Владимир Батаев – Магия Слова (страница 32)

У Тани сразу высохли слезы:

— Да все, что под руку попалось. И даже вроде порошок там был. Возможно, охра, но не знаю, существует ли она в этом мире.

Альмира покачала головой:

— Я в Школе семь лет, два из которой преподаю и выполняю обязанности куратора, но не слышала ни о чем подобном. Попробую порыться в старинных книгах… А вдруг это какой-то неизвестный феномен?

— Я выброшу чёртову бутылку. Или разобью на мелкие осколки, — пригрозила Таня.

— Не стоит. Лучше отдай ее мне, — попросила кураторша. — А как ваши дела, студенты?

— Еще не успела нажить здесь врагов, — усмехнулась троглодитша. — Но дайте срок…

— У меня тоже все чисто. Странно. Я ожидал другого эффекта, ведь всем известно о ненависти Черного эльфа.

— Да хватит уже! — всплеснула руками Мира. — Эта ненависть у тебя в голове, Аль! И ты сам отравляешь себе жизнь мыслями о ней. Спорим, что скоро твоя бутылка почернеет, но лишь потому, что твой главный враг — ты сам. А теперь мы все дружно умываемся холодной водой, особенно те, кто плакал. Затем одеваемся и идем завтракать. И не дай бог, если я узнаю, что кто-то из вас отказался от еды! Я сяду к нему на колени, зажму ногами и буду насильно кормить с ложечки.

Я зажмурился от удовольствия, только представив эту картину. Хотелось сравнить Альмиру с воспитательницей детского сада, но она бы меня не поняла.

— Ты похожа на клушку-наседку, которая квохчет над своими цыплятами.

— Я — куратор вашей группы. И должна знать о вас всё: желания, мечты, огорчения и, конечно, темные мыслишки.

Мы переглянулись и безропотно побежали собираться.

Сегодня у нас должны были состояться аж три занятия по истории синкретизма. Но Изольда их отменила. Привлекательная прежде преподавательница явилась в класс помятой, бледной и… испуганной.

Порванная юбка, жабо на другую сторону блузки, растрепанный пучок. Да где же она провела ночь, если даже не удосужилась переодеться?

— Я провожу вас в библиотеку — лучшее место для раскрытия способностей к синкретизму, — объявила Изольда. — Выберите любую книгу, на которую глаз упадет, и прочитайте ее до обеда. А потом можете быть свободны.

Черный эльф поднял руку, как примерный школьник:

— Всего лишь прочитать книгу? Вы серьезно? И это все наши задания на сегодня?

Вот ведь выскочка… И сейчас ведь опять поплатится за неуместные вопросы.

Изольда уставилась на него поверх очков, будто сканируя:

— А вы ведь Раам, принц клана изгоев?

Эльф вздрогнул:

— Верно. Как то, что вы — принцесса сильнейшего в магии клана.

Бледные щеки Изольды покраснели.

Эх, не к добру. Сейчас Раам довыпендривается.

— Тогда я как старший преподаватель назначаю вас старостой этой группы. Проследите, чтобы ваши товарищи не гоняли балду, а занимались, — скучным голосом закончила Изольда.

Да что ж такое? Теперь мерзкий эльф будет главным над нами? Этого только не хватало.

Преподавательница повернулась на каблуках и, даже не попрощавшись, вылетела из комнаты.

Эльф встал за кафедру и хлопнул в ладоши, призывая нас к порядку:

— Ребята, кто-нибудь знает, где библиотека?

В этот момент он выглядел вовсе не представителем клана изгоев, не наследным принцем, а всего лишь типичным прилежным студентом. Впрочем, слишком красивым, чтобы назвать его задротом или ботаником.

Подняла руку зеленоволосая наяда, широко раскрыв рыбьи глаза:

— На втором этаже, рядом с залом, где проходили Танцы последних времен. Я никогда не забуду это место, потому что там убили моего двоюродного брата. Он не был студентом. Вообще не имел ни малейших способностей к магии, а всего лишь сопровождал меня на балу.

Я почувствовала, как кровь приливает к горлу. Убью негодяя…

А эльф лишь поклонился наяде и скорбно закатил глазки к потолку:

— Сочувствую твоей утрате, госпожа…

— Ариста.

Я сделал охотничью стойку. Что-то знакомое. Узнать бы, что означает ее имя.

Затем отбросил странную мысль. Да что мне это даст?

— Ариста, будешь нашим проводником? — Раам взял девушку за руку, и та, кивнув, повела его за собой.

Вот ведь дамский угодник! Боюсь, он первым обзаведется гаремом из нашей группы.

Мы шли коридорами около пятнадцати минут, и я даже пожалел, что не успел исследовать дворец. Я лишь выучил путь от своей комнаты до столовой и учебных аудиторий.

Библиотека… Да это была не библиотека, а самое огромное хранилище книг, которое я видел в своей жизни. Рай для филолога.

Заведовал всем старичок-азиат, чем-то напоминавший Оглая. Он долго кланялся нашей группе, так что с головы упала тюбетейка. Затем ощупал каждого, особое внимание уделяя одежде.

— Какие молодые и красивые пришли. Какие нарядные! И куда Школа тратит столько денег на ваше обмундирование, если жить-то большинству парочка месяцев осталась, — прокряхтел старик.

Я вздрогнул, но вовсе не потому, что напугали его слова. Просто у библиотекаря не было ног, вместо них клубился оранжевый эфир!

Неужели я встретился с новой расой? С джинном?

— Кто он такой? — шепнул Ульрике.

Та пожала плечами. Да где ж ей знать, всю жизнь проведшей в подземелье?

— Это ифрит, — пояснил Раам. — Если понравишься, может исполнить любое желание. Но взамен потребует артефакт, или часть твоей жизни, или же твою душу.

Я показал наглому эльфу кулак:

— Тебя в твоей лесной деревне не учили, что подслушивать нехорошо?

Раам, видимо, не желал ввязываться в спор.

Он лишь пожал плечами, взял книгу и вальяжно устроился в кресле, закинув ногу на ногу. Отгородился от мира.

Вскоре каждый из нас выбрал учебник по вкусу.

Таня начала читать о магических свойствах прирученных животных, Ульрика — о том, как изготовить амулет из нескольких горных пород. Я же долго слонялся рядом с полками, доставая книги и с наслаждением вдыхая их запах.

Наконец, остановился на первом томе истории магии. Странный я студент. Не желал слушать лекцию красивой преподавательницы, заглядываясь в вырез блузки, а вот самому покопаться в материале — это мое любимое.

Я сам не знал, что ищу в исторических хрониках. Хотя знал — ответов. Почему язык этого мира так похож на русский? Отличается лишь витиеватым написанием букв и некоторыми архаизмами типа фиты. Техника не развита, большинство ездит на лошадях и дилижансах, при этом есть устройства, которые записывают речь, хитро действуя через восприятие. Почему общественная структура настолько странная? Мне кажется, быть членом сильного магического клана — это даже круче, чем быть королем.

Время пролетело незаметно.

Ульрика ткнула меня в бок:

— Аль, ты зачитался. Пошли обедать.

— Боюсь, боюсь голодных троглодитов! Прости, увлекся: интересная книжонка. Жаль, что потеряю место, где читал.

— Приложи руку к странице и представь свой ключ. Тот, который используешь на входе, — вмешался эльф.

Вот ведь всезнайка!

Впрочем, в животе забурчало. И я решил последовать совету — представил огненную букву А. Мой ключ и талисман. В этот момент страницы будто склеило клеем, и я с опаской покосился на ифрита: