Владимир Буров – Магический Кристалл. Эссе (страница 8)

Почему все – имеется в виду современные издательства и писатели – против такого письма? А потому, что Мандельштам рассказывал не о себе, а о том:

– Как пишут все. – Фрагментарно. И вот это создание иллюзии целостности и есть ложь, а конкретно:

– Образ. – Большинство просто Неудержимо хочет создавать Образ.

Вот даже вчерашнее отличие Эхо Москвы и Серебряного Дождя от Радио Свобода именно в этом, в желании:

– Делать Образ.

Далее дописать из тетради.

Интересно здесь то, что существует равенство между тем, как делал Мандельштам, писал фрагментами, читатель должен был восстановить пропущенное, и… как бы это сказать? Вот между тем, как я записываю то, что говорил Мандельштам, по памяти, а не ищу текст передачи и не цитирую точно. Не делаю, как правило, этой сноски, что это не цитата, а Пересказ цитаты. Почему? Потому что ее не делал Мандельштам! Более того, ее никто не делает! А А. Генису кажется, что ее надо делать. Как это было, например, в случае Аватара, когда Камерон не указал, что воспользовался достижениями Андерсона и Стругацких. Но Камерон поступил именно так, как и поступал Мандельштам, а поступал он так уже не просто потому, что так чувствовал, что надо делать, а эта была уже целая теория, целая школа – Акмеизм. По сути дела – это герметическое, масонское видение мира. Можно сказать даже, что так видят все. Все, кроме:

– Соцреализма. – Вот это действительно:

– Заумь так заумь. – Почему именно заумь? Потому что логически непонятно, зачем так делается. Можно сказать:

– Открытое человеконенавистничество. – Идеология порабощения. Пособие для изготовления рабов. Почему ему проигрывают все. Почему ему проигрывают все в Докторе Живаго? Не только никто, но автор это не всегда понимает, хотя и пишет, что он-то вроде понял, в чем дело. В том смысле, что:

– Я один, я вышел на подмостки, прислонясь к дверному косяку.

Один я вроде понял, но больше никто!

Никто ни в 17-м, ни в 18-21-м годах не предполагал, что может существовать такая жестокость, как идеология. Природное человеконенавистничество, а не просто так собрались бандиты и давай бомбить фраеров. Это как встреча в фильме Чужие с инопланетным злом.

И как раньше злу противопоставляется Камень. Камень у Гермеса, Камень в масонстве, Камень у Петра, Камень – Каменный Гость – у Пушкина, Камень Мандельштама.

Это не заумь утверждать, что:

– Никогда нельзя повторить цитату. – Это очевидно. А соцреализм считает эту цитату:

– Артефактом. – Просто ошибкой несовершенного существа, которого называют Человеком. Так-то, на самом деле, все Окейна.

Просто уму непостижимо, как можно было вот так просто додуматься до Соцреализма и до Партийности литературы. Это должен был быть специальный чип, который кто-то вставил в голову Хомо, и превратил его, скорее всего, назад в обезьяну. В фантастике часто это показывают, но никто не верит до конца, что это существует реально. Примерно, как:

– Вот не будешь по утрам есть овсянку – будешь таким же, как эти Зомби. Например, как в фильмах Властелин Колец. Страшные бессмертные там управляются Внешним Разумом.

В Библии о нем сказано, как о сатане, но зачем ему это непонятно. В Мастере и Маргарите получается, что сатана – это сами люди. Или, по крайней мере, это воздействие Чужеродное Вневселенского Разума. Может быть, даже Неразума. Как в фильме Терминатор, созданная когда-то Разумом Машина, стала самостоятельной, и стала категорически против людей.

Ведь просто фантастически чужеродные переводы идут по телевидению Голливудских фильмов. Фантастика в том, что разум, который их производит, совершенно не понимает, что делает. Но имитирует логичность перевода. Читает с Выражением, таким выражением, что кажется: такая логика может существовать. Но конечно – думаем мы – министр так сказать не может, но вот если в роли министра кухарка, то… да, вполне возможно, что она так и думает. А… а ведь она тоже человек! Рабочий человек. А у нас, как говорится, давно уже здесь государство:

– Рабочих и крестьян, где… где и должна управлять страной Кухарка! – Инородный разум Имитирует Человека.

Хотя ясно, что сам человек говорить так не может. В нем Другой. Реальность – это настоящая Фантастика. Только никто в нее не верит.

Здесь, конечно, нет ничего нового, в Библии всё так и написано. Но… но ведь о Библии даже сейчас Запрещают и думать. Ибо, как только кто-то начинает трактовать те или иные события и утверждения из Библии, так говорят:

– Э-э, паря, Библию ты лучше не трогай. Там много трактовок. Да и:

– Кто вообще теперь поймет, что эти ребята имели в виду.

Например, так делает Соло в Поединке. Мол, на то вам и Поединок, чтобы чуть-чуть разобраться в событиях сегодняшнего дня, а вы за Библию хватаетесь. А когда это было? Давно, да и мало того, что давно, но и практически неправда, так как писари и другие творческие работники сотни раз всё передели. Смотрите, вон, меня, Прямой, так сказать, эфир, где все думают по-разному, но только не так, как это написано в Библии.

С первого взгляда кажется, что действительно, дальше Соцреализма люди и не могут пробраться. Библия – это только надежда на Царство Небесное. Тогда как:

– Весь Голливуд сделан по Библии!

Вся Классика сделана по Библии!

Но здесь так изменили сознание человека Литературой, назвав так школьную дезинформационную литературу, что ученики, как говорится:

– Раз и навсегда возненавидели классику.

Главная блокировка происходит не Запрещением, а Разрешением.

Ибо Разрешение – это только письмо, а в нем, внутри зашифрован Текст Запрета! Именно об этом и рассказано в древней Рукописи под названием Код Войнича. Почему там и нет разумного, читаемого текста, почему он и не поддается расшифровке. Нельзя поставить перед человеком инструкцию, как надо поступать правильно, как быть счастливым.

Текст будет зашифрованным письмом с Вирусом Соцреализма внутри. И если вы можете сделать правильный перевод, как это делали Володарский, Гаврилов, Горчаков и некоторые другие, то сможете перевести и закорючки Кода Войнича.

Можно сказать, что текст в Книге Войнича – это пропущенное звено в тексте Мандельштама. Оно должно быть восстановлено Читателем.

Повторю:

– Только им и может. – Нельзя человеку дать знание, человек должен сам взойти на эту Гору Акмеизма. Как сказал Мандельштам:

– Мы поднимаемся только на те Горы, которые создаем Сами.

23.11. – Говорят, что Бог поступает неправильно, когда говорит людям, чтобы закидали кого-то камнями, или убили всех без исключения жителей какого-то завоеванного города. Мол:

– Мы так не делаем, не даем таких советов. – И, следовательно, советское, современное общество лучше, чем то, которое было, когда люди верили в Бога.

Но это всё равно, что послать свою любимую жену в домашних тапочках на Новогодний Бал. Ведь Бог сказал:

– У твоей жены короткие ноги! – А ты:

– Да Вы что?! Я же ж ее брал прямо с конкурса красоты. У нее ноги длинные, длинные! Только что не из ушей растут.

Другие поверили Богу, и купили своим жена туфли. И не просто туфли, а туфли на высоком каблуке. Красиво!

И вышло, что только ваша жена была на балу в домашних тапочках. Не красиво, по крайней мере не празднично.

Не зря же Бог спросил человека:

– Как называется сие благородной животное, жующее сено?

Ведь можно было и ответить:

– Жующее сено. – Однако человек ответил:

– Корова! – Вроде бы:

– С какой стати?

Это все равно, что Моисей ответил Богу:

– С какой стати? – Когда Бог сказал Моисею, чтобы он дал людям воду. Ведь первому человеку Бог сказал именно:

– Дай им молока и мяса. – А ведь поставил перед человеком ту же, что и перед Моисеем бесплодную скалу.

Волшебная палочка в руке Моисея – это напоминание, что:

– Указание Бога – это только половина информации, вторая половина Сам Человек. Человек, которого создал тоже Бог! Такой ли он, как Он задумал. Прилепит ли он к Его утверждению Свое, тоже Божественное.

Всё равно не понятно, почему Моисей за это недопонимание не вошел в Землю Обетованную. Первый человек смог назвать корову коровой, понял, что она дает молоко, а Моисей не понял, что скала может дать воду.

Если считать, что у Моисея был точно такой же вариант, как у первого человека, а не усложненный, то не понятно, почему он не понял его так же, как понял первый человек. Почему Моисею не хватило Веры?

Помню тот случай по телевизору, когда множество профессоров с Евангелиями в руках атаковали одну женщину, верующую, спрашивали:

– Бог разрешает, даже заставляет закидывать других людей камнями?

И она отвечала, казалось бы, очень просто:

– Так не закидывайте.

А казалось, что это невозможно. То есть как:

– Не закидывайте? – Бог сказал.