Владимир Беляев – Шум ветра (страница 19)

Он приехал в город в воскресный день часов в десять утра. На вокзальной площади подошел к милиционеру и спросил, как проехать к дому, в котором останавливался Пушкин. Милиционер охотно объяснил, и Березов без труда добрался до желанного места. С волнением подошел к дому с колоннами, остановился, огляделся кругом и отошел в сторонку, присел на скамью под старым зеленым деревом, чтобы собраться с мыслями, прежде чем приступить к розыску.

Отсюда был виден подъезд дома, ворота и двор. Во дворе гуляли дети, двое катались на трехколесных велосипедах, а трое гонялись за ними.

Вскоре к дому подошли женщины в легких цветных платьях, нарядные, как обычно одеваются рабочие люди в выходной день. Они, видно, шли с базара, несли в корзинках зелень и фрукты. Одна в желтом сарафане отделилась от остальных и легко стала подниматься на ступеньки подъезда.

— Пойдемте к нам в гости, подружки?

— А ну тебя! Дома что скажут? — крикнула чернявая бабенка в цветном красном платье. — Пошли на базар да и пропали!

— Мужики дома ждут. Да и ребята, — сказала другая в синем платье. — Не-забудь завтра пораньше на фабрику, к директору пойдем, пусть меры принимает.

— Приду, — сказала женщина в желтом сарафане, улыбаясь женщинам и поворачивая к ним красивое лицо с яркими жгучими глазами.

— Глянь, Катя, малец твой куда едет. В одночасье под машину угодит.

Юркий мальчик с русой головой, убегая от товарищей, вылетел на велосипеде прямо на тротуар, а потом на дорогу; мчался в азарте, раскручивая педали.

Катерина бросилась к нему, догнала, ухватилась за велосипед.

— Как тебе не стыдно, Саша. Сколько раз говорила, не смей выезжать на дорогу. Машина задавит.

Через минуту открылось окно на втором этаже, и молодой мужчина с загорелым лицом и белыми зубами налег грудью на подоконник и дружелюбно позвал:

— Сашуля! Иди, брат, завтракать. Мать полбазара принесла. Вишни, урюк, малина. Марш наверх!

— Сейчас! — крикнул мальчик, не двигаясь с места.

Мужчина исчез в окне.

Мальчик делился с ребятами вишнями, ему не хотелось расставаться с друзьями, он не торопился уйти.

Из окна высунулась седая голова старухи. Она посмотрела вниз, увидала детей, ласково побранила:

— Не надоело вам играть, озорники? Будет ужо! Иди домой, Александр Сергеевич. Иди-и!

Мальчик обернулся на зов старухи.

Березов поднялся с места, решительно шагнул к подъезду знаменитого дома с колоннами. Ему страшно захотелось остановить мальчика и погладить рукой по мягкой головке.

— Здравствуй, Александр Сергеевич!

Но мальчик не обратил внимания на его слова, вихрем промчался мимо и побежал в дом.

Беглец

Повесть

В поздний вечерний час в полумраке с шумом и грохотом проносятся поезда. Постукивают колеса, кричат гудки. Весело светятся окна вагонов, бегущих из темноты к желтой россыпи веселых огней большого города.

И вот уже впереди различается поднятое над высокими домами, ярко пламенеющее, неоновое слово «Москва».

На платформах вокзала обычная возбужденная толкотня. Пассажиры и встречающие спешат с чемоданами, сумками и рюкзаками. Идут разные люди: старые, среднего возраста, молодые и дети.

Затертый в толпе, движется мальчик лет двенадцати с сумкой на плече, в серой кепке, в клетчатой куртке. Напряженно смотрит по сторонам, идет, как в опасную разведку. Это Юра. Вид у него усталый и растерянный.

Людской поток медленно стекает с платформы, тянется в широкие двери вокзала, уплывает в подземные ямы метро и увлекает с тобой Юру.

На рассвете на Комсомольской площади усатый дворник, подметающий асфальт, увидел на скамейке спящего мальчугана в клетчатой куртке, остановился. Махнул рукой шагающему невдалеке дежурному милиционеру.

Дворник и милиционер остановились у скамейки, смотрели на мальчика, который спал сладким сном, подложив под голову потрепанную сумку. Мальчик, видимо, озяб и свернулся калачиком, зажав руки между коленями.

Милиционер наклонился над мальчиком, толкнул его в плечо. Мальчик открыл глаза, сонно смотрел на милиционера и дворника.

— Выспался? — мирно спросил милиционер.

Мальчик поднялся и протянул руку к сумке.

Милиционер выпятил грудь, поправил широкий ремень на животе.

— Не воображай, что видишь милиционера во сне. Я настоящий. И дворник — тоже.

Мальчик оторопело съежился, осмотрелся по сторонам и вмиг кинулся в кусты. На его пути мелькнула высокая решетка ограды. Он кинулся влево — уперся в стену, бросился вправо — там густой колючий кустарник. Дальше бежать было некуда — тупик. Мальчик остановился.

И тут к нему подошел тот же милиционер и добродушно улыбнулся.

— Зачем убегаешь, зайчонок? Никто тебя не обидит. Приезжий?

Мальчик кивнул головой.

— Пойдем, погреемся. Весь посинел от холода.

Милиционер взял мальчика за руку и повел к вокзалу.

В детской комнате вокзала дежурила молодая женщина Нина Петровна Карпова, которой очень шла милицейская форма с погонами. Она усадила мальчика к столу, налила в стакан чаю из никелированного чайника, подвинула сахарницу и баранки. Мальчик не притронулся ни к чему, отвернув нахмуренный взгляд.

Карпова и милиционер Смирнов вели разговор с мальчуганом.

— Давно путешествуешь? — спросил Смирнов.

Мальчик молчал.

— Отвечай же, — сказала Карпова мягким голосом. — Невежливо молчать, когда старшие спрашивают. Как тебя зовут?

Мальчик шмыгнул носом, ничего не ответил. Смирнов нетерпеливо постучал пальцами по столу.

— Придется задержать, пока не расскажешь, что ты за птица. Так и запишем в протоколе: задержан, как бездомный бродяга.

Мальчик сверкнул обиженными глазами.

— Не имеете права бродягой называть.

— А почему на скамейках ночуешь? — спросила Карпова.

— Я приехал к отцу, — ответил мальчик.

— Почему же он не встретил тебя?

— Откуда ему знать, что я приехал. Он меня не звал.

— А где живет твой отец? — спросил милиционер Смирнов.

— В Москве, — сказал мальчик.

— На какой улице?

— Не знаю.

— Где работает?

Мальчик пожал плечами.

— Мне вообще повидаться с ним надо. Сказали, что он живет в Москве.

Карпова участливо спросила:

— А мама твоя где?

— Давно умерла.

— Как же ты про отца узнал? — спросил Смирнов.