Владимир Бабкин – Он почти изменил мiр (Acting president) (страница 26)

Михаил втянул в свой рот дым кретека и продолжал размышлять: «Инструкций я не нарушил. Неясности можно прояснить в разговоре, когда Нина проснётся». Он и раньше хорошо разбирался в людях. Теперь к его навыкам мистицизма прибавились еще и тренировки в ЭСЕД. Что там вчера пел Тэлбот о книгах «Девяти неизвестных»? Первая кажется о человеческой психике и управлении ею и большими массами людей? Вроде он уже читал это у Луи Жаколио. Да! В Питере как раз в 1910 году вышла книга этого француза «Пожиратели огня». Сослуживцы Скарятнина по Кавалергардскому полку, зная его мистические увлечения, подарил с дарственной надписью: «Нашему магическому штабс-капитану», эту новинку. «Хм. А ведь, судя по последним трем с половиной годам в чём-то и прав был Жаколио. Громкие события навели на такие мысли далекого от России Тэлбота. А я знаю многие события точно и с другой стороны, а многие и с изнанки. Вот, хотя бы, создание, оснащение и экзестерциции (5) его лейб-егерской Службы…» — Энель вздохнул и закашлялся. В горле запершило: после случайной затяжки, табачный дым нырнул в гортань и чуть не ворвался в лёгкие.

Инстинктивно Михаил обернулся. Нина причмокнула губами и медленно перевернулось. Ещё спит. Он повернулся к окну и вдохнул ещё не наполнившийся бензиновыми выхлопами воздух Среднего Манхеттена. «Что ж, для Службы похоже угроз нет. Инструкций он не нарушил. А вот в личном плане…» — размышлял Энель. Случайная связь по обоюдному порыву не тяготила его. Нина из высшего света, и амурные порядки русского Императорского Двора и гвардии понимает. Но вот может ли быть он уверен, что только благодарностью и давним отсутствием рядом достойного мужчины вызван её вчерашний порыв? Как охотник, он прекрасно знал, что самки наиболее податливы в лучшие дни для зачатия … Нина могла бы хорошей женой, но можно ли положиться на неё при его Службе? Он бы конечно не оставил без попечения ребенка, но понимал, что его рождение может создать и ему и Нине немалые сложности. Михаил верил в Бога по-своему, но глубоко, и мысль об убийстве не рождённого — аборте, даже не пришла ему в голову.

Он услышал, как Нина сладко заурчала, потянувшись. “Похоже пробудилась” — понял Скарятин. Он притушил сигариллу и тихо закрыл окно. Медленно повернулся. Нина лежала полностью раскрытая в пол-оборота к нему. Медленно открыв глаза, она блаженствовала с полминуты, потом обвела спальню взглядом.

Заметив Михаила, она кажется изумилась, и даже, глазами и ладошкой, поискала чем прикрыться. Но покрывало было под ней, и она не стала предпринимать попыток его высвободить.

«А собственно, чего он опасается? Если что могло случится, то уже случилась вчера», — пронеслось в голове Михаила. «Гирьки ходиков» налились. Нина кажется облизнула губу. «А, ну его всё! Делай что должно и будь что будет» — по гвардейский решил Скарятин, и поспешил согреть похоже уже готовую ко всему подругу.

Примечания:

1. H. Upmann — кубинская марка сигар премиум-класса, основанная банкиром Германом Дитрихом Упманном. В годы первой мировой войны диллеры этой фирмы выполняли роль немецких разведчиков в Америке, так же как сотрудники знаменитой фирмы «Зингер» в России.

2. Халфзвар — крепкая курительная смесь, обычно содержащая в САСШ разные виргинские и кентуккийские сорта копченые в дыме разных древесных пород.

3. Кретек — сигариллы и сигареты без фильтра из Голландской Индии, изготовленные из смеси табака, гвоздики и других дроматизаторов. «Bal Tiga» — известная их марка.

4. Cortigiane «di lume» (итал.) — куртизанки низшего класса, в отличии от «честных» куртизанок (cortigiane «oneste») имели неограниченное число клиентов.

5. упражнение в самом общем смысле, например, строевое или упражнение для игры на музыкальном инструменте.

ТЕКСТ ВЛАДИМИРА МАРКОВА-БАБКИНА

ИМПЕРСКОЕ ЕДИНСТВО РОССИИ И РОМЕИ. РОМЕЙСКАЯ ИМПЕРИЯ. КОНСТАНТИНОПОЛЬ. ДВОРЕЦ ЕДИНСТВА. 21 июня 1920 года.

Отчет Волконского подтверждал мои предварительные выводы — Биржа не отреагировала на «интервью с Вильсоном». Почти никак. Кто-то невысоко подпрыгнул вверх, кто-то так же немного упал вниз. Потом все к тем же значениям вернулись. Незначительные колебания деловой активности. А этот значит, что либо ушлые дельцы не поверили в такой информационный вброс (что скорее всего), либо не считают Вильсона уже фигурой, от болтовни которого что-то зависит. Впрочем, и на этих колебаниях знающие люди делают миллионы.

Конечно, если вдруг случится чудо и президент Вильсон фактически восстанет из почти мёртвых, и в самом деле начнёт вновь вмешиваться в процессы, тогда да, Биржа отреагирует и Уолл-стрит проявит активность, причём немалую. Пока же для основных Игроков такое состояние Вильсона было серьезной проблемой и обузой. И я не слишком удивлюсь, если с ним что-то нехорошее вдруг случится.

Собственно, такая ситуация была нетерпимой и для нас. Без президента США мы не могли завершить целый ряд важнейших переговоров и совершить столь нужные нам сделки. И если по покупке технологий и оборудования мы могли позволить себе подождать пару-тройку месяцев, то вот переговоры о покупке в Америке нескольких современных крупных боевых кораблей завершены быть не могли. Все распоряжения Вильсона продолжали действовать, а он, когда ещё не был бесполезным овощем, всё ещё пытался продвинуть идею ограничений морских вооружений, и тут были всякие нюансы, а ниже стоящие господа не хотели брать на себя ответственность.

Но, главное, опасно повисла «сделка века» — Генеральный форвардный контракт по закупке гигантских объемов американского зерна, и это была проблема на грани катастрофы. Впереди нас ждала дикая засуха 1921 года и нам необходимо было иметь в своих амбарах и элеваторах необходимый запас продовольствия. Пока же, ни российского зерна, ни экспорта из стран Новоримского Союза для этого нам катастрофически не хватало.

Да, с американцами мы вроде нормально договорились и по цене, и по объемам, и по срокам поставок. Но без резолюции Вильсона сделка не могла быть осуществлена. А тут уж сроки так поджимали, что хоть кричи, хоть плачь! Совсем скоро новый урожай начнут собирать, а значит, не может быть и речи о форвардных контрактах «под будущий урожай», и мы «просядем» процентов на 30 %, переплачивая просто колоссальные суммы.

А это было, мягко говоря, неприятно. У нас и так просто космические расходы — наука, индустриализация, строительство всяких электростанций, дорог и прочего, не говоря уж о школах и прочих больницах. Строительство новых городов, освоение Ромеи, Туркестана, Сибири и Дальнего Востока. Строительство военно-морских баз на берегу Индийского океана в Ормаре, в Сиаме и в Русском Сомали. Я уж не говорю о продолжающейся подготовке к возможной грандиозной войне с Японией, которая может стать неизбежной в ближайшие два-три года. Вопрос ведь не в том, что мы хотим смыть позор Цусимы и прочего (хотя и это тоже), а в том, что без контроля над Маньчжурией мы не сможем уверенно стать на Дальнем Востоке. Нам банально нужно мощная продовольственная база в регионе, дабы не везти вагоны с едой из Европы через всю Империю при низкой пропускной способности Транссиба. Естественно, японцы это все прекрасно понимали и тоже готовились к предстоящей схватке, дабы вышибить нас из Китая, а по возможности, что-то ещё дополнительно «откусить» от нашего Дальнего Востока.

И в такое вот непростое время Вильсон изволит прохлаждаться в бреду и беспамятстве. Придушил бы его кто подушкой, право слово, прости Господи.

СТОКГОЛЬМ. КОРОЛЕВСТВО ШВЕЦИЯ

МЕЖДУНАРОДНОЕ ИНФОРМАГЕНТСТВО «ПРОППЕР-НЬЮС». 21 июня 1920 г.

МОЛНИЯ!!!

ПО СООБЩЕНИЯМ НАШИХ КОРРЕСПОНДЕНТОВ В СОЕДИНЁННЫХ ШТАТАХ СЕГОДНЯ ПРОИЗОШЛО СИЛЬНОЕ ЗЕМЛЕТРЯСЕНИЕ В КАЛИФОРНИИ. МНОГИЕ РАЙОНЫ ЛОС-АНДЖЕЛЕСА РАЗРУШЕНЫ, В ГОРОДЕ ПОЖАРЫ. ВЛАСТИ ШТАТА КАЛИФОРНИЯ ВВЕЛИ ВОЕННОЕ ПОЛОЖЕНИЕ И МОБИЛИЗУЮТ ДЛЯ СПАСЕНИЯ ЖИТЕЛЕЙ ЧАСТИ НАЦИОНАЛЬНОЙ ГВАРДИИ.

МЫ БУДЕМ СООБЩАТЬ О РАЗВИТИИ СОБЫТИЙ

САСШ, Нью-Йорк, Таймс-сквер, Отель «Khickerbocker» 21 июня 1920 г.

Утренние упражнения были короче вечерних. На трезвую голову близость воспринималось острее. Через полчаса они лежали в постели изможденные, но преисполненные сил. Как будто бы откатив тяжелый камень чувствуешь лёгкость и полноту сил для того чтобы просто идти.

Нина лежала в неге на его плече. Скарятин курил. Кретек оставленный в пепельнее на тумбочке все это время тлел, наполняя комнату благовониями, дополняя картину утра до «восточной сказки». Ему не составило труда до него дотянуться.

— Ты что куришь, Мишель? Эти новые ромейские сигариллки?

— Нет. Это яванский кретек, табак с пряными травами. Ромейская «Таволга» — сигариллки без табака и с фильтром.

— Они так же хорошо пахнут?

— Не знаю я давно не был на родине и их не застал.

Нина грустно вздохнула.

— Да давно уехал?

— Года три как.

— Значит и Царьград видел и новую Императрицу Марию?

Что-то детское было в её голосе. Маленькая беззащитная девочка на груди своего рыцаря.

— Видел. — сказал Михаил обыденно и снова пыхнул кретеком.

Нина всхлипнула. Энель отложил курево в пепельницу, там не много осталось, а разговор похоже подходит к интересному.

— Когда турок выбили конечно пострадал Константинополь, но при новом Императоре быстро восстанавливается. Крест над святой Софией уже в первый месяц поставили. Я на коронации был. Императрица Мария так пела! Все на колени встали.