Владимир Бабкин – Петр Третий. Огнем и Мечом (страница 45)
Есть минутка вниз посмотреть. Снесена одна труба, пара больших подпалин на палубе. Левый борт без трёх единорогов стоит. Деферентов вроде больших нет. Что там под верхней палубой Осипу не видно. Но он наверху первым знает куда корабль наклоняется.
На юте кровь. Синявин на месте. Чичагов на носу руководит. Брат тоже цел вроде. Филофеич в дудку дудит. Живой значит. Адмирала не видно. Но, может, он в машинное спустился или на вторую палубу. Тела погибших канониров завернули в парусину, спускают в трюм.
Транспорты османские что побойчее, да не сильно повреждены успели мористее уйти, пока «Варяг» разворачивался. Но, много и на берегах да мелях. «Анкай Бахри» у Дальнего острова чадит. Не сильно, но заметно. Между ним и мысом идет бой. Видно шнявы «Башкир», «Черкес» да баркентина «Эллин» подошли. Там вроде оставалось всего два целых турка. Да и «Тавров» должен тогда там быть. Туркам бы и корабельного секретаря Клокачёва и лейтенанта Бешенцева хватило. Боевые капитаны у «Башкира» и «Черкеса». А уж в четверо против двух должны справится. А где «Нехенжи Бахри»?
Осип отнял глаза от подзорной трубы. Турецкий флагман нашелся мористее. Он видно смог увернуться от столкновения. Там течение должно было его южнее понести. Вот и смог развернуться и снова по ветру в нужные воды войти. А вот и «четвёртый» за ним спешит. Видно капудан-паша боится плыть в Стамбул после такого избиения. Каперанг Синявин что-то внизу кричит. Из заштопанной трубы снова начинает валить дым. Сейчас за русских и ветер, и течение. А если прибавить к ним семь узлов от поровых машин… Алексей Наумович видно не хочет турка упустить. «Варяг» идет с «Нехенжи Бахри» на сближение…
НОВОРОССИЙСКОЕ НАМЕСТНИЧЕСТВО. БИЛХОВИЧИ. УКРЕПЛЕНИЕ АЛЕКСАНДР-ШАНЦ. ИМПЕРАТОРСКИЙ ПЕРЕДОВОЙ КОМАНДНЫЙ ПУНКТ. 17 мая 1761 г.
Смотрю на сводки. Световой телеграф медленный. Отнюдь не спутниковая группировка онлайн. Сообщение последовательно получают, записывают и передают на каждой из стоящих через двадцать-двадцать пять вёрст станции. А это время. Уйма горячего времени.
Уже понятно что турки не прошли. Потеряли пять больших кораблей. Половина десанта выброшено ими у Тамани, но они даже не атакуют, пешком пытаются отойти к турецкой ещё Анапе. Нам их некем там преследовать.
Наши захватили севший на мель «Анкай Бахри». Серьёзно пострадала наша баркентина «Эллин». О «Варяге» точных известий нет. Сообщают что на горизонте видят пожар и слышат редкие залпы каронад.
Но чем бы всё не кончилось адмирал (да, уже адмирал!) Овцын, похоже турок разбил. Дам ему третьего орла на погоны и «Георгия» второй степени. Да что уж там! Князя за такое не жалко! К тому же Дмитрий Леонтьевич — Рюрикович. Да и остальных моряков посмотрю, чтобы награды не обошли. Чувствую, что «Варяг» дал в этой войне решающее сражение.
Эпилог
МОСКВА. КРЕМЛЬ. ТАЙНИЦКАЯ БАШНЯ. 3 января 1762 года.
Терпеть не могу славословий, хотя сам мастер в этом.
Ненавижу показные бодрости на публику. Но, увы, без этого никак.
У нас сегодня финал. Чемпионат России. Всё очень серьёзно.
Тайницкая башня. Высочайшая трибуна. Месяц готовились. Благо с погодой подфартило. Лёд нормально на реке встал и даже выровняли, чтоб без торосов. К счастью, Москва не Нева. Там сложнее. И Балтика близко, и приливы всякие с отливами. А тут — просто замёрзшая река. Не очень широкая. Даже не Ока. Не говоря уж о Каме с Волгой.
Во что играем? Клюшкование. Оно же «клюш». В хоккей то есть. С шайбой.
Летом играли в чемпионат по футболу. Точнее, по пиначу.
Денег это требует не больших. Особенно пинач. Коньки же и клюшки у нас давно известны. Ещё дед мой Пётр на Неве в клюш играл. Мячи кожанные, но надувные. На камеры для них и шайбы я каучуков и гутаперчи в достатке нашел. Студенты Ломоносовские даже научились эту резину вулканизировать. Меценаты у команд тоже есть. У спорта всегда полно энтузиастов. Страна у нас большая, так что и война не могла соревнованиям повредить. Соревнуются губернии. Нет пока сборных Армии и Флота. Военным есть чем заняться. У меня есть надежда на долгие мирные годы. Лет на десять-пятнадцать. Могут вояки и заинтересоваться. Но, для них лучше отдельные чемпионаты проводить. Впрочем, офицеры и унтера гарнизонов и так ядро в каждой губернской команде.
Я всячески старался развить в России массовый спорт. Форматы были разные, но суть одна — нужно много активного населения, которое будет вне рамок шор и условностей. Эдакий социальный лифт для разных слоёв. Ловок? Умён? Тренирован? Готов? — Империя ждёт тебя!
Официальная церемония представления команд. Взаимное приветствие…
Казань вчера обыграла неожиданно Питер, а Кёниг победил Москву. Так что, первым матчем сегодня делили между собой бронзу и медь две столицы. Я на своей трибуне на башне понятно тоже был. Сам то я хоть только в детстве шайбу гонял, но больше семидесяти лет за свердловский «Автомобилист» честно болел. Как бы он в разные годы моей прошлой жизни не назывался. Надо же нам, Царям, как-то отдыхать? Год, как и прошлый, трудный был. А что с женой, что «про чай», всегда работа промеж ласк лезет. Здесь же меня никто не тормошил. Да и кому. Президент Сената князь Шаховский — здесь, премьер маркграф Миних — здесь, канцлер граф Воронцов — здесь… с семьями. «Лучшие люди города». Митрополита Тимофея только нет. Но, ему лучше и не смотреть на это.
Белосельская и Полторацкий заходят в ощетинившуюся в разные стороны рупорами крытой дикторскую, построенную на набережной Москва-реки перед нашей трибуной. Сопрано и бас-баритон. Начинают петь. Можно ладно.
Молитва русского народа во славу Государя Императора.
Я его еще до войны ввел. Начинают с него мероприятия, когда я там есть. А я сейчас здесь. И каждый матч — мероприятие.
Хорошо поют Марк Фёдорович с Елизаветой Осиповной! Не простыли бы только.
Их голоса сейчас тоже символ России.
Новой России. Моей. А у новой России новы и символы.
Рядом все негромко поют мне эту здравицу. Что на других трибунах я не слышу. Но, вроде, рты раскрывают и какой-то ровный гул есть.
Царский Гимн короток и уже допет.
Начинается финал клюшкования.
Короче, Чемпионат России по хоккею. Финал. Команды Кёнигсберга и Казани.
Понятно, что я соблюдал внешнюю нейтральность, но, болею за Кёниг, ввиду того что в там в команде мои кирасиры, и ввиду отсутствия в финале команд столиц или родного для меня прежнего Екатеринбурга.
Игра началась.
Шайба вброшена.
Пошла распасовка.
Взмах. Шайба полетела в ворота волжан. Вратарь в ватнике, шапке и щитках отбивает шайбу. Подхватили. Повезли к воротам кёнигов. Столкновение корпус в корпус. Это хоккей… простите, это клюшкование. Мужской спорт.
Бейте их.
А тут как бабка нашептала. Полетели клюшки и рукавицы на лёд. Мордобой. Как полагается. Стенка на стенку. По барабану — это русский мужик из-под Казани или из-под Кёнигсберга. Суть та же.
Трибуны улюлюкают.
Бей!
Бей!!!
Нет тут зла. Лишь удаль молодецкая.
Судья дал возможность начистить рыло и дал три свистка.
Чем это отличается от битв гладиаторов в Древнем Риме? Ну, гладиаторы не бегали в тулупах или ватниках по льду. А в целом — ничем. Вместо мечей — клюшки.
И всё.
Толпа собралась и смотрит.
Morituri te salutant!
Случаи с убийствами клюшками уже были. Если каска слетела и прилетело с размаху неудачно. Вратарям тоже доставалось. Защиту то для них и маски я конечно сразу предусмотрел. Но в полном облачении играют пока только на чемпионатах. На поле сословий нет. У «простых» денег на экипировку не хватает, а у дворян случаются приступы рыцарского «благородства». Слабоумие и отвага. Но этой опасностью игра и привлекательна.
Драчунов разняли. Юшки кровавые снегом и рушняками вытерли. Сменили составы.
Вбрасывание у прусских ворот.
Это конечно не я вещаю. Комментатором сегодня Пётр Алексеевич Татищев — отставной Лейб-Гвардии Преображенского полка секунд — майор. В гвардии и хоккеем, извинюсь клюшеванием, увлекся. Там и комментировать поднаторел. У меня немного «стажировался». Ну чтоб при дамах мог быстро сказать так что б они не покраснели.
— Гол!!!
Это уже у нас на трибуне. Наследник радуется. И ещё какой-то голос во втором ряду. Девичий.
1:0
Казанцы размочили счёт.
Горазд мой отрок за бусурман болеть! Истинно русский Царь! Хоть пока и Наследник.
Дальше игра несётся стрелой.