Владимир Брайт – Достигая уровня смерти (страница 22)

«Танк» носил с собой целый боевой арсенал, но особой своей гордостью считал настоящие бильярдные шары со сколотой поверхностью. Кай был силён. Очень силён и очень быстр – за секунду до того, как решение окончательно оформилось в голове Бемби, Герда уже знала, что будет дальше, поэтому успела отдать короткий приказ напарнику.

– Атакуй!

«А как же полиция?» – хотел, было спросить Пловец, но не успел – убийственно-тяжёлый шар, выпущенный, словно из пращи, преодолел расстояние в двадцать пять метров и врезался в его корпус.

Если бы не лёгкий бронежилет, команда Бемби потеряла бы бойца ещё до начала активных боевых действий. Однако защита спасла. Удар пришёлся в правую часть туловища. Пловец только оторвал от земли ногу, чтобы сделать шаг вперёд, – и в это мгновение снаряд «сверхчеловека» достиг цели.

– Поли…

Вспышка боли была такой яркой, а удар – таким сильным, что Пловец, словно детская юла, сделал два оборота вокруг своей оси, опираясь на левый каблук, после чего рухнул на землю.

Два пистолетных ствола практически синхронно выплюнули в пространство первую пару пуль.

Хрупкая девушка стреляла по-взрослому – одновременно с двух рук, а её широко распахнутые глаза выражали неукротимую ярость взбешённой тигрицы.

Пешеход, поражённый несоответствием вида этого хрупкого на вид создания со смертельно опасным оружием, непонятно каким образом оказавшимся в её руках, остановился.

Эта роковая ошибка едва не стоила ему жизни. Одна из пуль, предназначавшихся «танку», разворотила плечо мужчины, вторая прошла рядом с виском.

Боеприпасы, используемые Бемби, отличались от стандартных образцов так же, как арсенал профессионального снайпера отличается от купленных в магазине патронов неопытного охотника-любителя, поэтому вместо обычной сквозной раны, пешеход заработал такую дыру в плече, что ему чуть не оторвало руку. Человек опрокинулся назад, нелепо взмахнув рукой с зажатым в ней кейсом с документами. Рывок был настолько резким, что застёжка кейса открылась, выпустив на волю множество белокрылых птиц – листков.

Они воспарили чуть ли не до самого неба, туда где, быть может, живут лишь древние боги, равнодушные к заботам смертных, и нет абсолютно ничего, за что стоило бы бороться и умирать.

А затем, словно поняв всю бессмысленность и безнадёжность этого порыва, белоснежная стая начала плавно опускаться вниз, падая на головы обезумевшей от паники толпы.

Мессия предпочитал автоматы. Присев на одно колено и спокойно прицелившись, как будто находился в тире, а не на оживлённой улице, он выпустил длинную очередь в Кая. Деловито, словно работающий отбойный молоток, стучал короткоствольный автомат, выбрасывая в пространство отработанные гильзы, а умирающие листы-птицы всё падали и падали на залитую кровью мостовую, словно пытались защитить своими пробитыми крыльями хотя бы некоторых людей, оказавшихся в ненужное время в ненужном месте.

– Уходим! – Ко всем своим прочим качествам Герда обладала прекрасной реакцией.

Один из нападающих ещё не оправился толком от чудовищного удара бильярдным шаром, вторая оказалась среди вороха разлетевшихся в разные стороны документов, которые мешали вести прицельных огонь, а третий с автоматом…

Он был в данный момент опаснее всего, поэтому Герда решила пожертвовать одной из двух имевшихся у неё световых гранат.

Широкая спина Кая защищала псионика, словно живой щит, и из-за этого щита в сторону Мессии вылетела граната, после чего напарники побежали в сторону спасительного тупика, где их ожидала помощь.

Граната взорвалась не более чем в трёх метрах от автоматчика. Вспышка была настолько яркой, что будь это обычный человек, у него сгорела бы сетчатка. Но Мессия не был обычным человеком – и это чуть было не стоило Каю жизни.

За мгновение до того, как чудовищная вспышка ударила по глазам, в очках Мессии сработали защитные фильтры. Левый, нормальный глаз всё же зацепило – НОЙМ почувствовал, будто в зрачок со всего размаха вогнали раскалённую иглу.

А правый – имплантат – совершенно спокойно перенёс воздействие световой атаки.

– А за это ты мне ответишь! – Мессия слишком хорошо разбирался в проблемах, связанных со зрением, поэтому прекрасно отдавал себе отчёт в том, что один его глаз повреждён.

Защитные фильтры всё ещё действовали, поэтому автоматчик просто сорвал очки и, прицелившись в спину убегающим дал длинную очередь.

Если бы на месте «танка» был кто-нибудь другой, он бы уже давно «лёг». Но защита Кая была слишком мощной, чтобы её можно было так легко преодолеть, поэтому антигравитационные имплантаты смогли отклонить в сторону около тридцати пуль – практически полный автоматный рожок.

Возможно, им бы удалось уйти, но Бемби…

Взбешённая до предела фурия, наконец, вырвалась из снежного бурана кружащихся в воздухе документов и опустошила магазины, послав оставшиеся шесть пуль вдогонку беглецам.

Она целилась в огромную спину «танка» а не в голову – с такого значительного расстояния практически невозможно сделать шесть точных выстрелов в одну точку.

Огонь Мессии был достаточно интенсивным, чтобы предельно ослабить защиту беглеца, и всё, что сейчас было нужно, – сбить с ног этого огромного буйвола. После чего уже не составило бы труда добить и освежевать пару недоносков, напрямую связанных с гибелью Стэнли.

У Кая существовал определённый запас прочности, однако даже броня настоящего танка имеет предел, перейдя который, становится ломкой, словно стекло. А он был всего лишь человеком. Очень сильным и выносливым, но всё же человеком, а не машиной.

Пятая пуля, пробив бронежилет с чавкающим звуком вошла в тело.

– Кай? – Герда почувствовала, что мысли напарника, замерли – такое бывает, когда человек проваливается в обморок или находится в состоянии глубокого шока.

Она резко остановилась, обернувшись назад, и увидела блуждающий бессмысленный взгляд «танка».

«Кай?» – хотела было ещё раз крикнуть она, но не стала этого делать, потому что, во-первых, это было бессмысленно, а во-вторых, не оставалось времени – высокоуровневый НОЙМ с тщедушным телом девочки-подростка уже перезарядил магазины своих пистолетов.

Бронежилет всё-таки спас жизнь «танка», приняв основной удар на себя. Кусок горячего металла пробил кевларовую пластину и, потеряв всю свою убойную силу, застрял в мышце на глубине пары сантиметров. Но последняя, шестая пуля, оказалась самой опасной. Слегка отклонённая защитой, вместо того чтобы вонзиться в плечо она по касательной задела голову в буквальном смысле слова нокаутировав Кая.

Преследуемым повезло только в одном – магазин автомата Мессии заклинило и он, теряя драгоценные секунды, безуспешно пытался перезарядить оружие. Однако в это самое время, видимо в качестве компенсации, в строй вернулся Пловец.

Вколов себе верное средство против абсолютно всех проблем – «Белый Джонг» – ещё один супергерой вышел на тропу войны.

– Получай! – не сказала, а выплюнула Бемби в пространство всю ненависть и желчь, скопившуюся за столь короткий срок. И подкрепила грязное ругательство очередной серией выстрелов.

Он стоял, огромный и беззащитный, словно колосс на глиняных ногах. Один слабый толчок – и всё: гигант рухнет на землю и рассыплется в прах. Прекрасная мишень даже для совершенно никудышного стрелка.

Они являлись скорее близнецами, нежели напарниками, и если бы Каю было суждено низвергнуться в пропасть вечности, он наверняка хотел бы, чтобы во время самого последнего полёта Герда была рядом.

Без всякого сомнения, она думала так же. Коротким, чётко выверенным ударом псионик подсекла ноги напарника, и мощное тело «танка» кулём рухнуло на землю.

Жалобно взвизгнули две стальные осы, пролетевшие в нескольких сантиметрах над своей законной добычей.

Герда перешагнула через распростёртое тело.

И подняла на уровень лица два пистолета. Защита – одно из самых слабых мест псионика. Всё, на что она может рассчитывать, – отклонить пять, максимум шесть, пуль, направленных в корпус. Голова и ноги – полностью беззащитны. Она знала об этом – и, тем не менее, шагнула вперёд, потому что должна была закрыть своим телом лишённого защиты Кая.

«Вот и всё». Напряжение боя разом оставило Бемби, потому что она поняла – эти двое у неё в руках.

И пускай Мессия сколько угодно возится со своим грёбаным автоматом, а Пловец, вытащив пару энергетических лезвий, приближается к противнику, всё быстрее и быстрее размахивая руками, словно не идёт, а плывёт брассом.

Всё это уже не имеет значения, потому что прямо сейчас она наполовину разрядит магазины своих любимых пистолетов – и всё, что останется от этой заносчивой суки, будет выглядеть предельно неэстетично.

Но голову…

Голову трогать не нужно, потому что эта голова должна сохранить свою безупречную красоту даже после смерти.

Большая часть пешеходов успела покинуть опасную зону, спасаясь паническим бегством, – так бегут обезумевшие звери, преследуемые неотвратимой силой лесного пожара. И всё же кругом на асфальте лежали распростёртые фигуры – кто-то упал и не нашёл в себе сил и мужества подняться, кто-то был ранен или без сознания, а кто-то…

А кто-то должен был ответить перед Бемби за смерть Стэнли.

Нет, она не любила погибшего, но он был членом её стаи. И если убит один из великих охотников, то тупая бессмысленная масса травоядных, все эти жалкие людишки выдумывающие идиотские законы, и без всякой пощады охотящиеся на НОЙМов, ответят ей за всё.