Владимир Бертолетов – Тайфун истины – прелюдия непроизносимых тайн. Алмаз любви (страница 75)

Любовь не указывает вам путь, потому что любовь, как безмерное небо, которое не имеет направления, потому что небо, как любовь, везде и повсюду.

Всё, что чистое, и всё, что грязное, в естественности, в любви становится одним и тем же.

В любви никто не тревожится, никто не озабочен, никто не волнуется по поводу несовершенства и совершенства.

3. В невидимой святости любви

Кто живёт в мире безусловной любви, тот живёт в невидимом мире.

Кто живёт в невидимом мире, тому в голову не придёт кого-то очерчивать оценками видимого мира.

Никто не начинался в безусловной любви, никто не заканчивался в безусловной любви, потому что все растворены в любви, которую невозможно оценить определениями начала и конца видимого мира.

Безусловная любовь — это самый таинственный процесс, это самая таинственная река божественного происхождения, поэтому такую реку невозможно вместить в рамки оценок разгаданного, расшифрованного, предсказуемого мира.

Безусловную любовь способны видеть те, кто живёт и дышит невидимым миром так, как им дышит сам Бог.

Кто видит всё таким, каким всё видит Бог, тому в голову не придёт очерчивать всё это оценками видимого, разгаданного, знакомого мира.

Оценками разгаданного мира очерчивать неразгаданный мир любви невозможно.

Если смотреть на всё так, как на всё смотрит Бог, вам в голову не придёт очерчивать это оценками так, как это видит невнимательный человек.

В безусловной любви находятся божьи сокровища, которые невозможно очертить оценками, что помогают многим спастись от смерти, спастись от бессмыслия, спастись от безвременности, спастись от неизвестности.

Мал тот, кто понимает любовь в очертаниях, в рамках оценки известного предсказуемого мира. Оценить безусловную любовь невозможно, потому что невозможно обозначить оценками то, в чём растворяется всё.

В неделимой бесформенной любви не существует оценок, которые помогают всем слепым обличать знакомый предсказуемый мир.

Всё, что никогда не заканчивается, невозможно определить теми оценками того мира, который заканчивается скоротечно, мимолётно и скоропостижно.

Что не рождено, то невозможно оценками известного мира обнаружить и вычислить.

Бесконечную любовь невозможно обозначить и вместить в рамки оценок, которые подвластны времени.

Бесконечное невозможно запятнать или ограничить оценками критики, потому что оценки критики принадлежат предсказуемому миру.

Только двойственное воззрение берётся одевать и очерчивать всё в рамки оценок двойственного понимания с двойным дном.

Не увидит полноты безусловной любви тот, кто оценивает любовь по причине своей неполноценности.

Любовь — это всегда небесная бесформенность, которую невозможно оцепить или ограничить рамками оценок дуального ума.

Всё, что для вас предсказуемо, это всё то, что можно упаковать в рамки оценок того мира, от которого все чего-то ждут.

Необусловленную любовь невозможно вычислить оценками обусловленного мира.

Необусловленная любовь вас растворит раньше, чем вы успеете этой любви поставить оценку.

Безусловная любовь бесформенна, поэтому тщетно эту любовь обозначать оценками обусловленной предсказуемости.

Критиковать можно что угодно, если оно имеет своё начало и конец, но если нет начала и конца, все оценки тщетны и бессмысленны.

Глупо обозначать последствиями и причинами то, что не имеет ни последствий, ни причин.

Придерживаться дуальных взглядов — это значит оценивать всё в двойственных трансляциях лжи.

Любовь не имеет пределов, поэтому глуп тот, кто пытается критиковать любовь пределами предсказуемого мира.

Все оценки имеют свой предел, поэтому оценками вы можете обозначить только то, что соответствует этим оценочным пределам.

Кто любит, тот видит беспредельного Бога, поэтому любящий никогда и никого не пытается очертить границами оценок предсказуемых пределов.

Любовь — это вселенная, которая никогда не вместится в рамки, в пределы оценок предсказуемого мира.

Любящий пронизан беспредельностью, поэтому любящего невозможно распять оценками предсказуемой предельности.

Человек, что растворился в любви, это тот самый человек, которого не существует в пределах, в рамках каких-либо оценок предсказуемого мира определённых выводов.

В рамках всеобщих выводов безусловной любви не существует.

Выводы вы можете делать только там, где нет Бога, где нет истины, где нет любви.

Совершенное невозможно запаковать в рамки выводов несовершенного мира.

Оставлять всё таким, какое есть в естественности, это значит, что это невозможно вместить в рамки оценок, которых не существует для Бога.

Любящий человек может любить безусловно, ничему не следовать, но при этом он способен видеть всё таким, каким это видит Бог.

Человек, который любит всё безусловной любовью, пронизан невидимым настолько, что всё видимое растворяется в его взгляде.

Любящий человек может ничего не знать, не пользоваться оценками, ничего не вычислять, но при этом он проникает в непостижимое вечное.

В состоянии безусловной любви вы ничего не исследуете, что соткано из условностей, но вы всюду проникаете, где обитает Бог.

Любящий человек не пытается понять то, что определено оценками, потому что для него всё ясно, что оценками обозначить и определить невозможно.

Любящий ясно видит то, что не вмещается в оценки известного мира, известных всепризнанных критериев и нормативов.

Любящий человек не оценивает других, не приходит покритиковать других, потому что критика принадлежит предсказуемому миру.

Кто растворился в любви, для того не существует рамок, пределов, оценок, которые спасают существование известного предсказуемого мира.

В Боге не существует мира, о котором догадываются все гадалки и прорицатели, потому что в Боге не существует ничего предсказуемого, о чём можно заранее догадаться, что можно заочно вычислить.

Бог соткан только из непостижимого, поэтому всё, что постигли гадалки и прорицатели, не имеет к Богу никакого отношения.

Кто растворился в безусловной любви, тот становится волей любви, волей вечности, поэтому эту волю невозможно упаковать в пределы оценок предсказуемого мира.

Любящий не видит, не думает о том, о чём додумались, о чём догадались прорицатели и пророки, но тем не менее он проникает в самое непостижимое, что есть в Боге, в самое непостижимое, что не может постичь ни один пророк или прорицатель.

Кто видит в тайнах Бога пустоту, тот никогда не будет браться оценивать то, что соткано из тайн Бога.

Невозможно оценить то, кто ты есть в любви, потому что ты растворён в любви вне оценок.

Кто нигде, тот везде, поэтому такого проникновенного человека невозможно заточить в рамки оценок.

В рамке оценок это всё предсказуемое о предсказуемом.

Кому хорошо в мире оценок, тот хочет в этих оценках запереть самых просторных людей любви.

В оценки можно запаковать только фантомных людей.

Когда в человеке нет любви, он сам загоняет себя в те пределы оценок, из которых потом не может выбраться.

Никакие оценки не дают тебе определения, кто ты, потому что ты то, что было тебе дано до возникновения каких-либо оценок.

Человек любви нерезультативен для мира оценок, для мира критериев, для мира рейтингов, поэтому человек любви оказывается не в мире рейтингов, а в мире вечности.

Подключай к Богу всех, кто заболел оценками.

Чем меньше в человеке оценок и критериев, тем больше в нём таланта.

Чем больше в человеке таланта, тем больше в нём энергии, а чем больше в нём энергии, тем больше в нём запредельных состояний.

Истинно талантливый человек никогда не станет импотентом или фригидной аномалией, только лжеталант, лжегении становятся импотентами или фригидными ипостасями.

Кто растворился в любви, тот видит только то, что подобно любви.