Владимир Батаев – Герои есть (страница 35)

– Выходим, – повторил я, сам последовав приказу.

Надо ещё посмотреть, что там с Винсом. Нашёл время в обмороки падать, у нас скоро война по расписанию. Это всё от трезвого образа жизни, вот я никогда просто так сознания не терял. Только спьяну отключался. Иногда мозгу просто надо выключаться вопреки желаниям владельца, особенно если жизнь нервная. Это как перезагрузка компьютера. Учитывая, что мы оцифрованные мертвецы – сравнение ещё более уместно. Хотя Винс-то живой, но не суть важно. Если он сейчас надумает вдруг очухаться и свалить в реал, я его потом сам прибью. Мне, что ли, всю эту кашу разгребать? Нет уж, спасибо.

А в драконий данж надо будет когда-нибудь вернуться. Через несколько лет, когда даже при моём стиле игровой жизни трёхсотый уровень всё же наберу. Ни одна ящерица не смеет безнаказанно сжигать охотника Себастиана! Особенно десять раз. Я отомщу. Страшно отомщу. Очень страшно отомщу! Но потом. Надо записать, чтоб не забыть. Я злой, но пьющий, вот память и плохая. А сейчас всё-таки не время для драконов, дела поважнее есть.

Глава 19. Винсент. Слоны идут на юг

Я очнулся. Кое-как разлепив тяжёлые веки, уставился в кромешную тьму, соображая: ослеп или на лице что-то есть? Маска для виртуального дайвинга? Руки не шевелились, и потому проверить я не мог. Зато добавилось новое переживание – парализован?

– Лучше бы умер, – выдохнул я, с удивлением обнаруживая, что могу говорить и слышать.

– Ты и так мёртв, – успокоил меня голос слева. – Вампиры, даже Высшие – нежить.

Ага, значит, я в игре. А чей это голос? Вроде бы знакомый. Но где гарантия, что голос не принадлежит предателю? Неспроста же я не могу двигаться!

– Где я? – спросил, постаравшись, чтобы голос звучал как можно спокойнее.

– «Гарцующий единорог», всё ещё «Гарцующий единорог».

– Остальные? – у меня было столько вопросов, но приходилось быть лаконичным.

– Отсыпаются после рейда, – голос подробностями не баловал, и тем самым потихоньку начинал раздражать.

– Точно?

– Ну так восстань и иди проверь, – усмехнулся мой собеседник, затем послышались шаги по деревянному полу и приказ: – Горыныч, ну-ка убери голову. И лапы тоже. Не рычи на меня! Как ты вообще хозяина не раздавил?

Послышалось недовольное рычание, потом руки мои оказались свободны, а в глаза ударил дневной свет, заставляя зажмуриться. Проморгавшись, увидел над собой Каина, дружелюбно протягивающего руку. Приняв помощью и сев на кровати, осмотрелся. Да, действительно, моя комната в таверне, только народу здесь отчего-то было не протолкнуться. Помимо Каина за столом сидели Мара с Виктимом и переписывались. Да-да, именно что переписывались в парных табличках. Судя по реакциям, друг с другом, да так увлечённо, что, кажется, не заметили моего пробуждения. Рядом с ними, прислонившись к Сору, спал Герхард, сжимая во сне руку Цирьки, тоже спящей на сфинксе. Смотрелись они, конечно, мило, но как же Дариан? Который тоже был здесь, у противоположной стены. Сидел с закрытыми глазами, эфес убивающего меча покоился на его плече, лезвие неглубоко вошло в пол рядом с правым кожаным сапогом. Парень вообще был без доспехов. Надеюсь, мой запрет на использование ещё действует, и не только потому, что царапина может навсегда остаться. Слава крайне буйного постояльца меня на самом деле мало беспокоила, в отличие от возможных последствий обнимашек с убивающим мечом. Увидел бы Саншайн, убил бы обоих.

– Ты не в курсе, где Саншайн? – пробормотал я, продолжая рассматривать комнату.

Горыныч свернулся калачиком возле моей постели и все ещё ворчал во сне. От него доносился запах кошачьего корня. И это мохнатое чудо ещё меня в своё время в алкоголизме обвиняло... Ладно, сделаю вид, что не заметил.

– А где Себастиан тебя не интересует? – искренне удивился Каин.

– Ты же сказал, что он отсыпается после рейда, – пробурчал я, откидывая одеяло.

Игровые условности позволяли валяться без сознания сколько угодно, не справляя никаких физиологических потребностей. Я даже не вспотел, хотя спал, назовём это условно сном, в броне и под тёплым одеялом. Да и сейчас хотелось разве что кофе, но его в последнее время хотелось постоянно. Как жаль, что мне его, скорее всего, уже не светит...

Я потрепал спящего Горыныча по голове и, поднявшись, направился к двери. Надо бы покормить аватар, заодно показать остальным, что Высший вампир Винсент жив, здоров и все ещё готов надрать зад красногорцам с Йориком. У самой двери я остановился и, едва подавив желание зарядить себе ладонью по лбу, вернулся за мечом.

Дариан просто так отдавать его не пожелал, вцепившись мёртвой хваткой. А стоило потянуть сильнее, как в лоб прилетела латная перчатка аккурат между глаз, перехватить которую удалось только после удара. Ну вот что с ним делать? Я присел перед ним на корточки и осторожно постучал отобранной перчаткой по лбу. В ответ Дариан пробурчал что-то нечленораздельное и отмахнулся, совершенно не собираясь просыпаться и отдавать мне меч. Эх, надо бы в стиле Себа заорать на весь трактир: "Рота подъем!" Но будить остальных не хотелось.

– Дариан, – я потрепал парня по плечу, не особо надеясь разбудить, но тот неожиданно открыл глаза.

Через секунду я понял, что лежу на полу, а в опасной близости от горла замер убивающий меч. Кажется, самое время каяться и давать зарок, что никогда в жизни не стану будить вообще никого. Но Дариан наконец увидел меня и, сонно моргнув, убрал меч в сторону, протянув свободную руку.

– Винсент, ты как себя чувствуешь?

– Отлично. Если ты отдашь мне эту опасную штуку, будет ещё лучше.

Он вздохнул и помог мне подняться, после чего вернул меч. Интересно, почему он его взял, а не Себ? Но вслух я спросил другое:

– Почему ты здесь спать остался? Говорил вроде, что слишком шумно и...

– Там отец вернулся и шумит ещё больше, – он зевнул и, подобрав с пола куртку, недовольно добавил: – И вообще, ты не думал, что я мог волноваться за твою жизнь?

– Прости, – я виновато улыбнулся и повернулся к двери, нечаянно скользнув взглядом по спящим Герхарду и Цирьке.

Ладно, спрошу позже и точно не здесь. Я кивнул на выход и первым вышел. За нами увязался Каин, но я был не против, Дариан тоже. Мы спустились вниз и заказали завтрак. Самое время расспросить о посиделках у моей постели наверху. Но пока я подбирал слова, не желая спрашивать в лоб, двери таверны отворились и в общую залу прошли стригои. И судя по выражению на серой роже их лидера, они здесь не затем, чтобы спасибо сказать. Да и какое может быть спасибо за неработающий квест?

Но должная стать внезапной атака была легко отбита зевающим Дарианом. Он даже со своего места не встал, а вот лидер стригоев отлетел обратно к дверям, сбив по пути своих подчинённых.

– Не вмешивайся, Первый Меч Империи! – зарычал тут же поднявшийся на ноги стригой.

Выносливый, зараза серая! Должно быть, побольше моего бегал в своё время от добрых людей. Ещё и драться не забывал...

– Это вы мешаете мне и моим друзьям, – ленивым тоном сообщил Дариан и снова зевнул. – Насколько я понимаю, на местной точке респа вы ещё не регистрировались, а значит, ваша смерть принесёт мне пару часов покоя.

И когда он успел стать таким наглым? Хотя, наверное, просто мне не посчастливилось видеть его «обычным». И в памяти, пришедшей от доппельгангера, отчётливо маячил образ Первого Меча Империи, спалившего нас драконьим пламенем. Ладно, сейчас эта его сторона очень даже на руку, потому что мне с последствиями неработающего квеста возиться совершенно не хотелось.

Я вздохнул и, прикрыв глаза, позвал Fata Morgana. Программа отозвалась сразу и даже сообщила, что у неё есть для меня копии медицинских отчётов. Новость хорошая, но подождёт. К тому же, позвал я её совершенно по другому поводу.

«Посмотри вариант бескровного решения проблемы со стригоями» – попросил я.

Программа задумалась, но я, зная, что скорого ответа не дождаться, все равно не торопился открывать глаза.

– Настолько стыдно? – задумчиво поинтересовался Каин, о котором я успел забыть.

– Ты можешь их успокоить? – спросил я, посмотрев на него в упор.

Себастиан успел поделиться со мной тайной нашего друга и парня Лейм, не захочет помочь, буду шантажировать.

– Могу, – совершенно искренне удивился он и пояснил: – У Дариана Харизмы поболее моего, и я подумал, раз он их бьёт, значит, так надо...

Я не сдержал горестный стон и чуть не сполз по стулу на пол. «Значит, так надо»... Кому надо?! Дариану, которому явно хочется подраться? Наверняка в данже поругался с Цирькой, которая просто не могла не принять сторону Себастиана в отношении Бонни и её сложных семейных отношений. Потому что Цирька знает Себа давно, а Дариан просто забавный и при этом крутой мальчик. Которого опять же легко заменить, например, тем же Герхардом, что, по словам Саншайна сильный и независимый, а значит на чары паладинши поведётся только так.

Я снова протяжно вздохнул и поднялся.

– Тебе стригои, мне Дариан, – поделил я.

Но вовремя успел спохватиться и резко обернулся к Каину.

– Сутки, – не дожидаясь вопроса, ответил он и тоже поднялся.

– Тогда на счёт три...

Я со всей своей вампирской скоростью кинулся к Дариану, и одновременно с этим за спиной раздалось громогласное:

– Остановитесь! Прекратите драться! Давайте обсудим сложившуюся ситуацию!