Владимир Благов – Хронопилот (страница 23)

— Что это ты, религиозную пропаганду разводишь? — удивился Гордеев. — Или ты не партийный? Как тебя с такими взглядами в чекистах держат?

— Никто моих взглядов не знал и теперь уже не узнает. А в целом я — преданный делу партии человек… Да что они там, заснули что ли?

Будто в ответ на его слова совсем близко разорвались сразу четыре гранаты, вслед за грохотом взрывов послышался сухой треск автоматов и крики офицеров. Пули засвистели над головой. Гордеев приложился щекой к мокрой от росы траве и, скосив глаза, посмотрел на сержанта. Дегтев лежал суровый и умиротворенный. Из громадной раны на виске, пульсируя, обильно текла кровь. Неподвижные глаза, казалось, внимательно рассматривают травинки, а губы так плотно были прижаты к земле, словно целовали ее.

Гордеев оцепенел, им овладело такое сильное чувство обреченности, что он ощутил себя наполовину мертвым. Трудно было подавить смертельный ужас, захлестнувший сознание. К действительности ученого вернула рваная, короткая команда немецкого офицера. Гордеев подгреб к себе все четыре «лимонки» и стал по одной бросать их как можно дальше.

Поднявшиеся было немцы снова залегли. Гордеев получил несколько секунд отдыха. Он смежил веки и засопел носом. Вспомнилось деревенское детство, тощая соседская корова Пеструха да покосившаяся хата на краю села. Еще немного потерпеть, подумал Гордеев, и меня не станет. И тогда мир может заново придумать сам себя, чтобы через миллионы лет возродить меня из пепла уже в новом обличье.

Страх прошел. Сжав зубы, Гордеев методично и щедро начал выплескивать через ствол автомата всю накопившуюся в нем ярость и боль. Он вошел в состояние, близкое к трансу, и не заметил ни одной из трех пуль, рвущих на части его плоть. Но вот автомат замолчал. Патроны оставались только в обойме «парабеллума». Но использовать их ученому уже не пришлось. Жизнь угасала в нем. Предметы и люди раздваивались перед глазами, приобретая странные очертания. И вдруг лавина удивительной тьмы обрушилась на сознание, гася все видения зримого мира.

2

Процессор Хельги работал без остановки, гоняя по кругу программу самовосстановления. Слух и зрение временно были отключены, глазами и ушами для нее на время стал ОТТО. Правая рука Хельги с вмонтированной видеокамерой производила осмотр тела, делала фототесты поврежденных поверхностей в разных областях спектра. ОТТО подключил к работе киберхирурга, снабженного десятью видами скальпелей от сканирующего до заживляющего. Ловкие манипуляторы ставили на место ребра, вправляли суставы, производили микросварку сосудов, сращивали поврежденные нейроволокна, меняли разорванные мышцы из биопластмассы. Процессор в это время проводил коррекцию органов чувств.

— ОТТО, — попросила вдруг Хельга. — Отключи мне, пожалуйста, все реасенсоры, оставь один, о котором знает только Алекс. И еще… Надо удалить блок самосохранения. Я не хочу испытывать страха смерти.

— Это разумное решение, — отозвался ОТТО. — Я займусь этим немедленно.

Как только все системы биотронного организма пришли в норму, Хельга соскочила с импровизированного операционного стола и занялась поисками оружия.

— Леди, — менторским тоном произнес ОТТО. — Мы еще не закончили. Вы забыли о косметическом ремонте и полировке лица.

— О чем ты говоришь?! Надо спасать Алекса! Куда он исчез?

— Сюда примчались люди в форме СС, они добили бироба и забрали с собой командира.

— И ты позволил им это сделать?

— Вмешавшись, я мог только навредить Алексу. Поэтому я почел за лучшее подняться в воздух, сделать спускаемый аппарат невидимым и проследить, куда доставят командира. Теперь вместе мы сможем его освободить. Я без труда найду в городе здание, где он находится, а остальное — твоя забота.

— Есть у нас хоть какое-нибудь оружие?

— Алекс не брал с собой ничего, кроме «Кербера-119».

— Подойдет. А много к нему боеприпасов?

— Три магазина по семьдесят два патрона. Думаю, хватит с избытком. А если что — позаимствуешь у противника.

— Значит, его забрали эсэсовцы. Как ты думаешь, это опасно?

— Ну, в какой-то мере, да. Но до определенного времени.

— А если его начнут допрашивать?

— Алекс что-нибудь придумает. Уверен, выкрутится.

— Я должна найти и освободить его.

— Разве я против?! Команда на взлет?

— Постой, мне кажется, у нас гости снаружи.

Хельга подошла к люку и распахнула его настежь. Недалеко от «Ли-2» стоял молодой красивый мужчина, руки его были заняты электронными приборами. Он был безоружен, поэтому Хельга спрыгнула на землю и без боязни подошла к незнакомцу.

— Кто вы?

— Майкл Лозовски, эксперт Службы Спасения во Времени. Я из далекого Будущего.

— Из какого Будущего? — спросила Хельга.

Майкл проигнорировал ее вопрос.

— Ты, если не ошибаюсь, Хельга?

Она недоверчиво кивнула.

— Могу я видеть пилота Химмеля?

— Алекса?.. Нет, его сейчас здесь нет. А откуда вы знаете о нем и обо мне?

— Наслышан. Кстати, вам привет от доктора Хорна.

— Ввиду отсутствия командира, возможно, вы введете в курс дела Кибермозг спускаемого аппарата? — подал голос немного обиженный ОТТО.

— Скажите лучше, каким способом доктор Хорн смог перебросить вас сюда? — по-прежнему недоверчиво сдвинула брови Хельга.

— А я не из вашего будущего. Я живу в 2262 году, через 120 лет после вас. Доктор Хорн пока не придумал ничего лучше, чем доставка людей в прошлое через надпространство. Это крайне неудобно и довольно рискованно. Я же попал сюда с помощью «бломпа» — вот этого маленького прибора. Он использует энергию Единого Генератора для одномоментного краткосрочного пробоя пространства-времени…

— Теперь поняла, — перебила его Хельга. — Не ваш ли это бироб заглядывал к нам вчера на огонек? Грубиян и невежа. Мы с трудом от него избавились. Как вы объясните его странное поведение?

— Так вас уже атаковали? Это был обычный бироб, вы уверены?

— Обычный, если не считать того, что у него не было реасенсоров. Он чуть не убил Алекса.

— Служба Безопасности не дремлет, — покачал головой Майкл. — Видите ли, в далеком Будущем есть люди, которые заинтересованы в том, чтобы вы не вернулись. Я к этому не причастен, поверьте… Мне было бы намного удобнее разговаривать с человеком, но раз уж так вышло… Выслушайте меня. Через двадцать лет после вашего старта на Земле образовалось Единое Мировое государство с жесткой тоталитарной системой. Вся власть в нем сосредоточена в руках одного человека, который правит нами уже больше ста лет. Самое скверное то, что мы практически ничего не знаем о нашем правителе, кроме его титула — Хозяин. Никто даже не знает, как он выглядит, и где находится.

— Он что, не показывается на публике? Не контактирует с представителями власти? — заинтересовалась Хельга.

— Лично я никогда не видел Хозяина. Избранные, конечно, видят, но чаще — только слышат его. Хозяин ежедневно рассылает всем записи своих бесценных мыслей. И все воспринимают эти мысли как руководство к действию. Подчиняются ему безоговорочно.

— У вашего владыки есть враги?

— Нет, и уже давно, — улыбнулся Майкл.

— Как он один контролирует хотя бы своих многочисленных функционеров?

— С помощью Группы Контроля он контролирует не только функционеров, но и все человечество. Эта Группа осуществляет также разведывательные и карательные функции.

— Кто входит в эту Группу?

— Его клоны, а, может быть, биороботы-копии. Не знаю.

— Может, ваш Хозяин — машина, сетевой мозг?

Майкл усмехнулся.

— Говорят разное, но я думаю все же, что он человек.

— И правит вами целых сто лет? — усомнилась Хельга.

— В наше время это неудивительно. Удивительно другое: говорят, что он не стареет…

— Вот как? Да ваш Хозяин — просто бог какой-то! — Хельга на секунду задумалась, а потом спросила. — Что же собой представляет ваше Единое Мировое государство?

— Наше государство — это держава тотальной слежки, машина для постепенного истребления «лишнего» человечества, аппарат разрушения самого Времени. Главная ячейка общества — семья — осмеяна, дискредитирована, запрещена. Брак объявлен пережитком прошлого. Рождение детей перешло в ведение государства, воспитание — прерогатива Группы Контроля. Уже создано два поколения людей, не имеющих своего мнения, не способных мыслить логически. Два поколения марионеток!

Наше общество поражено асоциальным раком. Последние семьи, как здоровые клетки больного организма, пожираются раковой опухолью Группы Контроля. В центре опухоли — Хозяин, как хищный спрут, запускает свои щупальца уже в глубины Времени.

— Что же такое задумал ваш Хозяин?

— Он доказал необходимость проведения коррекции исторического развития. Несмотря на протесты здравомыслящих ученых и политиков, эта многоплановая операция во Времени все же началась. И тогда выяснилось, что пробная экспедиция Хроноразведки в 2141 году станет тормозом или даже непреодолимым препятствием на пути коррекции. Решено было любой ценой воспрепятствовать вашему эксперименту и не допустить старта Корабля. Но сила инерции мировой истории такова, что мы не успели помешать вашему старту. Тогда Группа Контроля прибегла к недозволенным приемам. Сначала запугали Хорна, затем убили Бартона, теперь добрались и до вашего командира. Я хочу помочь ему, если смогу это сделать… Вы записываете мою информацию?

— Конечно, — ответил ОТТО.