому шкафу возле задней стены и нажал на браслет. Дверь быстро откатилась, показав полузакрытую капсулу в центре огромного колеса. Не дожидаясь, пока байк выдвинется из шкафа, Макс развернулся к стене. Возле стены стояло что-то, накрытое чёрной тканью. Плавным движением, он стащил накидку, обнажив красный Дукати.

– Привет, старичок, давно не виделись. Скоро выберемся за город и порезвимся на славу! – Макс крепко сжал ручку акселератора, словно руку старого друга.

Внимательно осмотрев мотоцикл, он аккуратно накрыл его и вернулся к шкафу с одноколёсной капсулой. Поднеся браслет к датчику возле ручек управления, быстро скомандовал:

– Запуск.

Капсула ожила, и приятный женский голос ответил: «Богданов Максим, личность подтверждена».

Собираясь усесться на сиденье, Макс остановился. Сунув руку в карман, вытащил серебристую пластину, и, посмотрев на полку над металлическим шкафом, потянулся к ней, но, заметив широкую нишу в стене, в стыке бетонных перемычек, затолкал пластину в неё.

Закинув рюкзак в багажный отсек, Макс устроился на сиденье и, взявшись за ручки управления, произнёс: