Владимир Буров – Марс (страница 12)
– Да?
– Да. Не Турецкий Вал, чай, штурмовать собираемся.
– Тем не менее, я удивляюсь, что они нас так легко отпустили, – хотел сказать я, но побоялся опять нарваться на энергичные возражения Эбби. Чё-то не то, – решил я, – дамы так себя ведут, когда любят кого-то другого. Но не меня. В лучшем случае она считает меня Скоттом Фицджеральдом. – И да, – добавил я, – ты не хотела бы, чтобы я звал тебя Зельда Сейр.
– Вот только не надо гадать, знаю ли я, кто такая Зельда Сейр.
– Кто?
– Не скажу. Меня больше всего удивило, что быки могут стрелять копьями из рогов.
– В этом не было бы ничего удивительного, если бы ты тоже умела так делать.
– Я умею, но не копьями же.
– Чем?
– Стрелами, естественно.
– А разница?
– Если ты не видишь разницы между стрелой и копьем, что тогда с тобой разговаривать?
– Это вопрос?
– Нет, пожалуй, что это и ответ тоже.
– Мне кажется, ты меня не любишь.
– А должна?
– Я, конечно, не помню, всех перипетий нашей связи, но думал: да.
– Ладно, ладно, не забывайся.
И тут завыли Сирены. Вместо того, чтобы испугаться, я спел, кстати:
– Тогда и отправился к Соне мой друг с порученьем моим.
– Что? – спросила Эб, предварительно взглянув на привязанного к мачте Марса.
Тут только я понял, что песня была не просто приятным развлечением, но и:
– Предвидением. – И я прыгнул в воду.
– Куда? – послышался сзади хриплый от ужаса голос Эббы.
– Дак, к Сиренам, – ответил я, повернувшись на спину.
– Напрасно, напрасно, – только и услышал я вслед. – Здесь сожрут человека и даже не подавятся.
– Будь счастлива с Марсом!
– Бык козе не товарищ! – ответила она, и добавила прежде, чем скрыться: – А уж любовник тем более.
Я, честно говоря, ужаснулся что наделал. Я не родился в Крыму в санатории ЦК, и плавал редко. Даже своей собаки – Тигрового Дога – боялся в воде. Он все время почему-то старался залезть на меня, как будто мы были на суще, а не в баклуше. Ибо глубина этой баклуши, говорят, сорок метров, бывший карьер.
– А сколько здесь? – ужаснулся я, тем более, что никаких Сирен не было, только море с большими волнами.
Спеть песню:
– Раскинулось море широко, – я не мог. Почему? Зубы так сильно сжались, что разомкнуть их не было никакой возможности.
– Хоть бы волн не было, – сказал я, стуча зубами минут через пятнадцать. И они прекратились. Случайность? Не думаю. Тем более, наконец, включили приличное Солнце. Приятная девушка на катамаране спросила:
– У вас попить нет?
– Кругом целое море, пейте, пожалуйста, – ответил я.
– Вы морской бог?
– Да
– Сигарету?
– Мне? Спасибо, большое спасибо. – Я зацепился за шедшую вдоль борта резиновую веревку. Через каждые полметра она крепилась к надувному баллону. В нем воздух? – я выпустил такую же струю дыма, какую выпускают молодые девчата, которые катаются ночью на велосипеде, и постучал по баллону.
– Не-ет-т, – улыбнулась девушка, – гелий.
– Он может летать?
– Конечно.
– А смысл? До яхты совсем недалеко, можно и доплыть по морю.
– Нельзя, к сожалению. Море такое твердое, как мой катамаран.
– Странно, а я плаваю.
– Это меня и удивило. Как это у вас получается?
– Да я и сам думал, что утону, но вот спасся. Думаю, я увидел вас, и решил:
– Буду жить.
– Будем жить, – повторила она, и добавила: – Со мной? – И еще раз добавила:
– Со мной, да.
Я попросил ее наклониться, поцеловал для верности в губы, и спросил:
– Как вас, то есть, тебя зовут?
Глава 5
– Аф.
– Просто Аф?
– Хочешь Вэ.
Я подумал:
– Аф похоже на лай собаки. – Как бы не превратиться в собаку. Так и придется встречать ее после защиты Кандидатской радостным лаем:
– Аф, аф! Аф!
Или она будет на меня лаять:
– Аф-р-рр. Аф-р-рр. – Я даже хлопнул себя по лбу, неужели Афродита? Если да, то второе имя тем более известно:
– Венера. – Надеюсь, без вторичных признаков. Да и с кем здесь? Этот лайнер, как оказалось, не ее. Что-то такое, вроде картины на стене. Виден, но находится не здесь.
– Ты не утянешь меня на дно? – спросил я, когда уже сидел на втором сиденье, рядом с ней.
– Ты не хочешь сплавать на дно? – спросила она. – Я в принципе могу свозить тебя туда на прогулку.
– Лучше вы к нам, – ответил я.