Владимир Батаев – Мир Печатей: Палач по объявлению (страница 29)

– Стоять, вы арестованы!

Я обернулся на голос. Орана в сопровождении ещё троих стражников. Стража как всегда вовремя. Надеюсь, у них приказ брать живьём, потому что добровольно Мелисса точно не сдастся.

Глава 25. Именем закона!

Меч Мелиссы уже готов был обрушиться на плешивую голову алхимика, когда вмешалась орчиха. Её клинок парировал выпад рыцарши, а хук справа отшвырнул на метр. Печати на руках обеих дам засветились.

Но у Ораны было явное преимущество – трое союзников. Остальные стражники хоть и не спешили вступить в бой, но были наготове. И что делать? Вмешаться? Я уже выяснил, что против боевых Печатей моих сил не хватает. А тут трое противников.

– Давайте все успокоимся, и не будем делать резких движений, – предложил я.

Не сработало. Впрочем, я особо и не надеялся. Рыцарша и орчиха зазвенели клинками, разбрасывая уцелевшую мебель. На меня надевать кандалы пока никто не спешил, а я не стал нарываться. Вместо этого направился к забившемуся в угол полуэльфу. С трудом, но всё же подавил желание снести ему башку, ничего этим уже не исправить. Так что просто спросил:

– А не проще покупать рабов? Ну, для алхимических опытов, на органы. Дешевле обойдётся.

Он вытаращил глаза.

– Но это же жестоко! Изуверство!

Ага, то есть, расчленять рыцарей-послушников нормально, а рабов – жестоко. Интересная логика.

– Всё исключительно на добровольных основах, согласно договору, – продолжил рассуждения мастер Пауль. – Пусть затратно, но по закону и никакого принуждения.

Хм, вивисектор-моралист, однако. Теперь, когда он разговорился, я всё же уточнил, на всякий случай, вдруг не так понял.

– То есть, Тимми мёртв?

– Его части будут жить в моих творениях, а вклад в науку гомункулостроения бессмертен!

Ага, значит, мёртв. Интересно, если я сейчас всажу нож алхимику в печень, сумеет он пересадить себе новую?

– Что здесь происходит? – прозвучал новый голос, слегка визгливый.

– Хватит! – и другой, куда более резкий и властный. – Остановитесь!

А вот и почти опоздавшие к шапочному разбору. Лорд Фиорес со свитой и один из Колёсников. Не эмиссар Харальд, а его сопровождающий.

Как ни странно, приказу рыцаря Мелисса подчинилась и опустила меч. Орана едва успела остановить свой, чтоб не разрубить рыжую от плеча до пояса. Лорд Фиорес заспешил в мою сторону. Неужели узнал? И чего вообще припёрся.

– Кузен! – воскликнул мастер Пауль, шагнув навстречу.

Тьфу ты, тесный городок. Ну, не так уж удивительно, что алхимик, раскидывающийся десятками золотых, оказался благородных кровей. Лорд Фиорес чопорно кивнул родственнику и всё же уставился на меня.

– Здрасьте, ваша милость, – я решил опередить его и не дать вспомнить нашу первую встречу. – Честь снова видеть вас. Ник, помощник палача, к вашим услугам. Помните, когда дирижабль прилетал, вы на лифте поднимались, а я по лестнице вниз шёл. Кажется, вы тогда прямо на меня посмотрели.

– Помощник палача, – протянул он и кивнул. – Замечательно, твои услуги как раз понадобятся. Чтобы убрать Печати с этой преступницы, – он махнул рукой в сторону Мелиссы. – Хорошо, что пошёл со стражей. Ну а где её сообщник?

– Да вот, это он с ней и пришёл, – тут же сдал меня Пауль. – Только он не сделал ничего, стоял, говорил.

Лорд вскинул брови, переводя взгляды поочерёдно на кузена, меня, Мелиссу, Колёсника и Орану. Остальных стражников он проигнорировал.

Тем временем рыцарь Круга отобрал у Мелиссы меч и сдёрнул с её плеч плащ.

– За свои преступления ты изгоняешься из ордена, лишаешься всех прав, полномочий и боевых Печатей! – объявил он.

– А за нападение на аристократа её следует приговорить к рабству, – добавил лорд Фиорес. – Ну и ещё за убийство, в борделе, кажется. А вот что с её сообщником...

Он снова обернулся ко мне. Я пожал плечами. Развёл руками и скорчил самую глупую рожу. Мол, вообще не понимаю, о чём речь, ничего не делал, только пришёл.

– Он не сообщник и не виновен, – заявила Мелисса. – Я заставила его сопровождать меня силой и угрозами.

И чего это она меня выгораживать решила? Хотя вообще-то всё так и было. Про мою сделку с бандершей и Отрёкшейся рыцарша ничего не знает, да и кинули меня в любом случае. Ладно, никому не станет лучше, если арестуют нас обоих.

– Трактирщик Севольд подтвердит, – закивал я. – Она пришла в трактир, где я снимаю комнату, устроила погром, порубила столы.

Мелисса кинула на меня гневный взгляд. Нет, а чего теперь обижается? Мне что, надо было начать спорить с её словами и признаваться в соучастии? Я же как раз подтвердил сказанное ею и при этом не соврал даже!

– То есть, ты тоже пострадавшая сторона, – заметила Орана.

– Ещё какой пострадавший, – подтвердил я. – Даже позавтракать не успел, а давно время обеда, уже ужин скоро.

Теперь все посмотрели на меня, как на дурачка. Ну, примерно этого я и добивался.

На Мелиссу надели кандалы, исписанные Знаками. Любопытно, Знаки блокируют Печати арестанта или просто придают оковам дополнительную прочность? Трое стражников увели уже бывшую рыцаршу, а вот Орана осталась

– Все, кто желает выдвинуть обвинения, должны явиться в замок до завтрашнего вечера, – объявила она. – Спросите Брана, помощника капитана. Он запишет ваши показания.

Орчиха направилась к выходу, по пути ухватив меня за рукав и почти потащив за собой. У выхода из башни я выкинул из инвентаря замок, пусть гадают, как Мелисса сумела его вышибить.

– Быстро тут у вас правосудие работает, – заметил я. – Что, по любому доносу сразу отряд высылают?

– Только если в замок приволокли безголовый труп, – буркнула Орана. – А теперь рассказывай, какое участие принимал. На самом деле.

Я пожал плечами. Фактически, если выкинуть из истории Отрёкшуюся, страже почти не соврали. Ну, ещё убийство было подставным, но об этом трудно сообщить, не выдавая остального.

– А в мой адрес были обвинения? – уточнил я.

Орчиха задумалась.

– Тебя назвали спутником и возможным сообщником. Но прямых обвинений не было, – сообщила она.

Всё-таки подставить хотели только Мелиссу, а я так, невольный участник. Тут ещё вопрос, чей я сообщник в большей степени. И то, самая большая проблема – что лорд Фиорес всё же может вспомнить, где видел мою рожу. Да, скорее всего, уже вспомнил, не очень-то верится, что удалось его облапошить. Теперь вопрос, что он с этим будет делать.

– Ты в курсе, что этот алхимик расчленяет людей? – поинтересовался я.

– Была пара жалоб, – пожала плечами Орана. – Но всё по закону, есть подписанные договоры.

– А если подписавший был пьян? Или его заставили?

Снова пожатие плечами.

– Доказательств нет.

Ну да, вряд ли щуплый создатель гомункулов может угрожать рыцарю, пусть даже послушнику. Но стоит ли винить его в смерти Тимми? Если бы парень просто пошёл и с горя повесился или утопился – пришлось бы винить верёвку или реку? Такой способ самоубийства он выбрал для того, чтобы отдать мне долг. Но что мне теперь себя винить? Я не требовал расплатиться немедленно. И за свои решения каждый отвечает сам. Особенно когда обстоятельства вовсе не давят.

– А что будет с Мелиссой?

– С этой рыжей? – уточнила орчиха. – В рабство продадут, скорее всего. Колёсники её изгнали, так что будет обычный гражданский суд. Правда, снятие боевых Печатей, наверное, лет двадцать жизни отнимет. Может, тем и ограничатся. Обсуди с капитаном.

Если решать будет капитан Ширам, то ей-то я могу рассказать насчёт подставы с убийством. Надо только придумать, как вычеркнуть из рассказа магию Отрёкшихся, это она вряд ли простит и спустит на тормозах. Но есть и другой вариант – заставить снять обвинения.

– А давай заглянем в «Цветочный дом», – предложил я. – Опросим обвинителей, свидетелей.

Орана вздохнула и покачала головой.

– Капитан приказала тебя сопровождать и охранять. Снова. Не на плече же мне тебя волочь в трактир. Идём.

В борделе успели прибраться, а за стойкой стояла незнакомая мне девица.

– Могу я поговорить с мадам Розой? – попросил я. – Или с Лорой.

– Не знаю таких, – пожала плечами дамочка. – Девочку брать будете?

Я вздохнул, улыбнулся и шагнул к стойке. Эх, надоело мне быть хорошим парнем и вести себя мирно. Денёк по большей части не задался, хотелось сорвать на ком-нибудь злость. А тут так нагло врут прямо в морду лица. Не, так дело не пойдёт. Орана здесь для охраны моей ценной персоны, а не чтоб следить за законностью моих действий. Отвернётся.

Я ухватил девицу за волосы, заставил пригнуться, прижал её лицо к стойке и приставил нож к глазу.

– Считаю до двух, – предупредил я. – Потом ты станешь одноглазой. Но будет вторая попытка. Только считать буду уже до одного. И глаза закончатся.