Владимир Баранчиков – Жесткий бизнес. Четвертый президент. Рассказы. Стихи (страница 16)
Глава двадцать третья. Тобольский пропан-бутан
Смесь пропана и бутана технических, сокращенно СПБТ, повседневная наша потребность, почти в каждом доме есть газовая плита. Это бытовой газ, подающийся по трубам или продающийся в красных баллонах для дачников. Газы пропан и бутан – природные, без цвета и запаха, а на нефтехимических комбинатах их доводят до требуемых параметров, одорируют (придают запах) и перевозят по железной дороге в специальных цистернах потребителю. Появился у нас друг из Грузии, Резо, есть потребность в СПБТ в больших количествах в родной республике. Начинаю прорабатывать заводы – Кириши, Москва, Рязань, Самара, Татарстан, Астрахань – что-то не клеится. Тобольск, Тобольский нефтехимический комбинат – то, что нам нужно! Коммерческий директор ТНХК подтвердил возможность отгрузки и заключения договора. Я к Хазиру Даудовичу за разрешением – поезжайте! Я готов, мои условия – три тысячи долларов с собой…
Дорога непростая, самолет до Тюмени, а там пять часов на автобусе до Тобольска, столицы Сибири, места ссылки декабристов. Середина июня, на автовокзале Тюмени мошкара в шесть секунд облепила мой дипломат. Старый автобус проплывает мимо залитых водой лугов, одинокие деревья стоят посреди водной глади. Расположился в новой пустой гостинице, обозначил себя, в гости пришел тот самый коммерческий лиректор – энергичный молодой высокий блондин, Валерий Николаевич. Познакомились, обсудили варианты, договорились о встрече в понедельник, а пока совет – прогуляйтесь вдоль проспекта, ознакомьтесь с достопримечательностями! Прямо вдоль проспекта, мимо типовых домов приходишь в другую эпоху – строения XVII—XVIII веков, одни мрачные, полуразрушенные, другие, с табличками, после обновления радуют глаз свежей отделкой и бережной реставрацией. Проспект упирается в Тобольский монастырь, белокаменный и строгий, с высокой колокольней и подворьем, гармонично расположенный на краю живописного мыса, в том месте, где река Тобол впадает в Иртыш. А справа от ограды монастыря – узкая калитка, которую девушка-сибирячка в белом платье на правах гостеприимной хозяйки открыла для меня, туриста, и я сделал еще четыре шага к двадцатиметровой пропасти – дальше не смог двигаться, ноги инстинктивно приросли к земле. Открывшаяся передо мной картина простора и воображаемого полета захватывала дух…
Согласовали с Валерием Николаевичем цену газа с третьего раза, я был настойчив. Но газ без транспорта – как брачная ночь без, ну, вы знаете. Транспортировкой сжиженного газа (СГ) по железной дороге занимается специализированная организация – «СГ-Транс». Главная контора, как водится, в Москве, а при заводах – филиалы, так и в Тобольске. Главный инженер филиала – Евгений Александрович, деловой и приятный мужчина лет тридцати пяти, с ним мы сразу нашли общий язык. Теперь у «Невы» будут два контракта – на закупку СПБТ и транспортировку. От меня, точнее, от Резо, телеграмма о приеме груза из Батуми. А тут мой день рождения подкрался, пригласил Евгения Александровича. Чтобы не светиться на публике, в ресторан не пошли, а водочку с закуской в мой номер заказали. До трапезы позвонил Елене Анатольевне, рассказал о результатах, затем в отель дозвонился Хазир Даудович, поздравил с днем рождения.
– Спасибо, мы тут с главным инженером «СГ-Транса» отмечаем, – дал я намек. Наш президент переговорил с Евгением и усилил мою и нашу позицию. Это был хороший вечер, посетили боулинг при отеле и расстались друзьями. Два дня готовили документы, а затем в обратный путь – Евгений заехал за мной на служебном авто и довез до автобуса, идущего в Тюмень. «Пулково» встретило наш самолет сильным теплым дождем.
Заключали договор от фирмы Резо, поэтому и платежи должны были идти от его банка в Швейцарии, общаюсь с англоязычным офицером банка, приятная девушка. Выставили аккредитив на ТНХК за товар, за транспортировку оплатили прямым платежом на Москву компании «Brandswick». Терминал Батуми дал телеграмму о приеме цистерн с газом. И тут засада – замдиректора «Brandswick» извещает, что платежи на Тобольск не проходят. Резо рекомендовал преодолеть эту сложность, иначе наведаются «гости – лица с неприятным выражением лица». Платежи прошли, однако общая обстановка в банковском секторе России в начале июля 1998 года была очень тревожной, что в итоге вылилось в августовский кризис. Рубль упал в пять раз, наступил финансовый хаос. Звоню на ТНХК Валерию Николаевичу, он отказывается отгружать газ, так как деньги поступят только после отгрузки, аккредитив «где-то болтается». Звоню в «СГ-Транс» директору, интересуюсь – он заявляет, что наши цистерны стоят загруженными и вот-вот уйдут. От такого наглого обмана я вскипел и попросил Елену Анатольевну выйти для завершения разговора, но она осталась – и выслушала все, что я думаю. Так красиво я в жизни не ругался: «Доннер веттер, матка бозка», жалею до сих пор… Так бесславно на условиях форс-мажора закончился наш тобольский сюжет.
Глава двадцать четвертая. Циолковский и грозненская нефть
Я сильно переживал неудачу, казалось – удача, успех, и как же все обернулось! Нервное напряжение, эмоциональные «качели», стресс и нездоровый образ жизни закономерно привели меня на больничную койку. Скорая не выезжала на дом пять часов – был какой-то иудейский праздник, дикая боль разрывала что-то внутри, я стоял на четвереньках и орал матом, как еще? Укол и таблетки врача сняли мучение ненадолго, в больнице на отделении урологии не было мест, меня по моей просьбе поместили на хирургию. Лежу на диване в коридоре, через каждые три часа приступ, таблетки не помогают. Через сутки положили на кровать в палате, матрац в крови, но мне все равно, и уколы не спасают. Хороший врач-хирург, мужчина средних лет, дал совет – так ты не выберешься, нужны деньги. Я смог позвонить отцу, он привез сколько надо. Сразу стали колоть наркотики для снятия боли, а затем перевели на урологию. Там уже другой коленкор, хотя было тоже не все гладко, но жена, врач по профессии, помогла. Заведующий отделением – ас в своем деле и порядочный человек – наблюдал за мной и защитил от поборов на отделениии литотрипсии, где камень мне раздробили. В моем представлении камень – что-то вроде гальки на морском берегу, округлое и гладкое, а оказалось – какая-то раковина-загогулина с острыми краями и зазубринами. Отсюда и боль нестерпимая, движется она внутри и все режет, сигналы в мозг поступают, мозг устает это воспринимать и отключается, люди сознание теряют – врачи говорят, как при родах.
В процессе лечения звонил в офис, консультировал, дела мои на время принял мой коллега Муслим. И, молодец, договорился с Тобольском – те вернули деньги нам на счет. Возвратился на службу физически истощенным, но психически закаленным и обновленным, очищенным от ненужного балласта.
Вы знаете, в чем гений Циолковского? Не умаляя его других открытий, скажу главное, не вникая глубоко в специальную терминологию и высшие материи. Природа нам определила минимальную скорость, при достижении которой можно преодолеть притяжение Земли, те самые 7,8 километров в секунду. Для достижения этой скорости необходимо сконструировать ракету с определенными прочностными и весовыми характеристиками и снабдить ее двигателем с нужными параметрами, используя наиболее эффективные горючее и окислитель, которые обеспечивают горение и тягу, то есть движение вверх. Так вот, физические и химические характеристики существующих слагаемых успеха – металла, конструкции и топлива – теоретически не позволяли достичь первой космической скорости из-за того, что по мере расходования запаса топлива ракета была вынуждена тащить пустую оболочку из-под выработанного топлива, и чем выше, чем больше. Константин Эдуардович предложил делать ракету не цельной, а составной, например, из двух частей. Когда первая ступень отрабатывала свой ресурс, она отбрасывалась, уменьшая балласт, а вторая ступень ракеты, меньшая по весу, уже была способна достичь требуемой скорости полета. Этот принцип «отбрасывания ненужного, отработанного, пустого» очень полезен и часто работает в повседневной жизни. Я отбросил камень и двинулся дальше, я продал участок с домом, который мне стал не нужен, я прекратил общение с человеком, отношения с которым стали пустыми и тягостными… Расстаться с ненужным прошлым и двигаться вперед – хороший лозунг, только бы с водой не выплеснуть и ребенка…
У нас в офисе зарождается новый, серьезный проект, новый «ребенок». Звонит мне Олег Борисович (давненько не виделись) и приглашает зайти. В комнате четверо, один из них – Халид, бывший глава «Холдинг-Инвест». Формально я им не подчиняюсь, но были, были совместные дела. Поздоровались, я стою и жду вопроса:
– В.И., вы знаете характеристики грозненской нефти? – моя внутренняя реакция: откуда мне знать, никогда не занимался, вам виднее, вы же из Грозного! Тем не менее, отвечаю:
– Характеристики грозненской нефти есть в справочнике, могу поискать.
– А паспорт качества можете сделать? – мой мозг: нет ничего проще, возьму усредненные значения.
– Могу, через полчаса.
Через полчаса:
– А на английском языке?
– Могу и на английском, Олег Борисович, Вы же знаете…