Владимир Буров – Семнадцатая карта (страница 59)
— Кажется, нам конец, — сказала Альбина.
— Надо идти в последнюю атаку, — сказал Алексей Крылов.
— С чем идти? — спросил Валера. — У нас же совсем нет патронов.
— В штыковую, — невозмутимо добавил Фиксатый.
— Я буду здесь перевязывать вам раны, — сказала Лариса. — Пусть со мной останутся Эдит и Полина.
— Я пойду в атаку, — сказала Эдит.
— Я останусь в реанимационном пункте, — сказала Полина.
Мелехов, Вован Дубровский, Жека Литовский, Валера, Алексей Крылов выстроились в цепь и примкнули штыки к трехлинейкам, которые нашли здесь. Целый ящик был в подвале. Все промаслены. Как новые. Жаль только, патронов не было.
— Как будто специально для нас приготовлены, — сказал Валера. И пояснил: — Без патронов. — Он вздохнул. Не хотелось ему идти в штыковую. Ведь после такой атаки живых, как правило, не остается. — Как не охота.
— Лариса, — сказал Мелехов, — вы тоже присоединяйтесь. Здесь лечить будет некого.
— Почему?
— Сюда никто не вернется, — сказал печально Валера. — Неужели ты до сих пор еще этого не поняла? На поле боя будешь лечить. Продлишь наши мучения.
Альбина спустилась в подвал, чтобы еще раз проверить, нет ли там все-таки гранат. Ведь гораздо легче помирать с музыкой. Под канонаду взрывов. Да и немцев из дивизии Мертвая Голова с собой можно гораздо больше взять.
— Послушайте, здесь подземный ход, — сказала Альбина. Но ее никто не услышал. Он крикнула: — Здесь Подземный Ход!
Все бросились вниз. Только Мелехов остался на месте. Он посмотрел в щель. Немцы пошли в психическую. Они молча шли на дом, где готовились к штыковой атаке разведчики. Ни выстрела.
— Штыковая не поможет нам, — прошептал Мелехов. — Эти ребята превратились в роботов.
— Куда может вести Подземный Ход в лесу? Я недоумеваю, — сказала Альбина. — Ты как думаешь Белов?
— Не знаю, — ответил разведчик. И я не Белов, а Крылов.
— Он ведет в большой овраг, — сказал Дубровский.
— Да ты чё, Вован? Не может он вести в овраг, — сказал Фиксатый.
— Конечно, ты чё ляпнул-то? — поддержала мужа Полина. — Это чтобы в этом овраге немцы нас перестреляли, как куропаток? Сверху это очень легко сделать.
— Скорее всего, нам придется сдастся, — сказала Эдит. — Лариса нашла выключатель и включила в подвале свет. И теперь хорошо был виден Подземный Ход, открытый Альбиной. По его невысоким бетонным стенам тянулись толстые кабели. — Как Белым казакам в Гражданскую Войну.
— Я знаю, куда ведет этот Подземный Ход, — сказал Валера.
— Куда? — спросил только что спустившийся в подвал Мелехов.
— К военной базе, — сказал Валера. И добавил: — А скорее всего, к аэродрому.
— Почти правильно, — медленно проговорил Мелехов. — Это Тоннель.
— Здесь?! — удивленно воскликнула Альбина. — По-моему мы находимся очень далеко от того места, где находится этот Тоннель.
— Думаю, отсюда можно быстро добраться до основного Тоннеля по кривому радиусу.
— Скорее всего, мы умрем, как настоящие Египетские шпионы, — сказала Лариса.
— А как они умерли? — спросила Эдит.
— Они заблудились в лабиринте Пирамид, — ответил Вован Дубровский. — Я уверен, что здесь будет тоже самое.
Они прошли по Тоннелю и увидели темно-темно-синее небо с Большой Медведицей. Казалось, одна звезда была очень-очень близко.
— Сириус, — сказал Вован Дубровский.
— Ты думаешь, это Сириус? — спросила Лариса.
— Это Сириус, — сказал Мелехов. И добавил: — Но нам туда не добраться. У нас нет Камня Звезда Собаки. Да, да, — продолжал он, — все думают, что он у меня. Но у меня его нет.
— Честно говоря, я думала, он сейчас у тебя, — сказала Альбина.
— Я вообще не понимаю, откуда появляется этот камень, — сказал Валера. — То он Там, то он Здесь.
— Действительно, я совсем ничего не понимаю, — сказал Фиксатый. — Объяснитесь, Профессор.
— Пожалуйста. Ты знаешь, Евгений, Принцип Неопределенности Макса Планка? Впрочем, откуда. А от печки объяснять некогда. Немцы уже совсем близко барабанят. И уходить некогда. Придется нам принять бой.
— Лучше уйдем в лабиринт Тоннеля, — сказала Альбина.
— Нет, без Звезды Собаки, мы заблудимся. И все погибнем.
— А так не погибнем? — спросила Лариса. — У нас же почти совсем нет патронов.
Вдруг из Тоннеля с тонким поскуливаем выбежала полосатая собака.
— Смотрите, собака! — воскликнула Альбина.
— Это же Бак! — Лариса бросилась к Стаффордширскому терьеру. — Бак! Бак! — она встала перед ним на колени, не боясь, что собака откусит ей нос. А ведь одной пьяной даме он уже как-то откусил нос. И об этом все знали.
— Бак выведет нас на Новую Землю, — сказал Фиксатый. — Я уверен.
Он погладил темноватую клавиатуру, попрощался с жидкокристаллическим экраном.
— Стейки есть? Стейк из говядины, пожалуйста.
— Говядина два! — крикнул парень.
— Не говядина, а именно стейк, — повторил я.
— Не беспокойтесь, я это и имел в виду.
— Хорошо. Но почему два? Я хочу пока только один.
— Уверен, вы попросите второй.
— Нет. Ведь вы даже не спросили, какой стейк я хочу.
Официант отвернулся, а я почесал затылок и сказал:
— Не думаю, что у вас есть разные.
— Обижаете. Вот смотрите: по-Карски, по-Грузински, по-Итальянски.
— Одно название. И знаете почему? Я никогда не слышал про шашлыки по-Итальянски. Это первое. А во-вторых, мне надо не шашлык, а стейк!
— Да какая разница!
Я сделал вид, что размышляю. Допил текилу. Сделал вид, что достаточно уже подумал и сказал:
— Мне надо идти.
— У нас так не делается, — сказал официант.
— Вы официант?
— А вы не видите?
— Уверен, что вы официант. Но вы не разбираетесь в мясе. Уверен, что в этом вы ничего не понимаете. А если не понимаете, не можете говорить, как надо на самом деле делать мясо.