Владимир Буров – Граф – М (страница 8)

– Явилась – не запылилась, – брякнула Наташа. – Натрахалась? Деньги все засадила.

– Это вопрос?

– Нет, это ответ.

– Где ты теперь денег возьмешь. К отцу попрешься?

– Я никогда об этом не думаю. Ко мне деньги сами приходят.

– Мне бы так, – сказала Наташа. И добавила: – Давай обменяемся.

– У тебя что? – сказала Галя.

– Термос.

– Как термос, немецкий? Или американский? – спросила Галя.

– Немецкий, но сделан в Китае.

– Вряд ли меня это заинтересует.

– Но он необычный. Он разбит. Представляете? Купила отличный китайский термос с цветами. Цвет – темная вишня, как я люблю. Сам открывается. Крышка быстро отворачивается, и термос автоматически открывается. Надеваю вишневую крышку, и доступ к воде автоматически перекрывается. Как автоматическая коробка передач в Тойоте.

Глава 5

– А ты ездила на Тойоте?

– Почему бы нет? Сейчас во Владивостоке делают беспошлинный импорт. Бросают в Японии новые запчасти в море, а здесь их собирают, как металлолом восьмидесятых. Машина новая, а брать с нее нечего. Поэтому. Поэтому здесь полно японских тачек с коробками автомат. Я сначала не понимала:

– Зачем тачке коробка автомат? Для тех, кто не научился ездить? Нет, оказывается. Я поняла в этом есть большой кайф, мозг радуется, как будто нашел счастье. Так же был сделан и этот термос.

– Был? – спросила Галя.

– Нет, он есть, но без колбы.

– А где она?

– Ее сглазили. Вы знаете, что такое сглазить вещь? Вы в детстве одевали прохладным вечером новые ботинки, только сегодня или вчера купленные? Одевали? Тогда возможно вы знаете, как происходит сглаз:

– Вам просто наступают на новую кожу, чтобы лучше носились. Делают это со словами:

– Надо обновить.

– Да, я это знаю, – сказал я.

– Но это можно сделать еще проще. Надо только спросить:

– Ты купила новый термос? Всё – считай, что термоса у вас уже нет. Этим вопросом его сглазили. И он разбился. – На глазах у Наташи выступили слезы.

– Кто тебя спросил о нем? – сказала Галя, – мужик?

– Мать конечно. Мужик не может навредить словами, только если на вас наступит.

– Я согласна, – сказала Галя. – Только если слово мать заменить на слово отец.

– А если мужик близкий? – спросил я.

– Таких не бывает, – сказали обе почти хором. И добавили:

– Если не считать тебя, конечно, – и обняли меня беззаветно.

– Вы платить будете? – опять подошел шашлычник.

– Тебе уже заплатили! – рявкнула Наташа. – И вообще, ты нам мешаешь.

– Вы не платили, – сказал он и угрюмо отошел, но недалеко. По крайней мере, до своего мангала он не дошел.

– Вы заметили, что у него паук? – прошептала Галя.

– Да? Я не заметил.

– Вот здесь, на шее, ползет из-под рубашки. Огромный! Как настоящий.

– И что это значит? – спросила Наташа.

– Если попросит, придется давать обязательно, – ответила Галя.

– Хреновина.

– Нет, это точно. Как схватит клещами, не оторвется, пока…

– Пока всю кровь не высосет?

– Пока не натрахается до отвала.

– Кому чего, – вздохнула Нат. И добавила: – Ну, ты меняешься?

– Что на что?

– Ты слышала, что я предлагаю.

– Сломанный термос мне, кажется, не нужен.

– Но я же верю, что тебе везет на деньги. Ты тоже в натуре не можешь ничего предложить. Нет ведь ничего видимого!

– По крайней мере, от моего дара тебе не будет никакой обузы.

– Это верно. Термос надо носить с собой. Впрочем, не обязательно. Можно отомстить и завтра.

– Он может мстить?

– В этом его сила.

– Разбитого китайского термоса?

– Ты меня правильно поняла.

Далее, Галя требует от парней, которые ее трахали 3800 сдачи. Говорит:

– Я просто обсчиталась, думала курс доллара уже один к двадцати пяти, а он все еще только один к шести. Все смеются, она берет у Наташи термос и применяет его, прослушав предварительно инструкцию от Наташи. У парней ломаются руки и ноги, но не сразу. Это происходит вечером на танцах, где они начинают собирать деньги, чтобы отдать Гале, как сдачу.

Вернулись из туалета, вероятно, четверо парней, которые трахали Галю в кустах. А она вдруг схватилась за голову и крикнула:

– Вот, пожалуйста, я опять нашла бабло! – Некоторые даже остановились после этого ее возгласа.

– Они мне должны! Честно, я неправильно посчитала курс доллара. Я думала, что он один к двадцати пяти, и он еще один к шести. Эх, вы, отдайте сдачу 3800!

– Так что, нам всего по пятьдесят долларов, достанется? – спросил один из них, заказывая шашлыки. – Это мало.

– Мало ли, много ли, – заступилась за подругу Нат, – но если договаривались по пятьдесят – значит по пятьдесят. По триста рублей вам хватит во как! – она приложила ладонь к горлу и чиркнула.

– Мы не отдадим, – сказал другой.

– Надо было раньше думать, – сказал третий. Четвертый молча рассчитывался с шашлычником. С нас почему-то он сразу не взял.

– Вот, пожалуйста, – сказала Нат деньги к тебе пришли, а взять ты их не можешь. Ну?

– Что?