Владимир Бабкин – Империя. Пандемия (страница 7)

Да, «струйка» русских была мощной. Да, за переселенцами стояла огромная и мощная Империя, но переселенцы на новые территории редко когда и где были желанным гостями у местного населения. В общем, заселение территорий было непростым и дело нередко доходило до кровавых столкновений группировок между собой, и уголовная хроника полнилась происшествиями на этой почве.

Несмотря на это, Ромея, от Константинополя до Антиохии и Иерусалима, стремительно осваивалась русскими подданными. За почти полтора года в Ромею уже переселилось больше миллиона человек из России, а по плану предусматривалось переселить и обустроить минимум 7-8 миллионов душ до 1927 года, и не менее 20 миллионов до 1941-го. Их всех сюда нужно было на чем-то привезти, в дороге и на месте чем-то кормить, дать им тут землю, работу или иное занятие, лечить, учить и всем, что требуется, обеспечить. А Единство не Америка и, тем более, не Дикий Запад, у нас сейчас как-то не принято бросать людей на произвол судьбы в чистом поле. Недаром одним из главных символов нынешнего царствования является лозунг: «Империя своих не бросает!».

Но лозунги лозунгами, а деньги тратились на это все просто колоссальные. В бюджете Империи огромная дыра. Имперскому Банку пока удается сдерживать инфляцию в разумных рамках, но совершенно очевидно, что долго так продолжаться не может.

Конечно, Миша выискивает деньги, где только может. Привлекает иностранцев, дабы те вкладывались в перспективные отрасли, брали в концессию те или иные объекты или месторождения. Немало брат вкладывал и собственных средств. Но ведь Ромея далеко не единственная и вовсе не главная статья расходов. Огромные, совершенно гигантские деньги вкладываются в развитие России. Все то же самое – стройки, электростанции, дороги, мосты, заводы и фабрики. Все то же самое, что и в Ромее, но раз в десять больше! Миллиарды и миллиарды рублей! И это помимо строительства германскими и американскими фирмами всяких объектов в рамках программы Международного Банка восстановления и развития, а также в рамках «компенсации за потерю польского промышленного района», а обе эти программы – это еще многие миллиарды!

В общем, если бы не вот это все, то ничего бы у них не вышло. Но даже с «этим всем» Россия не смогла себе позволить лишних трат, так что программу переселения за Урал пришлось отложить до лучших времен. Пока Ромея не выйдет в плюс, затевать еще одно переселение было бы чистым безумием.

Поэтому, если иметь целью сделать из Ромеи, как выражается брат, успешный проект, то нужны новые источники доходов, которые и деньги принесут в казну, и переселенцев займут полезным делом.

Впрочем, нужно признать, что от намерений создать русскую Ромею приходится постепенно отказываться. Наоборот, включились традиционные для России имперские механизмы поглощения новых территорий и включения местной элиты в систему российской иерархии и аристократии. Во всяком случае, уже немало видных осман принесли присягу Императору Михаилу, получили какие-то ромейские титулы и активно включились в строительство новой Империи.

И не только османская знать поняла откуда и куда ветер. Немало простого люду все больше понимают, что прежней Османской империи уже нет и перспектив ее возрождения нет никаких. А поскольку сама Османская империя на протяжении веков исповедовала тот же принцип включения меньшинств в государственный аппарат, то и новые ромейские порядки не вызвали ни особого удивления, ни, тем более, отторжения. Тем более что отрекаться от веры предков никто не требовал.

Причем, судя по тому, как многие активно и прилежно учат русский язык, к своим перспективам они относятся весьма серьезно. И не только в Ромее. В конце концов, а почему бы и нет? Разве не таким путем Россия интегрировала огромные территории от Карпат и Кавказа до самого Тихого океана? Точно так, со временем, интегрируются и территории от Черного моря до Иерусалима, от Константинополя и до самой Персии. Дайте лишь время.

И как показала многовековая история России, огромное количество представителей народов, с кем Империя воевала на протяжении столетий, верой и правдой служили новому объединенному Отечеству после вхождения их земель в состав Империи. Равно как и десятки, сотни тысяч тех, кто попал в плен к русской армии в многочисленных войнах и принял российское подданство. Как и те, кто прибыл с намерением послужить несколько лет и вернуться, а, в результате, оставался в России навсегда.

Империя дает возможности. Во всяком случае Россия и Империя Единства. И какая Империи разница кто ты – великоросс, малоросс, немец, француз, татарин, киргиз, бурят, якут или турок? Служи и будь верен! Дел и величия хватит на всех…

- Ваше Императорское Высочество! Прошу милостиво простить…

Ольга открыла глаза:

- Да?

Капитан-лейтенант Болдырев стоял навытяжку.

- Прошу простить, Ваше Высочество, но мы подходим к причальной стенке.

Что ж, вот она и у цели своего визита. Здесь ее так же ждал автомобиль и еще одна машина охраны. Ну, тут уже совсем недалеко.

Наблюдая за тем, как на берегу деловито суетятся, готовясь принять швартовы с борта их яхты, Ольга в очередной раз поймала себя на мысли, что, получив казенный заказ на пошив стандартных масок для армии, авиации, флота и государственных служащих Ромеи, «Модная мануфактура баронессы Натальи Иволгиной», входящая в концерн «Натали», получила просто неприлично баснословный доход. Конечно, было известно, что самой графине Емец-Авлонской принадлежит лишь 34 процента акций, а остальное выкуплено различными инвесторами, но все равно, Натали должна была просто озолотиться на этом гигантском заказе!

Во всяком случае так трепали языками в высшем свете Ромеи, да и в России находились отчаянные оппозиционные газетенки, которые прямо указывали на коррупцию вокруг этого заказа и делали далеко идущие намеки на то, что Дворе завелись некие персоны, которые набивают себе карманы за казенный счет. Никто, правда, не решился вслух называть имена, но намекалось, что это кто-то из самого-самого верха.

И такие разговоры бросали тень на юную Императрицу Марию, поскольку графиня Емец-Авлонская баронесса Иволгина входила в самое ближайшее окружение Государыни, а наличие в числе акционеров графа Жилина, бывшего по совместительству еще и римским бароном, давало пищу для пересудов о том, что и без итальянцев в этом деле не обошлось.

В общем, история была достаточно скверной и грязной, чтобы ее активно обсуждали во всяких модных салонах и во время светских визитов. Имени Императрицы старались лишний раз не произносить, не желая попасть под действие «Закона об оскорблении Величества», но намеки делались.

В этом вопросе Ольга считала, что ее царственный брат допустил две ошибки. Во-первых, допустил такую столь грубую ситуацию с заказом, а, во-вторых, отмахнулся от докладов спецслужб о том, что такие разговоры ведутся. Возможно, он считает это пока неважной мелочью на фоне подготовки к выборам в Госдуму, но Великой Княгине такие разговоры и настроения крайне не нравились. И как бы эти разговоры не вылились потом в выступления с парламентской трибуны, как это было при Николае, когда Императрицу прямо в Госдуме обвиняли в чем угодно.

Разумеется, Ольга знала больше, чем простые смертные. Знала то, что 34% принадлежат Иволгиной лишь формально, и что это фактическая собственность Царской семьи. Подозревала, что и в оставшихся 66% достаточно подставных контор, за которыми стоит ее брат. И что это не единственное предприятие, в котором весомая часть на самом деле принадлежит Императору. Далеко не единственное. И что Михаилу фактически принадлежит совершенно огромная собственность по всему миру. Подробностей, конечно, она не знала, поскольку брат не считал нужным и возможным лишний раз распространяться на эту тему (наверняка и Маша знает далеко не все про деньги своего царственного супруга), но была достаточно осведомлена и достаточно наблюдательна, чтобы сделать подобные выводы.

И если с остальными своими активами Михаилу удавалось пока соблюдать видимые приличия, то вот с концерном «Натали» вышла явная промашка.

Опасная промашка.

Они сейчас идут по очень тонкому и хрупкому льду, чтобы отмахиваться от подобных «мелочей».

Яхта тем временем пришвартовалась к причальной стенке и замерла, слегка покачиваясь на волне. Что ж, пора сделать то, ради чего она сюда прибыла.

У трапа вновь построился экипаж, провожая свою Августейшую шеф-даму. Ольга кивнула:

- Молодцы! Благодарю за службу!

- Честь в Служении на благо Отчизны!

И она ступила на трап…

* * *

ИМПЕРИЯ ЕДИНСТВА. РОССИЯ. МОСКОВСКАЯ ГУБЕРНИЯ. ИМПЕРАТОРСКАЯ РЕЗИДЕНЦИЯ «МАРФИНО». 4 октября 1918 года.

- Иван Христофорович, срочно проработайте вопрос с союзниками о расширении поставок зерна в Ромею.

Министр внешней торговли Озеров степенно поднялся и склонил голову:

- Сделаем все возможное, Ваше Величество. Однако, смею заметить, что нами и так законтрактованы весьма большие объемы. Цены неизбежно вырастут, да и не так много свободного продовольствия на рынках этих стран, которые сами еще не оправились после окончания войны. Я рекомендовал бы обратить свой взор за океан. Например, на Аргентину.

Киваю.