Владимир Батаев – Герои есть (страница 40)

– Что, – в бок упёрся острый эльфийский локоть, – почувствовал себя девочкой-подростком, у которой перед первым свиданием выскочил прыщ на носу?

– Мы уже с ним виделись, – буркнул я, имея в виду предстоящий бой с Йориком, и отодвинулся от Бонни подальше.

Но с другой стороны тут же подсела Изи, и я оказался заперт с двух сторон. Оттолкнуть – привлечь внимание, чего не хотелось. Тогда я попытался перевести разговор в другое русло:

– А вы где Себа потеряли?

– А мы его разрушенной таверной разве не прибили? – искренне удивилась Бонни. – Ты не поэтому командовать начал?

Я молча повернулся к Изабелле, та пожала плечами. Жаль, могла бы и приглядеть за любовником. Надеюсь, он не умер и не реснулся в развалинах, у него же магического щита нет...

– Сколько беспокойства за жизнь друга... Ты – гей, да? – Бонни снова толкнула меня в бок, явно в отместку за смерть от моей руки.

– Нет, – я кивнул в сторону Изи: – Она подтвердит.

Изабелла и подтвердила, зачем-то поцеловав меня в губы. И я почему-то не отстранился, только перехватил инициативу. Да и почему нет-то? Может, потому, что сразу после поцелуя рядом раздалось настойчивое покашливание, а потом и ворчливый голос Себастиана:

– Значит, меня там убивают, а она тут на вампира опять вешается? Вместо того, чтоб идти искать моё бренное тело...

– Под столом в задрипанном кабаке, – добавила Мара.

– Вот именно! – подтвердил Себ, пьяно икнув. – Всё, вот на этой рыжей и женюсь.

Он попытался приобнять Мару за талию, но она отстранилась и отошла, разве что пальцем у виска не покрутила. Себастиан разочарованно вздохнул и шагнул мне навстречу, схватил за воротник и встряхнул. Ну, попытался. В итоге больше держался, чем тряс.

– Я тебя... это...

– Люблю, – подсказала ему Бонни, едва сдерживая смех.

– Точно! – Себ поднял указательный палец вверх и погрозил им мне. – Убью! Если ещё раз к моей женщине пристанешь! А её я, это...

Договорить или додумать он не успел. Все это время всхлипывающий и бормочущий под нос извинения патриарх вдруг заорал в нашу сторону:

– Держи вора! Это он! Я вспомнил! Это он с девкой своей! Моя книга!

Себастиан, не выпуская мой воротник из руки, обернулся на голос и пьяно сощурился, силясь рассмотреть, кто же орал. Но Лектер уже скастовал на патриарха онемение, и в шатре стояла непривычная для такой толпы игроков тишина. Саншайн сделал короткий жест рукой, и народ вокруг нас с охотником расступился, даже Бонни с Изи подались назад. Паладин с минуту пристально смотрел на нас, потом тихо, но отчётливо спросил:

– И зачем ты взял книгу?

Мы с Себом, не сговариваясь, ответили хором:

– Почитать!

Переглянулись. Пожали плечами. Саншайн протяжно вздохнул и покачал головой.

– Давай сюда.

Я отдёрнул от себя руку охотника и полез в инвентарь, радуясь тому, что как навёл там идеальный порядок, так ничего лишнего больше туда не складывал. Потому быстро нашёл аккуратно отставленную в сторону книгу и протянул паладину. Он недоуменно покосился на меня, но книгу забрал.

– Да, из клановой библиотеки... Ну, молодец, конечно, что вернул, но я сейчас не к тебе обращался. Эй, охотник Себастиан, будь так добр, дай посмотреть, что ты там в качестве чтения на лето прихватил.

Я ожидал со стороны Себа торги в стиле «иначе что?» Но он прикинул что-то в голове и полез в инвентарь: сначала по карманам брюк, затем куртки, в кошельке на поясе. Не нашёл и стал раздеваться, да не просто так, а обязательно копался внутри каждой снятой вещи. И если куртку он снял довольно быстро, то с сапогами произошла заминка – стягивая левый, Себ не удержал равновесия и плюхнулся на пятую точку на пол.

– Это самый дерьмовый стриптиз из всех, что я когда-либо видела, – вздохнула Бонни откуда-то из-за спины.

– Ну так покажи мастер-класс, – не отрываясь от своего занятия, посоветовал Себастиан и достал из сапога жестяную фляжку, поболтал ею возле уха и кинул обратно.

– Да чего показывать, – обиделась Бонни, – всё равно не смотришь.

Если они и тут с Изи подерутся, то лучше сразу пусть к замку Йорика идут – полезнее выйдет, а может и вовсе разнесут по пикселям.

– Госпожа Саммуэль, – подал голос Саншайн, поняв, что подобная перебранка ни к чему хорошему не приведёт, – почему бы вам не вернуться в реал?

– А ты не много ли на себя берёшь? – она вышла вперёд, закрыв собой всё ещё роющегося в собственной одежде Себастиана и, уперев руки в бока, уставилась на паладина.

Тот выглядел совершенно спокойным, может, чуть более усталым, чем утром.

– Мне платят за то, что я много на себя беру. Потому, будьте так любезны, – он кивнул в сторону выхода.

Ах, какая буря из эмоций промелькнула на её лице, пока не застыла итоговая маска добродушной дурочки. Бонни подхватила под руку какого-то симпатичного офицера и потащила за собой на улицу. Бедный парень, надеюсь, ему не придётся потом ни с кем объясняться. Но пока мы смотрели им вслед, кто сочувствующе, кто завистливо, Себ поднялся на ноги и протянул Саншайну книгу в тяжёлом переплёте из чёрного золота. Паладин бегло осмотрел переплёт, пролистнул пару страниц и вернул обратно под беззвучное шипение патриарха.

– А я уж было подумал, что у них утраченный гримуар был, – пояснил он свои действия. – Вы же его нашли, да? Винсент рассказывал...

Меня на мгновение выключило. Я, падая, успел схватиться за что-то, но сознание вернулось быстро – не успел упасть. Стоял, как идиот, сжимая в руке нечто мягкое и упругое, в то время как Себастиан, прячущий обратно в инвентарь фолиант, наливался кровью от гнева. Говорят, злому псу нужно смотреть в глаза, чтобы не покусал. Интересно, с оборотнем это сработает? Я снова сжал пальцы, чуть сильнее, чем в предыдущий раз. С той стороны послышалось тихое женское «ах».

– Ну все, клыкастый, ты труп! – заорал Себ, бросаясь в мою сторону.

Я отшатнулся, разжимая пальцы, но все равно не успел – волчья пасть впилась в мое плечо и, если бы не броня, вырвала бы из него кусок. Нет, убивать Себастиана мне не хотелось, а как еще его остановить, я не знал. Потому попытался просто отпихнуть в сторону, и в это время меня снова выключило, теперь надолго.

Когда я очнулся, в палатке было темно, только в углу горел знакомый масляный фонарь. Там, облокотившись на ящики с целебным зельем, сидел Дариан в полной боевой броне и в шлеме с чуть приоткрытым забралом и читал ту самую книгу, что я чуть не спёр в клановой библиотеке Имперской Гвардии. Рядом с сосредоточенным видом листал собственные логи Себастиан. Вдруг он замер, пролистнул несколько страниц назад, усмехнулся и ткнул Дариана в бок. Тот лениво отмахнулся, как будто Себ не в первый раз пытался поделиться смешным моментом из своей жизни. Впрочем, раз темно, а в шатре только эти двое, так оно, скорее всего, и было.

– Да нет, ты послушай! Потом свою занудную книженцию прочитаешь. Тут такое!

– Пошлое? – безразлично уточнил Дариан и перелистнул страницу своей книги.

– Нет.

– Похабное?

– Нет!

– Извращённое?

– Да нет же! – Себ стукнул его логами по голове. – Идиотский шлем! Сними его уже. И послушай меня! Тут такое!..

– Розовое в цветочек про солнечных зайчиков, – пробормотал я, снова закрывая глаза.

Нет, не отрубился, просто хотел сверить время по личном обратному отсчёту, но резко подорвался на месте, когда увидел отображённое число. Сутки! Мне осталось жить всего сутки!

– Ты чего? – настороженно спросил Себастиан.

Дариан поднял забрало и посмотрел в мою сторону. Я снова закрыл глаза и глубоко вдохнул. Позвал Fata Morgana – программа молчала.

– Самое время для завещания, – пробормотал я, поднимаясь с импровизированной постели, представлявшей из себя всё те же ящики с исцеляющими зельями.

– Подержаться за грудь Изи можешь больше не указывать – потрачено, – серьёзно заявил Себ и убрал логи.

И получил от Дариана книгой по голове.

– Он не про предсмертное желание, идиот.

– Вот ты мелкий подлец! Перед смертью будешь свою тощую подружку обнимать теперь, ясно?

– А я бы сейчас обнял одну свою тощую знакомую, – вздохнул я и, призвав Горыныча, достал из кармана оставшиеся страницы гримуара, протянул ему: – Из Элдора срочной почтой. Один на имя Лектера, второй – Яко Блейку. Запомнил? – Сфинкс кивнул, зажав листы в пасти, и пошёл к выходу.

Дариан с Себастианом ещё несколько секунд ошарашенно смотрели на меня, а потом заорали одновременно каждый своё:

– Зачем ты отдал ему листы?!

– У тебя были шашни с Цирькой?!

– Я сказал тощая, а не плоская, – я скривился, вспоминая ни с того, ни с сего взъевшуюся на меня паладиншу. – И вообще, где остальные?

– Не такая уж она и плоская, – обиделся за бывшую Дариан.

Себ, успевший метнуться к выходу за Горынычем и не поймать его, вернулся и отвесил мне подзатыльник.

– И все-таки про листы!..