Владимир Благов – Хронопилот (страница 54)

— Скажите, почему вы уничтожили Группу Контроля?

— Почему это вас интересует? — усмехнулся Хозяин-1. Подумав, он все же решил ответить на вопрос. — Вы когда-нибудь спорили сам с собой? Представьте: тридцать пять тысяч ваших двойников толкаются, орут, каждый кричит свое, каждый считает, что прав только он. Меня, самого старшего, никто не хотел слушать. Мне пришлось применить силу. Зато за этим столом собрались одни единомышленники. Мы приняли решение сообща. Так вы отключите «бломп»?

— Но ведь после этого все исчезнет! — нахмурился Майкл.

— Теоретически — да. Но это не должно вас смущать. Исчезнет мир, но не люди. Исчезну я, но вам это только на руку. Я устал так жить, я хочу воспользоваться возможностью хотя бы исчезнуть…. Ну, так что? Обещаете отключить «бломп»?

— Попробую, — ответил Майкл. — А как мне найти виллу Петреску?

— Я дам вам ее адрес. И предупрежу хозяина, чтобы ваш визит не был для него неожиданностью.

У начала петли. 28 ноября 1943 года

Сэм Джетс просматривал подшивки древних газет. Их заголовки кричали о дерзком теракте в отношении Сталина и Рузвельта. Советский и американский президенты, прилетевшие в Тегеран на конференцию, были убиты по дороге в посольство, в пяти километрах от аэродрома.

Многочисленные фотографии изрешеченных пулями автомашин красноречиво говорили о внезапности нападения, о чудовищной плотности огня и о невозможности отражения атаки диверсантов.

Машины президентов были взорваны снарядами фаустпатронов. Не устоял даже бронированный автомобиль Сталина. Немногочисленная охрана была быстро перебита в перестрелке. Диверсанты, практически без потерь, исчезли в предгорьях Эльбруса.

— Вот с чего началась Наша Петля, Мэт, — сказал Джетс, тыча пальцем в газету. — Здесь мы и должны ударить с тем, чтобы Петля затянулась в Удавку.

— Как ты это себе представляешь? — спросил Мэттью.

— Очень просто. Нам надо поработать хронохирургами…

Приготовления к контрдиверсионной операции были недолги. Место и время выхода в 1943 год были определены заранее. Четверо добровольцев — Джетс, Мэттью, Тим Райли и Смит-Акула — были экипированы с таким расчетом, чтобы при любом раскладе остаться в живых. Бронированные скафандры делали их похожими на пришельцев из космоса. Оружие того времени найти не смогли. Пришлось воспользоваться автоматами Калашникова, изъятыми из 1993 года…

В скафандрах на иранском солнце было очень жарко. Джетс и его спутники не знали, куда деваться от зноя. Пот заливал глаза. Вездесущая иранская пыль хотя и не лезла в глаза, но на зубах скрипела, что надо…

Группа вышла на шоссе за полчаса до теракта. Джетс сориентировался на местности и понял, что диверсанты могли прятаться в балке у поворота дороги.

— Если укрытие там, то нас уже заметили, — сказал Тим Райли.

— И за кого они нас приняли? — попробовал пошутить Мэттью. — За инопланетян?

— Какая разница, — пожал плечами Джетс. — Лишь бы не ушли, а дали нам бой.

В ответ на его слова из-за огромного камня-валуна раздалась пулеметная очередь. Джетс и Смит-Акула были сбиты с ног. Мэттью и Тим Райли бросились вперед.

В балке было больше десятка вооруженных диверсантов. Все они были в одежде феллахов, с фальшивыми, крашеными хной бородами, но Мэттью ни на миг не усомнился в том, что перед ним диверсанты-эсэсовцы. Они были явно обескуражены тем, что их укрытие обнаружено, они были удивлены, повстречав людей в бронескафандрах. Они начали стрелять в Мэттью из автоматов, и Мэттью начал отстреливаться. Он шатался под градом сыпавшихся на него пуль, но количество стрелявших в него людей с каждой секундой сокращалось. Рядом грохнул взрыв, и Тим Райли упал, как подкошенный. Вслед за этим Джетс бросил в балку пару гранат, и оставшихся эсэсовцев разбросало взрывом в разные стороны.

— Чисто, — открыв забрало шлема, сказал Джетс. — Мэт, посмотри, что с Тимом.

— Его контузило, — ответил Мэттью, помогая Тиму подняться с колен.

— Здесь надо немного прибраться, — Смит-Акула огляделся по сторонам. — Нехорошо будет, если президентский кортеж что-то заподозрит. Сколько у нас времени?

— Минут двадцать, двадцать пять, а может, и того меньше, — сказал Джетс. — Давайте забросаем трупы ветками, с дороги будет не так заметно.

Он первым спустился в балку и первым почуял опасность.

Трое «убитых» внезапно вскочили на ноги, сбили с ног Джетса и, прижав его к земле, открыли огонь по Мэттью и Райли.

— Смит, это биробы! — успел крикнуть Джетс. — Бей по ним из гравиружья! Меня не жалей! Иначе все погибнем!

Смит-Акула стоял под градом пуль, держа гравиружье наготове, но выстрелить в товарища не мог. Это было выше его сил. Вот застонал раненый Мэттью, вот повалился замертво Тим Райли. А Смит стоял и смотрел вниз, на своего командира.

— Стреляй, или все пропало! — крикнул Джетс.

И тогда Смит выстрелил.

Склоны оврага подались в стороны, земля мгновенно покрылась сетью трещин, пополз вниз кустарник, а тела Джетса и трех биробов на полметра вдавило в землю. Смит-Акула поспешил вниз — надо было добить роботов и помочь Сэму.

Раненый Мэттью стоял у валуна при дороге и всматривался вдаль.

— На горизонте пыль! — через секунду крикнул он Смиту. — Целое облако пыли!

— Неужели президентский кортеж? — отозвался Смит-Акула. — Так рано! Посмотри, что с Тимом? Убит?

— Убит, — мрачно ответил Мэттью.

— Тащи его вниз и руби ветки, накрывай трупы. Да посмотри, нет ли на дороге крови.

— Здесь чисто, — ответил Мэттью, задыхаясь под тяжестью тела Райли.

— Ты ранен? Тяжело? — спросил Смит, добивая последнего робота.

— Трудно дышать, — сплевывая кровавую пену, сказал Мэттью. — Пуля, кажется, пробила легкое.

— Давай, я тебя перевяжу, — предложил Смит.

— Потом. Что с Джетсом?

— Он еще жив, — ответил Смит, пропуская Мэттью к тому месту, где лежал командир.

Тело Сэма было вдавлено в землю. Только глаза двигались на его разбитом лице.

Скафандр Джетса был смят и разорван, пропитан кровью.

— Сэм, я сейчас тебя вытащу! — воскликнул Мэттью.

— Не трогай! — Джетс пошевелил губами. — Мне уже не поможешь: мешок с костями…. Они едут?

Мэттью молча кивнул.

— Помоги Смиту. А меня присыпь землей, чтоб не видно было.

— Как можно, Сэм?! — Мэттью потянулся за веткой. — Я тебя прикрою зеленью. Так нормально?

— Нормально, — через силу улыбнулся Джетс. — Знаешь, лет сорок тому назад, в детстве, я раздавил ногой муравья. Теперь я понимаю, как ему было больно. Только одно удобство: могилу копать не надо.

Смит и Мэттью спрятали трупы диверсантов, засыпали землей останки биробов, и сами едва успели залечь за валун при дороге.

Кортеж американского президента пропылил по дороге. Улыбающийся Рузвельт сидел в «виллисе», одной рукой придерживая шляпу. Два вооруженных телохранителя стояли на подножках, и еще два лежали на передних крыльях машины. Никто из них и подумать не мог, какую ужасную смерть отвели от них четыре человека из Будущего.

Через минуту мимо Смита и Мэттью прошла машина Сталина. Генералиссимус ехал в Тегеран договариваться об открытии второго фронта и послевоенном разделе Европы.

— Дело сделано, — сказал Смит-Акула, когда машины президентов скрылись вдали. — История вернулась в свое русло. Вот только нам вернуться уже некуда.

Мэттью спустился в балку и подошел к тому месту, где лежал Джетс.

— Сэм! — позвал он, но ему никто не ответил.

Джетс уже не дышал, и его открытые глаза стали неподвижны.

— Все правильно, Мэт! — крикнул Смит-Акула. — История вошла в колею. Останки биробов исчезли!

— То есть? — не понял Мэттью.

— История вошла в колею. Нашей Петли больше нет. Больше того, ее никогда и не существовало. Биробов тоже никогда не было. Потому-то они и исчезли.

— Ничего себе! — усмехнулся Мэттью. — Значит, мы тоже сейчас исчезнем?

— Надеюсь, что нет, — хмуро ответил Смит. — Но и вернуться у нас не получится. Придется обживать это время.

— Почему не получится? — возразил Мэттью. — Надо попробовать. Сейчас достану «бломп», — он пошарил рукой в кармане. «Бломпа» в кармане не было.

Смит улыбнулся, кивнул и сказал: