Владимир Богданов – Мокрое золото (страница 24)

– Как?

– У каждого человека есть свой скелет в шкафу, – мрачно усмехнулся Эрик. – Нужно всего лишь найти этот шкаф… Может, Дмитрюков убил кого-то, а никто не знает. Но может… мог узнать.

– Я кого-то убил? Ты будешь копать под меня?

– Мы твой шкаф вместе зарывали, если ты не помнишь. Нам за этот шкаф на одной скамье сидеть.

– Хорошо, что ты это понимаешь.

– А потом мы с тобой партнеры. И одна большая семья. – Эрик как будто знал, что хочет услышать Фил.

– Семья – это святое, – кивнул, соглашаясь, тот.

Но на Эрика смотрел все так же, с подозрением. И правильно делал. Эрик давно уже не хотел иметь с ним общих дел, но из лодки так просто не выпрыгнуть.

– А в тюрьму сядешь, семья останется за бортом… – немного подумав, добавил Фил. – Да и вообще… Переборщил я с этим Дмитрюковым… Сам ведь напросился!.. Смотрит мне в глаза и ржет, как скотина!.. Выпить есть?

– Есть ли выпить на водочном заводе? – усмехнулся Эрик.

В ответ Фил скривился, вышел из кабинета и вернулся с початой бутылкой виски и двумя стаканами. Поставил все на стол, выглянул в коридор, закрыл дверь и запер ее на замок.

– И Варнавин этот, только деньги зря на ствол потратил, – выпив, на выдохе проговорил Фил.

– И деньги, и рисковал. Продавец все тот же?..

– Поднялся Жора за последнее время. Это и пугает… – Фил задумался, взгляд как будто потух, но где-то в глубине глаз вспыхнули кровожадные огоньки.

Нравилось ему убивать, Эрик давно это уже понял. Был парень Чудиком, а стал самым настоящим чудовищем. Вот и как с ним таким сосуществовать?

– Оставь Жору, его и без нас кто-нибудь завалит.

– А стволы где брать?

– А они нужны?

– А если братва наедет? – поинтересовался Фил. – Что у нас есть?.. У тебя есть ствол, у меня пара чистых плеток… Ладно, проехали!.. Что там у нас по бизнесу?

– А что у нас по бизнесу?

– «Волгу» хочу купить. Две! – Фил достал из кармана сложенный вчетверо лист бумаги, развернул.

На стол лег приватизационный чек – на десять тысяч рублей.

– А-а, ну это конечно! – усмехнулся Эрик.

Не верил он в сказки, что за такой чек можно будет купить две «Волги». Слишком уж часто государство кидало народ. Одно только «павловское» ограбление чего стоило. Триллионы рублей из карманов у людей вынули. По старым советским ценам.

– Нужно сделать так, чтобы на две «Волги» хватило! – мотнул головой Фил.

– Как?

– Чеки реальные, на них реально можно магазин выкупить. В собственность. Один магазин, другой, третий!.. Глядишь, и проблемы со сбытом решим!

– И так влет все уходит!

– Ну не влет… И только потому, что объемы детские… А если крупными партиями закупать?

– Закупать? – не понял Эрик.

– Знаешь, сколько этот вискарик стоит? За сколько его за бугром можно взять? Знаешь, что такое маржа?

– Догадываюсь!

– А мы за свою маржу здесь корячимся, завод, налоги, в кредиты влезли… Короче, купить вискарь мы всегда успеем. А приватизация не волк. Но в лес убежать может… Я тут пробивал, чеки обезличенные, их покупать-продавать можно. Контору откроем, бутылки у населения принимаем, и чеки принимать будем. За наличку! А можно за водку!.. Водки у нас завались!

– Думаешь, получится?

– А не надо думать, надо пробовать… Пацанов твоих подпряжем, по деревням пусть поездят. Куда там в деревнях вкладываться? Ваучеры эти точно за водку брать можно.

– А водки у нас завались, – кивнул Эрик.

Но «гуталин», если его девать некуда, можно развозить не только по деревням. Почему бы не провернуть старую опробованную схему, на которую Фил уже намекнул? Прием стеклотары на дому в обмен на водку работал хорошо, почему заодно с бутылками не принимать ваучеры? Если они обезличены, проблем с дальнейшим сбытом не возникнет. А если повезет, то действительно можно будет приватизировать какую-нибудь недвижимость.

Домой Эрик вернулся в отличном настроении. Ваучеры остались на заднем плане, перед глазами растерянное лицо Варнавина. Все-таки правильно сделал Эрик, что не стал убивать его. Поговорил, описал нехорошие прогнозы на будущее, угрозы подействовали, кредит в кармане. Никого не убил, а результат в кармане.

Нелли вышла к нему в коротком халате на голое тело, тапочки на высоком каблуке, волосы распущены, от нее приятно пахло чистой кожей и французскими духами. Эрик прислонил ее к плите, когда она доставала из духовки утятницу с рагу. Она и хотела что-то сказать в ироничном тоне, но промолчала, видимо, побоялась вспугнуть момент.

А Эрик разошелся, заставил Нелли опереться на плиту, распахнул, а затем и вовсе вскинул халат. Но, увы, разгон на рубль не отработал даже копейку. Желание шевельнулось, настроение поднялось, а плоть так и осталась неподвижной.

– А вот на ужине нужно заниматься ужином! – Нелли благородно сделала вид, что ничего не случилось.

А после ужина устроила мужу десерт при свечах, подала себя в неглиже, натерла его ароматными маслами, сначала спину, затем живот, и ниже, ниже… И смогла-таки возбудить мужское начало, но не сильно. И ненадолго.

– Это все нервы, – укладываясь спать, сказала она. – Это пройдет.

– Пройдет…

Все верно, нервы у Эрика не просто шалят, они безумствуют, и он сам в этом виноват. Нелли изменила – удар по психике, трупы с Филом разделывали – сильнейший стресс, осознание собственной никчемности довершило дело. Фил предложил убить человека, Эрик согласился – в надежде, что это поможет поднять хотя бы самооценку. Не убил, но все равно стало еще хуже. Но ничего, мертвец, оказывается, не совсем еще мертв. Надежда есть. Эрик поднимется над собой, докажет Филу, что может вершить великие дела. И поднимется над самим Филом, – кстати, давно пора. Только так Эрик сможет избавиться от комплекса, который не дает ему чувствовать себя мужчиной.

Утром он проснулся рано, сделал зарядку, позавтракал. Нелли еще только собиралась в институт, а он уже крутил баранку, ехал на завод. Там, не спрашивая Фила, загрузился водкой, сам отправился на пункт приема стеклотары, озадачил работника, для порядка припугнул, чтобы не вздумал мухлевать. И второй пункт отработал, и третий. Также организовал пару передвижных точек по приему и обмену, больше не вышло, не хватало транспорта. И дело пошло. Две «Волги» – это миф, мираж, а две бутылки водки – реальность. Первыми клюнули профессиональные алкаши, которым без водки не жизнь. За ними потянулись любители, которых в стране с избытком.

Фил рассуждал правильно: куда деревенским податься со своим ваучером? Но как оказалось, и в Москве хватало людей, которые не знали, куда вложиться. Одни работали на предприятиях, которые дышали на ладан, другие – в учреждениях, неотделимых от государственной собственности; кому, например, придет в голову приватизировать штаб гражданской обороны?

На крупных предприятиях чеки скупались начальством, причем по очень простой схеме. Рабочим переставали платить, а на проходной ставилась будка: «Покупка приватизационных чеков». К делу подключалась и братва, под крышей которой находилось предприятие, – эти могли работать на руководство, а могли грести под себя, чтобы затем поучаствовать в приватизации. Мощно включились в дело и чековые инвестиционные фонды, которые скупали ваучеры на относительно законных основаниях. Но Эрик предпочитал действовать нелегально – под прикрытием приема стеклотары. И обрабатывать население с неопределенной ваучерной ориентацией. Чеки стекались в общее корыто тонкими ручейками, но точек приема становилось все больше. А вместе с тем увеличивалось число привлекаемых к делу людей.

Оказалось, что Эрик имел в своем родном районе довольно весомый авторитет, – крепкие, тренированные парни, не решившиеся связать свою судьбу с бандитами, с удовольствием шли к нему в бригаду. Доставка спирта, воды, производство водки, сбыт – все функционировало, к тому же Фил взял крупный кредит; в общем, с финансированием проекта особых проблем не возникало. И пацанам платили прилично, и с автотранспортом вопросы решались, чеки у населения принимались как в Москве, так и в области, передвижные пункты работали в деревнях и селах. И неплохо получалось.

А в ноябре на завод крупно наехали. Производство сначала вышло на заявленные мощности, затем расширилось, водка с незатейливым названием «Пшенка» продавалась во многих магазинах Москвы, особенно хорошо уходила через продуктовые и даже вещевые рынки. Неудивительно, что на производителя обратила внимание крутая группировка. Удивительно, что измайловские не наехали раньше.

От всякой мелочи вроде Славуты удавалось отбиваться своими силами. А измайловская братва – реальная сила. Эрик хорошо разбирался в криминальных раскладах и понимал, что им с этими ребятами не справиться. И воровская крыша очень крутая, и связи с кремлевскими структурами, и в основе боевых бригад – афганцы-десантники.

И все же Эрик принял вызов, забил стрелку, вывел в поле своих пацанов.

Смотрелись парни эффектно, все в кожанках, в широких брюках, а ногами бить умели все. Ногами, руками, каратэ, бокс – все с реальной подготовкой. И численность впечатляла, два десятка если не отборных, то близко к тому бойцов. Даже Фила с собой не взяли, потому что он своей худобой портил общую картину. Впрочем, Фил особо в бой и не рвался. Или убивать больше не хотел, или понимал, что с измайловскими его художества не пройдут.