реклама
Бургер менюБургер меню

Владимир Бабкин – Крестная внучка мафии 2 (страница 22)

18

— А каждый первый подсыпать слабительное в шампанское, — также язвительно кивнула Летти. — Так что не выделывайся.

Поправив большие очки, Летти отдала команду фотографу, чтобы он начинал нас снимать на память. И словно мы и не ругались утром, мы с Сандро счастливо обнимались, целовались и старательно позировали.

Вернее я старалась, а Сандро как всегда был в своем репертуаре. Во всех подробностях перечисляя все, что ему не нравится.

В общем под конец фотосессии у меня нервно дергался глаз, бровь, губы, а скулы свело судорогой в улыбке.

— Знаешь, если бы я планировала с тобой свадьбу, она бы превратилась в похороны, — тонко намекнула я.

— Почему? — искренне не понял он.

Мы с Летти и Фабио неожиданно неприлично громко захлебнулись от хохота.

— Что вы ржете? — обиженно воскликнул он. — Дьявол в деталях!

Ну, после этих слов засмеялась даже мама, но громче всех хохотала старшая сестра дедушки.

Подойдя к нам, старушка в бордовом платье ласково взяла моего сурового «люцифера-патриарха» за щечки и со всей бабушкиной любовью протянула по-итальянски:

— Мой самый сладенький внучек…

— Бабуль, ты чего… — краснея, смущенно залепетал Сандро. — Ну, люди же смотрят…

— А ты сегодня не работаешь, — сюсюкалась она, целуя его в щеки пока фотограф нас фотографировал. — У нас сегодня праздник.

— Бабуль, мне же тридцать лет… — шипел он сквозь зубы, улыбаясь.

Но не прошло и пяти секунд, как поцелуйчики от нонны Катарины быстро превратились во флешмоб поцелуйчиков, обнимашек и фото со всеми самыми-самыми близкими родственниками.

И кажется Сандро смутился еще больше.

Еще бы. Он же у нас «лев», а тут все его, как домашнего кота, нагло затискали. А Фабио с десятком кузенов и вовсе взяли его в заложники для смешных братских фоточек.

Хотя я в общем-то тоже не стояла без дела. Один лишь самый близкий круг насчитывает три десятка родственников и со всеми нужно с фотографироваться. А еще есть мои телохранители Рино и Лука, водитель Марко, да и вся личная охрана близкого круга неожиданно для меня захотели со мной сфоткаться.

Конечно, проявив весь мафиозный креатив очарование.

Костюмы. Шляпы. Сигары. Стаканы виски.

Охапки цветов.

И кактусы, конечно.

Нет, ну с десятками суровых парней, которые протягивали огромные букеты цветов, являя миру сверкающие улыбки головорезов, любая бы сфоткалась. Даже мой визажист со времен съемок в рекламе Людочка, которая сегодня была моим личным ассистентом, и та не осталась без фото на память.

И, конечно, групповое свадебное фото, как на старых фотографиях.

— Зиа Вики! — внезапно позвал меня Андреас.

Увидев малышню Летти в модных смокингах, с прическами и в новеньких очках, я аж присвистнула. Вот так красавцы!

— Дай я скажу, — возник передо мной другой мальчишка, тоже празднично одетый. — Зиа Вики…

— Она не говорит по-итальянски! — шикнул Андреас. — Она испанка! Нонна Агата сказала, что ее дядя испанец!

— Нет, это не так, — улыбнулась я. — Но по-испански я говорю лучше, чем по-итальянски.

Важно поправив очки, Андреас со всем достоинством честного пирата сказал:

— Зиа Вики, мы задумали это… прету… посту… Потупление!

— Нет, погребление! — влез мелкий Виктор.

Я едва сдержала ехидный смешок.

А очкастые фантазеры тоже в своем репертуаре. И судя по еще пяти соплякам рядом, они их тоже подбили на преступление и ограбление. С ними даже увязался черно-белый щенок хаски, которого дедушка им после пожара подарил.

М-да… Надо было написать на плакатах: «Осторожно! Работает мини ОПГ!»

— Ну, так и кого грабим? — заговорщицким тоном спросила я.

— Отель, — честно сказал Виктор.

— У нас тут ящики с бантончиками на складе, — шепотом признался Андреас. — Ты можешь открыть дверь? Мы поделимся.

— А вы считать умеете? — недоверчиво спросила я.

Андреас указал на себя и брата.

— Раз. Два. Что тут считать? Каждому по два.

Как вдруг ко мне подбежала Летиция и запыхавшись сказала:

— Мальчики, бегом к нонне Катарине! Зиа Вики занята!

Грустно шмыгнув сопливыми носами, мальчишки убежали, а она махнула толпе кузенов рукой:

— Отпустите вы уже Сандро!

Парни хохотали и что-то требовали от нее на итальянском, принципиально подняв жениха над головами, как акробата. Но Летти угрожающе шикнула и они все тут же стали примерными и солидными дядьками.

— Летти, твои мальчики опять что-то задумали… — тихо шепнула я. — В этот раз они собираются грабить отель.

— Да, это ловушка, чтобы они ничего другого не придумали, — рассмеялась она. — Нонна с охраной следит за ними по камерам.

Но когда к нам подошел Сандро, Летти быстро стала серьезной.

— Так уже 15:45 и мы сейчас идем вручать подарки самым близким родственникам за то, что они пришли.

Видя три десятка лишь самых-самых близких родственников Сандро, я невольно тихо спросила:

— Летти, а вы не пригласили моего двоюродного дядю Давида и тетю Марьям из Грузии?

— Эм… — смутилась она, поправляя очки. — Вики, конечно, я их пригласила, но они постеснялись приезжать. Прости, я не смогла их переубедить… Хотя и сказала, что мы все оплатим и предоставим переводчика.

Горько было это слышать, но я понимаю, что это ожидаемо.

Мои единственные родственники во-первых не очень близки со мной. А во-вторых они деревенские люди. Хорошие, добрые, но очень скромные и стеснительные. Вероятно им стыдно, что они не такие богатые, как семья моего мужа, и они побоялись, что опозорят меня своим согласием приехать за чужой счет.

Мы с Сандро последовали за ней в шатер и встали возле красивой цветочной арки, где была целая гора больших пакетов на красивом помосте.

Однако стоило мне увидеть человек двести, которые болтали друг с другом, как я невольно спросила:

— И это все самые близкие родственники? — не поверила я.

— Это еще не все… — с отчаянием простонал Сандро. — Тут всего-то человек сто пятьдесят, а должно быть 210 фамилий…

— А кто тогда дальние? — изумилась я. — Все остальные итальянцы?

Но если он мне и ответил, я не услышала. Потому что то, что произошло дальше стало для меня самым настоящим шоком.

Сверкая белоснежным костюмом и опираясь на трость, словно Воланд из «Мастера и Маргариты» к нам неспешно подошел синьор Лукрезе.

При свете солнца на безоблачном небе…

На берегу иссиня-синего моря…

Под звуки оркестра и грохот бьющихся о берег волн…