Владимир Чагин – В колыбели тьмы (страница 2)
– Готова! – выкрикнула в пожелтевшую эмаль.
Удар был настолько сильным, что чаша ванной пошла трещиной, и куски осыпались на дно. Промахнувшись по голове резко отклонившейся Леры, Иваныч удивлённо выпучил глаза, но Лере хватило мгновений, чтобы вцепиться зубами в бородатую шею. Рванув что было сил, она почувствовала во рту кусок плоти, и кровь. Заревев, Иваныч попятился. Выронив молоток, схватился рукой за шею, пытаясь остановить хлеставшую фонтаном кровь. Сдёрнув с крючка полотенце, вывалился из ванной в коридор. Проглотив остатки крови, Лера освободила рот, и, выбравшись из ванной, прижалась к закрывшейся двери. За ней слышались стоны и кряхтение. Решалась. Внезапно стон прекратился, и она почувствовала, как холод пошёл по спине. Собравшись, намотала на руку цепь, и, подняв молоток, открыла дверь. В коридоре пусто. Кровавый след тянулся на кухню. Осторожно ступая, подошла к заляпанной кухонной двери, держа наготове молоток. Он лежал на спине с широко открытыми глазами. Не двигался и не дышал, правой рукой прижав к шее намокшее от крови полотенце. Осторожно наклонившись, вытащила ключи из кармана его брюк и освободила руки.
«Что дальше?» – застыла на пороге, уставившись на распластавшееся тело. «Бежать!» – полыхнуло в голове. Рванув к выходу, остановилась в прихожей, вспомнив про одежду. Возвращаясь в комнату, взглядом зацепила приоткрытую дверь в гостиную. Старуха лежала на диване. Смотрела в коридор. Она не могла говорить и двигаться, но всё читалось в глазах. Боль и ненависть. Вряд ли сильнее и больше, чем во взгляде Леры. Криво улыбнувшись, Лера медленно закрыла дверь. В шкафу, в комнате, нашла старый пуховик и ботинки. Напялила как попало. Побежала к выходу, но в дверном проёме получила удар в лицо. Упав на пол, схватилась за разбитый нос.
– Не сегодня, – прохрипел Иваныч.
Шатаясь, пошёл вперёд, попытался схватить.
– Не сегодня! – со злостью выдохнула Лера, и, не вставая с пола, ударила его ногой в пах. Он загудел, упал на колени. Воспользовавшись моментом, она выбежала в коридор. Распахнула входную. По лестнице вниз. Дальше, во двор. Бежала, натыкаясь на припаркованные машины и мусорные баки. Не останавливалась, пока не оказалась на освещённом праздничными фонарями тротуаре. Прислонилась к столбу, переводя дыхание. Невский жил своей жизнью. Люди спешили к празднованию, обходя и не замечая её. Стояла так, смотря в одну точку, пока не услышала позади мужской голос.
– С вами всё в порядке? – молодой человек в клетчатом пальто, смотрел на неё сквозь линзы круглых очков.
– Со мной? – Лера оглянулась по сторонам.
– У вас кровь, – он кивнул.
– Это случайно, – она быстро вытерла лицо. – Поскользнулась, – спрятав глаза, быстрым шагом пошла к арке, из которой выбежала и в которую входила несколько месяцев назад. Оказавшись в темноте, повернулась к свету и спешащим людям.
«Всего лишь несколько шагов и всё! Вернусь в жизнь!»
Вспомнила его слова.
«Нет!»
Закрыв глаза, медленно повернулась. Открыла. Темнота и тусклый свет ламп. Чёрная зима тянулась к ней костлявыми лапами.
«Не сегодня» – произнесла про себя и пошла обратно. Остановившись у входа в парадную, прислушалась. Оглянулась. Поморщившись, вспомнила про оставшийся в квартире молоток. Взгляд упал на осколки битого стекла, поблескивающие рядом с мусорным баком. Выбрав самый большой, скрутила на нём из картона рукоять, и крепко сжав, вошла в парадную. Поднималась медленно, вслушиваясь в полумрак лестниц. Этажи молчали. Подойдя к нужной двери, потрогала рукой. Открыто. Выдохнув, сжала губы и шагнула через порог.
***
Холодный ветер встретил Павла на выходе из подземного перехода. Он первый раз был в Питере и предпочёл пеший маршрут, передвижению на такси. Да и денег особо не было. Все накопления ушли на поездку. Двигаясь по Невскому быстрым шагом, он с уверенным видом прошёл мимо полицейского патруля, однако, сделавшего ему замечание по поводу приспущенной с носа маски. Уставший, но довольный длительной пешей прогулкой, он вскоре добрался до места назначения и едва ли не бегом поднялся на нужный этаж. Нажал на дверной звонок. За дверью послышались шаги, а за ними последовали щелчки замка.
– Павел! Добрый день! Я так рада!
Полноватая женщина в очках и халате, стояла на пороге, добродушно улыбаясь.
– Простите, пожалуйста, что заставила проделать такой долгий путь, – попыталась виновато спрятать глаза. – Ещё и карантин этот. Да вы снимите маску, не бойтесь! Я не подвержена этой заразе.
– Я нашёл вашу записку по адресу.
– Да, мне пришлось срочно уехать, – она добродушно пожала плечами. Отец совсем плохой последнее время. У него ведь травма горла и зрение вдобавок. Лежит уже несколько лет. Вот, дохаживаю. Но вы не переживайте! Можете жить здесь, а работать там. Есть отдельная комната, и плату за проживание я с вас не возьму.
На лице юноши промелькнула улыбка.
– Ой, что же я вас за дверью держу! – спохватилась женщина. – Входите скорее!
– Огромное спасибо, Валерия, вы очень добры! – войдя в прихожую, Павел снял с плеча рюкзак.
– Можете звать меня просто Лера, – произнесла она и закрыла дверь.
Зеркало
Добриваться пришлось в гостиной, сидя в кресле. Поглядывая в открытую дверь ванной комнаты, Том на ощупь водил опасной бритвой по коже. Закончив, вытер остатки пены, пройдясь пальцами по щекам и шее. Медленно поднявшись, шагнул к столу. Подумал, что удачно рухнул на упавшее под ноги полотенце, потеряв сознание. Ударься он головой о раковину или плитку, последствия могли быть печальные. А так – лёгкий ушиб бедра и царапина на предплечье. Ничего страшного. Он не помнил, принимал ли таблетки вчера вечером. Провалы в памяти, появлялись чаще, но Том игнорировал полноценное лечение, увеличивая дозу жёлтых пилюль. Весь год было не до того. Медленно двигаясь к результату, он проводил в конторе дни и ночи. Собирал по крупицам улики, стыковал факты. Искал. Директор департамента требовал результатов как можно скорее! Слишком резонансное дело. Восемь трупов за два с половиной года в двух штатах, а зацепок ноль. Удалось лишь однажды. Разбитое зеркало, обнаруженное рядом с одной из жертв, и свидетель, ставший впоследствии девятым в списке, помогли составить портрет. Кривой шрам на лице, от губы до уха. Грубые черты и чёрные волнистые волосы, ползущие на вздыбленный лоб. Гектор Санчес. Он был отставным офицером разведки. Знал то, что обычным людям недоступно, опережая Тома минимум на один шаг. Однако всё же недооценил специалиста федерального бюро расследований. Впоследствии на допросах, Том пытался получить признание, но Гектор молчал, выжигая взглядом стол. Улик было достаточно, и дело отправили в суд.
Поймав рукой столешницу, Том крепко вцепился в деревянное полотно, скривив правую часть лица. К провалам памяти добавились головные боли и проблемы со зрением. В прошлом месяце всё же пришлось посетить врача. Диагноз был неумолим: ослабление жизненно важных функций организма на фоне переутомления. Он упросил не отправлять отчёт в контору, пообещав вернуться на приём через пару недель, но доктор попал в аварию, и проблема отпала сама собой. Том тщательно скрывал своё состояние, держась из последних сил. Получить запрет на проведение расследования, было худшим исходом. Тем более сейчас, когда остался последний шаг. Последний удар молотка.
Телефон на столе завибрировал. Медленно поднеся смартфон к уху, Том закрыл глаза, пытаясь уменьшить головную боль.
– Ты где? – быстро спросил женский голос.
– Еду, – ответил Том, не открывая глаз.
– Уже без четверти десять, – Кьяра нервничала и злилась. – Судья не в духе. Ты бы видел поганую ухмылку Диксона. Планирует триумф, чёртов идиот! Таких вообще нельзя допускать к адвокатской практике. Но, думаю, всё будет хорошо. После твоего выступления мы его размажем!
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.