реклама
Бургер менюБургер меню

Владимир Бабкин – Крестная внучка мафии 2 (страница 57)

18

— Смотреть на шулеров — мое самое любимое занятие, — криво усмехнулся Агуэро. — У них многому можно научиться.

— Вам девочку совсем не жаль?

— Судя по тому, что вы не остановили Эшфорд и Марину, которые конфликтовали на ваших глазах, вам тоже ее не жаль.

— Я в женские дрязги не вмешиваюсь, — холодно произнес синьор Лукрезе. — А вы знали, что вашу записную книжку найдут.

Повернув голову к синьору Лукрезе, Агуэро сказал:

— Судя по тому, что мы об этом беседуем, я помог моей девочке, как и обещал, — он слегка покрутил красную фишку между пальцев. — Самые важные люди в ее жизни — пришли к ней сами. А то, что все оказалось не так сказочно — будет ей отличным уроком.

Он слегка пожал плечами.

— У нас есть поговорка: «С волками жить — по-волчьи выть». Иначе быть не может.

— Кхм-кхм…

Синьор Лукрезе с угрозой посмотрел на дона Агуэро, показывая, что по его правилам играть никто не будет.

— Здесь нет никакого намека. Синьор Лукрезе, просто посмотрите в мои в глаза и в ее глаза.

Агуэро ловко перемещал красную фишку между костяшек пальцев, а после, как фокусник, заставил ее исчезнуть.

— Синьор Лукрезе, вы правда верили, что моя девочка не проявит инициативу? Позволит смотреть на нее свысока? Не даст сдачи, если обижают?

Агуэро снова «явил» фишку и отрицательно покачал головой.

— И все-таки в чем ваш интерес? — хмурился синьор Лукрезе.

— Как и у вас, — слегка пожал он плечами, перекручивая фишку между пальцев. — Я желаю своему ребенку лишь счастья.

— Своеобразное у вас представление о счастье…

Глава 27

Лас-Вегас. Штат Невада. США

Отель «Цезарь-Палас»

21 июля около 6 утра по местному времени (+9 часов в Палермо)

Виктория Лукрезе

Сандро задерживался, а потому после допроса вместо ужина, мы с семейством вернулись в отель и разошлись по номерам.

Прокручивая в голове события этого невероятно долгого дня, я с отчаянием вошла в просторный люкс и прижалась затылком к двери.

Позорище… Две драки за месяц… А сколько раз меня уже смогли подставить? Облапошить?

И хотя я могу найти десятки способов оправдать себя и сделать вид, что я ни в чем не виновата и вредить Семье не собиралась, факт остается фактом.

Я чувствую себя полной неудачницей.

Первая попытка быть достойной женой для Сандро провалилась с таким треском, что у меня даже слов нет. У меня даже прилично выглядеть не получилось.

Красивые часы в стиле модерн громко тикали на комоде, а я смотрела, как шустро бегут секундные стрелки и никак не могла придумать, что теперь делать. Решив, что хоть умыться мне не помешает, я понуро поплелась в ванную.

Однако стоило смыть косметику, как стало очевидно, что у меня будет синяк рядом с разбитой губой.

И весьма приличный.

Неожиданно звякнул дверной замок и на пороге ванной появился Сандро.

— Ого… Вот собачья особь женского пола… — в шоке выдохнул он, рассматривая мое лицо. — А я еще сказал, Кузнецову что у нас претензий нет…

— Господи, тебе еще и оправдываться из-за меня пришлось… — всхлипнула я, стыдливо закрывая лицо руками. — Сандро, я знаю, этому нет объяснений и ты меня предупреждал… Но прости меня… Я не знаю, что на меня нашло…

— «Кто», если быть точным, — поправил он. — Чокнутая бывшая Фабио.

Сандро ехидно произнес:

— Я думал главный бой вечера между Китом Турманом и Мэнни Пакьяо, а оказалось, что это бой Лукрезе против Кузнецовой. Сказала бы, я бы хоть ставку на тебя сделал.

Взяв бутылку с гелем для душа, как микрофон, он встал рядом со мной и пародировал голос ведущего турнира:

— И-и-и единогласным решением судей… — эпично произнес он. — Побеждает боец из красного угла сортира!

Сандро поднял мою руку, как победителя, а я окончательно расклеилась. Видя, что шутку я не оценила, муж мягко обнял меня за плечи.

— Ну, не хнычь… Ты хорошо ей вмазала. Прям за всю нашу Семью, — попытался он меня подбодрить. — Но надо было сразу же вырубить ее двойкой, как я тебе показывал. Тащ-Тащ! Смотри, как надо!

Решив, что объяснений недостаточно, Сандро вывел меня в гостиную и тут же показал, как надо бить.

— А потом с ноги в челюсть! И ба-а-ах!

Видя, его серию ударов из каратэ, я невольно рассмеялась сквозь слезы.

— Ну, ты прям Джеки Чан…

— А теперь серьезно, — подошел он ко мне, рассматривая синяк. — Болит?

— Нет… Но мне так стыдно… Такой позор… — шмыгнула я носом. — Сандро, что о тебе будут говорить после такого? Как ты людям в глаза смотреть будешь?

— С гордостью, — он просиял улыбкой люцифера. — Моя жена не спасовала и победила.

Обняв меня, он мечтательно добавил:

— Покажем видео нонне Катарине и она нам целый поднос канноли вручит. М-м-м… Разве можно представить себе приз лучше?

Достав из холодильника бутылку с водой, Сандро приложил ее к моему синяку.

— Бабуля очень боялась, что Фабио найдет способ на ней жениться. Он с третьего курса универа бегает за Мариной, отказываясь смотреть правде в глаза.

— Что он охранник, а она чокнутая мафиозная принцесска?

— Нет, Фабио тоже «принц» и настоящая гордость нашей Семьи, — с завистью произнес Сандро. — Он безопасник, потому что очень умный и надежный человек. У него три высших образования. И основное — это проектирование ракетных комплексов. Закончил Стэнфорд с отличием.

Муж слегка пожал плечами.

— Только он упрямо не хочет признавать, что Марина любит не именно его, а то что его чувства к ней постоянны. Ей нужен статус и самоутвердиться в обществе, которое ее отвергает. И его возможности ее не устраивают.

Вспомнив, что у Марины в семье нет постоянства, а Фабио по-натуре именно такой, я задумчиво закивала. Он спокойный, вдумчивый, хорошо воспитан. Косяки Сандро вся Семья обсуждает, а Фабио наоборот нахваливают и ставят в пример.

Муж принес аптечку из чемодана и достал мазь.

— Рассказать тебе пару старых сплетен? — заговорщицким тоном произнес он.

— Я не люблю сплетни и сплетников, — боролась я с соблазном.

Почти черные глаза блестели, как у заговорщика, и в итоге я придвинулась поближе.

— Год назад Фабио сделал ей предложение, — шепнул Сандро.

У меня аж глаза округлились от шока.

— Ей⁈ Да, ладно⁈ Она же ненормальная!

— А говорила сплетни не нравятся… Ты уже становишься итальянкой… — усмехнулся он.