Владимир Чагин – Безумцы (страница 2)

«Пронесло!» – криво улыбнувшись, обрадовался, что не разбудил мерзость, и, не поднимаясь, осторожно поискал воду рядом с лежанкой.

Бутылка была пуста. Грустно причмокнув, достал из кармана пуговицу, засунул в рот. В последнее время часто так делал, обманывая мозг. До ближайшей воды метров триста, он заметил на углу квартала супермаркет, перед тем как забегал в дом. Но мерзость может быть там. А ещё хуже – конкуренты.

– Пакостники, – ругнулся тихо, вспоминая, как дрался с двумя, за банку тушёнки, пару дней назад.

Победил! Куда им, до закалённого в боях зверька. С самого детства Банкси боролся за жизнь. С рождения! Мать, едва разменяв пятнадцать лет, родила его в школьном туалете. Завернув в старую куртку, выкинула в мусорный бак возле школы. Думала: не протянет на лютом морозе долго, но, у Банкси были другие планы! Орал он так, что все окрестные собаки сбежались на крик, и дворник – старый Максим Петрович. Случайно или нет, но именно так назвали спасённого – Максим. Никогда ему не нравилось это имя! Едва научившись говорить, услышал где-то звучное «Банкси» и взял себе. Худощавый, низкорослый, он не был плаксой и ввязывался в драку при первой возможности, так часто, что уже к девяти годам имел с десяток переломов и кучу шрамов.

«Мелочь» – называли его в детдоме сверстники и часто платили за это кровью.

Именно так начался новый этап, в аккурат, в день четырнадцатилетия. Оскорбление, драка, удачное попадание локтем в висок, неудачное падение оппонента, срок.

Осторожно поднявшись, Банкси подошёл к окну.

– Гадкие пакостники, – прошептал, рассматривая крадущихся по улице людей, через пыльное стекло третьего этажа, вымершей девятиэтажки.

Прошло около трёх месяцев, с тех пор как двери тюрьмы отворились. Вернее, их просто снесли, и малолетние преступники разбрелись кто куда. Немногие выжили. Часть съели те, кого Банкси называл сейчас мерзостью, часть этой мерзостью стала. Большая часть! Ему повезло. Находясь в карцере, видел, как всё происходило, и лишь по чистой случайности, ему отворили дверь. Группа выживших. Но из тюрьмы выбрался он один. Да! Теперь это был его мир! Идеальный мир! Без людских правил и законов! Мир бесконечных удовольствий и свободы такой, что клокочет в груди! И он вдыхал её каждый день, без остатка!

Поглаживая большим пальцем обух короткого, самодельного топора, Банкси внимательно наблюдал за людьми. Семья. Мужчина – возрастом лет пятьдесят, две женщины, видимо, мать с дочкой, и девочка. На вид она была одного возраста с Банкси. Красивая, несмотря на стоявшие от грязи волосы и серое, немытое лицо. Пригнувшись и не создавая лишнего шума, люди медленно шли вдоль стены. Отклонившись влево, Банкси увидел угол супермаркета. Быстро прикинул время. Ему, спуститься и оказаться внутри магазина, будет достаточно и пяти минут, если не встретит мерзости на пути. А там, он быстро разделается с конкурентами и поживится ценным, что у них найдёт. Но он не спешил. Какое-то странное чувство держало на месте. Волнующее и пугающее. Ещё был вариант. Создав шум, можно спровоцировать атаку, подождать, и всё забрать с обглоданных мерзостью трупов. Но, это для ленивых, а Банкси не был таким. Кроме того, возится в объеденных телах не хотелось. Он наблюдал.

Отец шёл первым. Постоянно озираясь, сжимал в руках длинную палку с заострённым концом. Пройдя ещё пятьдесят шагов, мужчина остановился, и подняв вверх руку, приказал замереть. В подъезде зашумели. Банкси услышал, как что-то тяжёлое упало на лестничную клетку. Он знал, что это. Шкаф был поставлен им, на случай, если кто-то полезет к убежищу, и, человек бы так не сделал. Это была мерзость! В радиусе двух кварталов их было не больше пятидесяти, Банкси научился определять по объёмам застройки, потенциальным источникам пищи, и другим признакам. Но если начнётся шум, то место станет очень опасным и скоро их будет сотни.

Развернувшись к подъезду, люди замерли. Махая рукой, отец призывал бежать за ним как можно скорее. По лицам, Банкси понял всё. Внутри заклокотало. Зажгло! Но, другое! Не то, что двигало им с детства – злобный, хищный инстинкт. Это было новое, пугающе – волнующее чувство. Застыв на месте, он сомневался.

Из подъезда вывалились двое. Один, с лохмотьями обвисшей кожи, ободранной, видимо, о стены. Второй тяжёлый, грузный, с разодранным лицом и без руки. За ними третий, четвёртый. Люди побежали. С волнением наблюдая за происходящим, Банкси вытянулся, чтобы лучше видеть, но то, что произошло, рвануло нить. Сорвавшись с места, он сунул топор в петлю на ремне, и, выбив ногой доску, подпиравшую дверь, выскочил в подъезд. Бросился вниз по лестнице. Выбегая на улицу, достал на ходу топор и увеличив скорость, побежал к упавшей девчонке. Всё произошло очень быстро. Не успев опомниться, она увидела, как узкая секира вонзилась в голову последнего нападавшего, и, победоносно выдохнув, юноша плюнул на упавшую тушу.

– Дорогая! С тобой всё в порядке?

Подбежав к девочке, мужчина опустился на колени, осматривая её со всех сторон.

– Да, вроде, – неуверенно ответила она, продолжая смотреть на Банкси.

– Спасибо! Спасибо! – посмотрев на спасителя, мужчина прижал её к себе.

Банкси молчал. Убрав ногу с туши, застыл в ожидании.

– Девочка моя! – подбежав к сидевшей на грязном асфальте девчонке, одна из женщин, та, что была моложе, также опустилась на колени.

– Здесь нельзя долго находиться, – Банкси огляделся по сторонам. – Скоро придут другие.

– Да, да! Конечно! – суетливо поднимаясь, мужчина подхватил девчонку под руки и многозначительно кивнув женщине, пошёл к ожидавшей в стороне второй, видимо, приходившейся девочке бабушкой.

– Меня зовут, Артём Сергеевич, – на ходу произнёс.

– Банкси, – ответил идущий справа подросток.

– Как? – удивлённо переспросил Артём Сергеевич.

В ответ Банкси искоса посмотрел на мужчину.

– Нам нужна еда и вода, – сказала женщина, не отпускавшая руку девочки.

– В супермаркете могут остаться запасы, – прищурившись, Банкси просканировал взглядом открытую дверь и разбитые витрины. – Но всем туда лучше не входить.

– Мы все пойдём! – отрезал Артём Сергеевич.

Остановившись, Банкси пристально посмотрел ему в глаза и, ничего не сказав, пошёл дальше. Дойдя до дверей, остановился. Прислушался, повернувшись к темнеющему пространству правым ухом.

– Думаю, внутри штук пять, не больше, – произнёс, посмотрев на секиру.

– Штук пять чего? – обеспокоенно спросила женщина.

– Это моя жена, Ксения, – вмешался мужчина. – Вероника Алексеевна, – показал на вторую, – и Ника, моя дочь.

Банкси застыл. На мгновение, то, незнакомое чувство, снова появилось внутри.

– У вас есть убежище? – спросила Ксения.

– Ночь, и половину дня я провёл там, – Банкси взглянул на многоэтажку, – но теперь, здесь будет много мерзости.

– Мерзости? – тихо спросила Ника.

Банкси показал на тех, в ком побывал его топор.

– Безумцы, – также тихо сказала Ника.

В больших голубых глазах не было слёз. Ни злости, ни страха. Лишь грусть.

– Идём, – выдернув себя из странного, ослабляющего чувства, Банкси резко развернулся и пошёл в темноту обесточенного магазина.

По запаху сразу определил места, куда идти не следует. Удержав за локоть Артёма Сергеевича, шагнувшего направо, приложил палец к губам.

– За мной, – прошептал, показав вглубь зала.

Дойдя до разграбленного ряда с консервами, они смогли найти лишь две банки горошка и просроченную кукурузу, закатившуюся под стеллаж. Собрав рассыпанную на полу муку в заранее подготовленный пакет, Артём Сергеевич передал его жене, и, вопросительно посмотрев на Банкси, застыл в ожидании.

– Воды нет, – прошептал Банкси, осматривая пустые ряды.

Большой торговый зал подвергался разграблению не один раз, и люди вынесли из него всё, что могло иметь хоть какую-то ценность, и в первую очередь воду.

– Нам нужна вода, – прошептала Ксения, взяв мужа за рукав.

– Возможно, на складе что-то осталось, – Банкси кивнул и, взглянув на Нику, пошёл вглубь магазина. – Смотрите под ноги! – добавил чуть громче.

Добравшись до разграбленного склада, они нашли упаковку макарон, разорванную и поеденную крысами. Немного специй, но не воду.

– Что нам делать? – устало опустившись на поддон, спросила Ксения.

– Идём дальше, – Банкси заметил обгоревший фургон грузовика доставки, видневшийся за открытыми складскими дверьми.

На этот раз им повезло больше. Внутри почерневшего от копоти фургона, нашлась пятилитровка с водой, разбросанные по полу конфеты и пачка сухого супа. Собрав добычу, они рассовали её по рюкзакам и, отхлебнув по очереди воды из бутыли, уселись отдохнуть возле сгоревшего грузовика.

– Что дальше? – спросил Артём Сергеевич, с тревогой посмотрев на открытые двери склада.

– Скоро начнёт темнеть. Лучше заранее найти укрытие! – Банкси оценивающе посмотрел в небо.

– Я видел несколько домов, пока мы шли к супермаркету, – сказал Артём Сергеевич. – Но теперь там, наверное, эти…

– Ваше имя, Банкси, я правильно расслышала? – осторожно спросила Ксения, немного наклонив голову вперёд.

– Да.

– Откуда вы?

Банкси забегал глазами в поисках нужного ответа.

– Мы не из этого города, – продолжила Ксения. – Из Москвы. Приехали к маме на майские праздники, – показала на Веронику Алексеевну, – и началось это…