Владимир Батаев – Разведчик по призванию (страница 24)

Эх, вряд ли, конечно, они начнут раскланиваться перед остроухой. Ну и ладно, главное, чтоб не бузили и лапы не протягивали. Иначе правда Мелиссу натравлю.

А вообще странно. В Мелире только чистокровные нелюди вне закона, а полукровки вполне себе граждане. Хотя про полукровок трактирщик ничего и не говорил, а Алана у меня натуральная стопроцентная эльфийка, пусть и инопланетная подделка. Но надо будет присмотреться на улицах, да и на посетителей можно поглазеть.

Я могу понять негативное отношение к оркам: здоровенные, страшные, туповатые дикари. Но не к красивым эльфийкам же! Совсем они тут, в столице, с ума посходили. Ладно, перекраивать этот мир я, конечно, не собираюсь, но уж в одной отдельно взятой таверне свои порядки наведу!

Глава 18. О доморощенной психологии

Когда я вернулся в комнату, притащив поднос с обедом и выпивкой, мои девушки сидели на кровати, обнявшись. Одетые и вообще ничего такого. Судя по виду, Мелисса утешала Алану. Примерно чего-то такого я и ждал, хотя не был уверен в чуткости рыцарши. По-хорошему мне следовало самому поспешить быстрее вернуться и успокоить эльфийку. Но талантов психотерапевта я в себе так и не ощутил. Возможно, где-то в памяти тела имелся соответствующий архив со всеми необходимыми знаниями и навыками. Но я не горел желанием заполнять свою голову всем подряд.

Как работает система разархивирования данных Алана так и не смогла объяснить, скорее всего, сама не знала. Для неё это было повседневностью, как включать вирт-капсулу и загружать игру, например. А я малость опасался, что чужие знания, интегрированные в память, могут затронуть и саму личность. Возможно, это был иррациональный страх дикаря перед фотоаппаратом, якобы способным похитить душу и заключить её в фото.

С другой стороны, например Печати ставить я не боялся. Но они-то снаружи, а не в голове! Впрочем, рабская Печать точно влияет на разум, в той или иной степени. Как минимум, не позволяя нарушать запреты и заставляя выполнять приказы. Так что… Ну и ладно, лучше как дурак похожу в шапочке из фольги на всякий случай. Не факт, что она кому-то когда-то помогла, хотя читал я о каких-то курьёзных случаях, только позабыл, ну так ведь и не навредила.

Конечно, я уже распаковал архив умения играть на лютне. И даже отлично заметил изменения в мышечной памяти пальцев. Но это тот риск, на который я вполне могу себе позволить пойти. Навыки психотерапевта явно повлияют на сознание гораздо сильнее, чем умения музыканта. Возможно, это эгоистично, но я никогда не считал себя альтруистом.

— Он тебя больше не тронет, — пообещал я, закрывая за собой дверь. — А если попытается… Мелисса, можешь тогда его убить.

— Да я сама его отделаю! — огрызнулась Алана. Видимо, на моём лице отчётливо отразился скепсис, поскольку она продолжила: — Да я могла бы! Боевые искусства входят в тренировки каждого солдата, в том числе связистов! Просто… я растерялась. Этот дурацкий мир, дурацкие орки. Они оказались слишком здоровенными, а этот тоже толстый…

— И воняет почти как орк, — поддержал я.

Это не сильно помогло, но опять же — не повредило. А вот то, что Алана может быть полезна не только как источник информации и страстная любовница, но и в качестве боевой единицы, стало для меня открытием. Она сама говорила, что её тело не усиленное, вот я мигом и списал эльфийку со счетов. Но, чёрт возьми, тут же живут тысячи обычных людей! Не гигантов-орков, которых лопатой по башке не прошибёшь, не рыцарей с боевыми Печатями, даже не просто тренированных солдат. А самых что ни на есть обывателей, которых тот же толстяк-вышибала может за дверь таверны по пучку за раз выкидывать. Впрочем, возможно, Алана сумеет потягаться и с солдатом. Даже если имеющейся подготовки не хватит, может ведь распаковать ещё парочку архивов с навыками.

— А воровские умения у тебя в базе данных есть? — полюбопытствовал я. — Ну там, взлом дверей или сейфов, карманные кражи.

— Было что-то такое, надо поискать, — неуверенно отозвалась Алана. — А зачем?

Я пожал плечами. На самом деле, просто мысль в голову пришла. Ну и в любом отряде должен быть вор, это ещё со времён настольных игр известно, а в виртуальных традиция закрепилось. А ещё воин и маг. За воина у нас Мелисса. Вот кто я сам — пока не определился. Наверное, решу, когда вырасту.

— Пока ни зачем, просто на будущее, — сказал я. — Ты поищи архив, но не распаковывай. Может, и не пригодится никогда.

Алана кивнула, уже совершенно успокоившись. Всё-таки отвлечение от переживаний — тоже неплохой способ борьбы со стрессом. Хотя я знаю и получше, даже парочку. И для их применения всё в наличии — вот пиво в кувшинах, а вот кровать. Так что разберёмся и без теоретических фрейдистских выкладок на тему, почему банан — не всегда просто банан.

На этот раз я был в камере Брианны один. Джонас проводил меня по лабиринту подземелья и обещал вернуться через пару часов, чтобы забрать. Но скорее всего, он если и придёт, то ближе к вечеру. Палач и раньше старался мотивировать меня к самостоятельным действиям. Вряд ли только потому, что ленился везде водить ученика за ручку. Скорее метод обучения такой. Он же рассчитывал передать мне должность перед уходом на пенсию. То, что я в таком «наследстве» не заинтересован — моё личное дело, зачем афишировать.

Пришёл я не с пустыми руками. Случай с Аланой подкинул мне идею. А почему бы не применить свою доморощенную психологию к так называемой «богине»? Наверняка за годы заключения её уже пытались допрашивать по всякому, включая иглы под ногти и прочие прелести средневековых пыток. Ну а четыре века в одиночном заключении без еды и воды вообще мало что переплюнет. Но раз пользы они не принесли, можно попробовать иной подход. Как раз использовав её вынужденный пост.

— Пиво будешь? — предложил я, наполняя кружку из принесённого кувшина.

— Руки заняты, — с улыбкой отозвалась Брианна, пошевелив пальцами.

Я ничуть не смутился, просто поднёс кружку к её губам и чуток наклонил. Часть пива пролилась ей на грудь, но вроде и в рот кое-что попала.

— Ну и дрянь, — вполне добродушным тоном оценила напиток женщина. — По медяку за бочку брал, что ли?

— Бесплатно, за красивые глаза, — поведал я. — Ну и обещание никому не выдавливать глаза, показавшиеся недостаточно красивыми.

— Какой грозный. Знаешь, я как-то общалась с одним полководцем… Он при захвате вражеского города приказал отрубить всем уцелевшим жителям руки по локоть и ноги по колено. А потом увёл свою армию, оставив их ползать по улицам.

Тонкий намёк на то, что своей крутизной и свирепостью мне её поразить не удастся. Не дурак, понял. Только я и не собирался, так, к слову пришлось, просто болтаю. Но тему можно и поддержать.

— Да, нынче уже не те времена и полководцы измельчали, — вздохнул я. — Если что, сразу головы рубят, скукотища.

Вообще-то я на самом деле совсем ничего не слышал о войнах в этом мире. Ну и раз тут империя, вроде как единственное государство — о других мне опять же ничего не известно, — то и воевать, получается, не с кем. Вольные города хоть так и называются, но, по сути, находятся под протекторатом империи. Конечно, я могу просто многого не знать. А какая разница? Брианна тоже запросто может брехать про этого своего полководца. Я в родном мире всё-таки тоже историю учил, пусть и только в школе. Но про всяких великих завоевателей, вроде Аттилы и Чингисхана помню. Они тоже добрым нравом не отличались и устрашением врагов не брезговали. Но на самом деле, куда большие зверства творились гораздо позже, когда развитие технологий позволило поставить их на поток. А мечами конечности рубить — это ж чёртова уйма времени и сил, не рационально, разве что выживших было мало.

— Тебя тут вообще кормили? — поинтересовался я доставая из корзинки ещё тёплый пирожок с мясом и с аппетитом вгрызаясь в него.

Сам с утра ещё не позавтракал, специально, чтоб выглядело естественнее.

— Решил поиграть в доброго тюремщика? — вскинула брови Брианна. — Хоть бы посоветовался с коллегой, он уже пытался. Ты должен был быть злым.

На самом деле о такой схеме я даже не подумал. Уж слишком она банальна и избита, да и попросту нереалистична. Но если уж это первое, что пришло в голову четырёхсотлетней заключённой — насколько же такой приём стар? Вообще не думал, что он реальный, чересчур показушно же.

— Я вообще не твой тюремщик, — отмахнулся я. А почему бы не сказать ей правду? Если она попытается меня выдать, всё равно ведь никто не поверит. — На самом деле, я работаю на преступную группировку. Меня прислали украсть твои Печати. Обещали кучу золота.

— Все хотят мои Печати, — равнодушно отреагировала женщина. — Думают, что станут бессмертны.

— А не станут? — вот теперь мне стало на самом деле любопытно. — Это твоя врождённая особенность, что ли?

— Это же Печати Духа.

Отличный ответ. Судя по выражению лица, она даже считает его достаточным. Вроде как даже дураку должно быть понятно. Ну да, конечно, Печати Духа, это всё объясняет! Как же ни император, ни все советники не догадались?

— Ты думаешь, я тут самый умный? — спросил я. — Так вот — ничего подобного. Я вообще в этих Печатях мало смыслю.

— Сходи поучись, продолжим беседу лет через сто, — зевнула Брианна.