Владимир Буров – Тэтэ (страница 39)

— Да нет, нет, я просто так спросила, — испугалась Лина и поспешила уйти. Ведь в ее коричневой книге был именно закрытый счет Итальянца. Всего-то на пятьдесят баксов. Но было ясно, что Итальянец не станет платить и эти деньги.

— Что мне делать? — спросила Лина метрдотеля Славу со слезами на глазах. — Он не будет платить.

Слава тяжело вздохнул.

— Ты уверена?

— Он никогда здесь не платил раньше.

— Никогда? — не понял Слава. — Почему?

— Ну это же Итальянец! Он приезжал сюда из другого города. — И добавила: — К Лене.

— Я не знаю, что делать, — сказал Слава. — Ситуация сложная. Но я же не могу платить из своего кармана. Правильно?

— А я? — на глазах у Лины опять навернулись слезы.

— Ладно, не плачь. Если не заплатит, скажу охраннику, чтобы разобрался с ним, — благодушно пообещал Слава. И тут вошел Итальянец.

— Это служебное помещение. Сюда нельзя, — раздраженно сказал Слава.

— Где моя официантка? — спросил Итальянец, не обращая внимания на замечание Славы.

— В туалет пошла.

— А где у вас туалет?

— Там, где и был всегда. Но туда нельзя. Это служебный… — Итальянец больше не стал слушать. Он знал, где находится служебный туалет.

Итальянец постучал и с разбегу ударил ногой в дверь туалета. Лина увидела его и завизжала, как будто ее режут. Тут не выдержал Дима. Он оттолкнул Итальянца и сказал:

— Послушайте, что вы тут хулиганите? Вы не у себя в хлеву.

Итальянец ударил его ладонью по лицу, и Дима упал прямо на унитаз. Бандит закрыл дверь туалета.

— Вот и сиди там, — сказал он.

Лина присела на корточки и заплакала.

— Не надо, я все сделаю, — сказала она.

— Я уже полчаса жду, чтобы ты принесла глиняную бутылку Киндзмараули. Ты че тут, обосралась, что ли?

— Я… я забыла.

— Неси быстро, — Итальянец толкнул официантку ногой. Она потеряла равновесие и упала на задницу.

Слава побежал за охранником. Того не было на месте. Курил наверху.

Лина принесла Киндзмараули, а Итальянец разбил эту бутылку.

— Я тебе че сказал? Это Киндзмараули, а я тебя просил Хванчкару.

— Ты… вы… просили эту.

— Что?! — заорал Итальянец и разбил бутылку о край стола. Тут как раз появился охранник.

Он направил газовый пистолет на Итальянца, но тот заставил охранника отдать ему пистолет. Почему здоровый охранник испугался? Да потому что Итальянец приставил ему к горлу разбитую бутылку. Остатки вина капали на белую рубашку охранника, как кровь. Итальянец обратил внимание на капающее вино и сказал:

— Ты хочешь, чтобы это была твоя кровь?

— Нет, что ты!

— Тогда беги. Беги, мать твою, амиго! — как бешеный заорал он.

Итальянец загнал Жеку наверх в курилку. Там был декоративный балкон. Так был просто сделан для украшения зала. Охранник Жека залез на этот балкон и рухнул вместе с ним в зал.

Кто-то уже успел вызвать милицию. Увидев их, Итальянец бросил пистолет в окно. Зазвенели стекла. Тут он, видимо, вспомнил, кино. Схватил опять подвернувшуюся ему под руки Лину и прыгнул вместе с ней в это разбитое окно. Оно разбилось совсем. Огромное количество осколков посыпалось в зал. И столько же на улицу.

Итальянца бы, наверное, взяли. Куда тут бежать? А машина его, как в кино не ждала. И своей машины у него уже не было. Ни денег, ни машины. Но тут произошло чудо. У двери ресторана затормозило такси. Это Волга. И номера у этой Волги были не местные, не московские. Из машины быстро вылез высокий мужчина в белой разорванной у ворота рубашке. В руке он держал сигару.

Это был Леня Московский.

Итальянец остановился.

— Леня! — закричал он.

Леня махнул рукой и менты, уже было схватившие замешкавшегося Итальянца, отпустили его.

— Ты куда собрался бежать? — спросил Леня Итальянца. — На Тверской далеко не убежишь. Здесь кругом менты.

Они прошли в кабинет. Работники ресторана смотрели на них раскрыв рты.

— Ну дела, — сказал Слава.

— Я скажу, чтобы мне сегодня же повысили зарплату, — сказала Лина. — Это такая напряженка.

Все сразу встало на свои места. Даже огромное разбитое стекло уже начали вставлять. Охранник отстегивал милиции бабки, чтобы они отдали ему его газовый пистолет. Они немного поторговались и вернули.

— Больше никому не отдавай, — сказал на прощанье капитан. Вот, мать твою, дела у них. Чтоб я так жил.

— Тебя разве не убили? — сказал Итальянец.

— Как видишь? Ты, я так понял, на мели?

— Да.

— Бери. — Леня открыл сейф и бросил на стол две с половиной пачки. Двадцать пять тысяч долларов. Еще столько же получишь после выполнения заказа.

— Кого? — спросил Итальянец и собрал все деньги со стола.

— Горюнова.

— Горюнова? — переспросил Итальянец. — Зачем?! — изумился киллер. — Ты не ошибся, Московский?

Бандит бросил на стол пачку фотографий.

— Я трахался с его дочкой, — сказал Итальянец. — Это командир нашей дивизии. — Я не понимаю, зачем его убивать? Ведь не он же валил тебя.

— Я знаю, кто валил меня. Так ты че, отказываешься? Тебе деньги не нужны? Ты че, не понимаешь, что кроме меня тебе никто больше не даст работу?

— Я согласен.

— И запомни: я тебе ничего не давал. Ты сам найдешь, причину, по которой должен завалить Горюна. Ты отлично все понял?

— Кажется, понял.

— Тогда бери бутылку греческого и со мной в бассейн.

А бассейн у Лени был прямо здесь на Тверской, в одном доме с рестораном.

— И это… — добавил Московский, — у тебя оружие-то есть нормальное?

— Ничего у меня нет, — Итальянец опустил голову.

— Бери. — Леня показал на прозрачный бронированный сейф. — Че те больше нравится?

— Узи и Глок сорокового, — отчетливо произнес киллер.