Владимир Батаев – Герои есть (страница 23)

Яко лишь покачал головой, но к разговору не подключился. Чем ближе мы подходили к дворцу, тем сильнее он нервничал: отвлекался на что-нибудь, норовил свернуть не в тот квартал или просто останавливался и стоял на дороге, пока мы его не звали. Я его понимал – сам не так давно думал, что умер, а потом никак не хотел признаваться самому себе в обратном. Хотя у него ситуация посложнее будет.

– Пришли, – наконец объявил Дариан и, достав из кармана мел, начертил на стене арку и кивнул, предлагая нам пройти в образовавшийся портал.

Что я и сделал, очутившись в знакомых покоях императора Вивиана. И тут же отошёл в сторону, чтобы на моем месте оказался Яко, а за ним и сам Дариан. Нас уже ждали. Саншайн сидел перед монитором и с помощью пульта листал хронику игры. Заметив нас, он сухо кивнул, приветствуя, потом поманил к себе сына. Кажется, Саншайн уже был в курсе последних событий, а значит, юному Ромео сейчас будут капать на мозг нравоучениями. Бедняга.

Император Вивиан как обычно сидел в центре комнаты на полу, замерев в режиме ожидания. Я взял Яко за локоть и подвёл к императору, сел и усадил его рядом. Затем похлопал Вивиана по плечу:

– Зеб, это Винсент. Мы пришли, как и договаривались.

Император медленно открыл глаза и осмотрел сначала меня, потом повернулся к Яко и, вздрогнув, отстранился. Мне пришлось проявить чудеса вампирской скорости, чтобы схватить Яко за рукав и не дать вскочить с места.

– Ребят, – вздохнул я, – вам ещё друг с другом жить, так что чем быстрее привыкнете и перестанете шарахаться, тем лучше.

– Я... я в порядке, – заверил Яко. – Просто это было внезапно...

– Прости, – Глеб-император виновато потупил взгляд. – Наверное, не следовало настаивать на нашей встрече так скоро. Видимо, я после того случая лучше оправился, чем ты. Алексей Викторович говорит, что это потому, что в игре психосоматические процессы протекают медленнее.

– А такие бывают? – удивился я.

Яко и Глеб-император синхронно пожали плечами и сказали: «Не знаю». Потом так же синхронно смутились.

– Я... – попытался объяснить Глеб, замялся и уточнил: – Мы программист, а не психолог и прочие психи. Так что мог переиначить объяснение Алексея Викторовича. Главное, что в реале мозги быстрее выздоравливают после разных травм, чем в виртуальных моделях.

«Вот тебе и технический возраст», – подумал я, посмотрев на покрасневшего не то от злости, не то от обиды Дариана.

– Вы не против, если я вас оставлю одних?

Яко и Глеб-император были не против. Как только первый шок от осознания встречи прошёл, они вполне дружелюбно отнеслись друг к другу. Ну а как иначе? В конце концов, это один и тот же человек.

– Ну, тогда пойду, помучаю вопросами и теориями нашего психиатра насчёт найденных недавно листовок.

Я поднялся и прошёл к оставшемуся в полном одиночестве Саншайну – Дариан перед этим хлопнул дверью. Оставалось порадоваться, что не использовал телепорт – ищи его потом по игре! Хотя у него медальон, с помощью Fata Morgana найдём легко и даже быстро, но все равно...

– Зря ты так с ним, – я неодобрительно покачал головой и присел рядом с Саншайном.

Он смерил меня оценивающим взглядом и нахмурился.

– Ты никак меня учить вздумал, как детей воспитывать?..

– Вот заведёшь своих детей, – перебивая, передразнил его я. – Если я переживу эту заварушку, и если у меня однажды появятся свои дети, то при первой же проблеме я прибегу плакаться к тебе в жилетку и просить совета. Но с точки зрения ребёнка-подростка, которым я был не так давно в отличие от некоторых, ты слишком строг с Дарианом. Надо дать ему больше свободы, иначе потом, когда он добьётся её сам, то вцепится зубами и не отпустит, даже когда она будет ему не нужна.

Саншайн не ответил. То ли решил, что мои нравоучения не стоят внимания. То ли я неожиданно оказался прав, чего ему никак не хотелось показывать. Ну и ладно, я не гордый, и так обойдусь.

– Не знаешь, что за ерунда? – я достал из кармана листовку и протянул её паладину.

По стечению обстоятельств, это оказалась листовка с Бонни. Саншайн мельком взглянул на лицо эльфийки, пробежался глазами по надписи и контактам с кем связываться, если Бонни кто-то видел, и вернул обратно.

– Скорее всего, Дин пытается помешать мамочке качаться и хочет таким образом выиграть их пари.

Так и хотелось сделать идиотское выражение лица и спросить: «Чего?» Вместо этого я вынул пачку розыскных листовок с мёртвыми людьми и протянул их Саншайну. И вот теперь то самое «чего» читалось на лице его аватара. Он взял всю стопку и принялся перебирать, раскладывая по стопкам перед собой. Стопок оказалось три. По мере узнаваемости? Похоже на то.

– Ещё есть?

Я достал оставшиеся. Их постигла та же участь, что и предыдущие. Листовка с Бонни вернулась к Саншайну, он положил её отдельно. Несколько минут мы сидели молча, и до нас доносились обрывки разговора Глеба с Яко. Кажется, они обсуждали возможность возникновение проблем с наложением памяти во время слияния. Я стал прислушиваться, потому что помог им раздобыть нужную программу, а значит, в случае провала нёс свою долю ответственности.

– Алиса пообещала скомбинировать их память так, чтобы не было наложения, – сказал Саншайн, не отрываясь от созерцания листовок. – Потрёт часть воспоминаний Глеба о больнице, всё равно он там был долго в искусственной коме. Плюс сны. По идее, он в игре меньше тебя, так что должны уложиться.

– Хорошо, – я улыбнулся. – А листовки?

– Да тоже ничего серьёзного. Ну, помимо того, что все эти люди, кроме Бонни, мертвы. Наша эльфийская целительница жена одного из основателей и инвесторов Х-холдинга. Вряд ли выдавшие саркофаг Йорику допустят, чтобы с ней что-нибудь случилось. Это её сын Дин, должно быть, заказал подобную услугу у Жанны, желая помешать матери качаться.

Ага, и здесь проблема отцов и детей. Вернее, матерей и детей. Вот только могла бы листовка помешать Бонни качаться? Она почти везде теперь ходит с соклановцами или союзниками, то есть под защитой. Дин этого не знает? Кстати, имя знакомое... Ладно, не важно. Если Саншайн говорит, что она жива, значит, об эльфийке не волнуемся.

– А остальные ты чего так разложил?

– Знал лично, – Саншайн ткнул в первую, самую малочисленную, стопку. – Встречал, но знакомств не водил. Ну и не знал совсем, соответственно. Нас, модераторов, как ты помнишь, было пятеро. Я, Йорик, Мара, Герхард и Сир. Благодаря этому, возиться со всеми мне одному не приходилось...

Он замолчал и принялся собирать листовки в кучу, потом использовав заклинание огня, сжёг их, заодно подпалив ковёр. Ничего, завтра восстановится. И хорошо, если только ковёр. Меня нервировали эти листовки...

– Они умерли, теперь уже навсегда. А их имена и лица используют как обычный набор данных для массовки... Узнаю, чья это идея, подам жалобу в совет директоров. Замнут там – пообщаюсь с Саммуэлем-старшим лично. В конце концов, это из-за его семейки над мёртвыми потешаются.

– Не надо, – я положил руку на плечо Саншайна и повторил: – Не надо. Привлечёшь лишнее внимание, а нам оно ни к чему. Ведь если у нас не получится разобраться с Йориком, я никогда не выйду из игры, а значит, тело для Дариана будет сложнее получить.

Он не ответил. Но в его взгляде промелькнула тень, заставившая меня внутренне напрячься. Не все так просто с заданием вытащить меня из игры... Теперь я был в этом почти уверен.

Глава 13. Себастиан. Семейные узы

Предложение Виктима обшарить клановые замки, бывшие прежде орочьими поселениями, я поначалу воспринял без особого энтузиазма. Хотя мысль была дельная, заняться этим впрямь стоило. Но терпеть не могу, когда мне указывают, что делать. Особенно если указание верное, а сам я не догадался. Солдафонство и командный тон не люблю ещё больше, а паладин очень удачно совмещал всё в одном. Но я-то в число его подчинённых не вхожу.

В общем, передавать пожелания мне лучше всего через девушку, которая будет нашёптывать их мне на ухо в постели. Предварительно приведя меня в состояние благодушного удовлетворения. Впрочем, пожелания взять её замуж не считаются, от такого у меня тоже настроение мигом портится, несмотря на все старания девушки. К счастью, Изи подобным никогда не страдала. Да и в советницы не лезла.

На самом деле, она могла бы даже проявлять чуть побольше инициативы. Не в постели, с этим всё было в порядке. А вот с участием в нашей военной кампании – не очень. Валькирия определённо не горела желанием вновь увидеть Йорика, даже издали и через прицел арбалета. И делала всё, чтобы не приблизить этот момент. Точнее – нифига не делала. Ну, хотя бы не мешала, а то могла бы начать вставлять палки в колёса.

Но всё же с этой её позицией надо было что-то делать. Даже из-за наложенной на корабле иллюзии Йорика, мне сегодня ночью пришлось спать одному. Точнее пить с Каином, Лейм и Бздынем, как раз по той причине, что спать в пустой холодной постели не очень-то хотелось.

И Саншайн как назло свалил в реал, как раз тогда, когда присутствие психиатра бы не помешало. Впрочем, у него с Изи вообще отношения не очень, больше смахивающие на вооружённое перемирие. Из-за её бывшего, в чьей смерти они оба винили одновременно самих себя и друг друга. Ох уж мне эти психологические травмы... Лучше б напились, побили посуду, выпустили пар – всё бы и прошло. Кто-то назовёт такой подход нетрадиционной психологией, но ведь помогает! Только надо именно гулять с размахом, с плясками на столе и мордобоем, а не напиваться одному и в темноте. От последнего только хуже становится. Я точно знаю, проверял оба варианта неоднократно.