Владимир Бабкин – Империя. Пандемия (страница 49)
* * *
ИМПЕРИЯ ЕДИНСТВА. РОССИЯ. МОСКВА. ДОМ ПРАВИТЕЛЬСТВА (ДОМ ПАШКОВА). 6 октября 1918 года.
Утро продиралось сквозь снежные вихри, но остановить приход нового дня не могла даже бушующая в Первопрестольной буря. Снег скребся в стекла. Кошки скреблись на душе Маниковского.
Все пошло не так. Дело, казавшееся простым и легко выполнимым, вдруг оказалось катастрофическим по своим последствиям. Вот, спрашивается, буквально полсуток прошло с того момента, когда они собрались обсудить ситуацию, которая сложилась в связи с болезнью Императора. Все было на их стороне. И осознание того, что это шанс избежать катастрофы с выборами, и знание протоколов, и полная возможность убедить юную царицу во внезапной вспышке «американки» в Москве и России, и что необходимо всего лишь перенести выборы. Хотя бы на полгода.
Они были уверены, что шокированная информацией о болезни Михаила Второго Императрица с легкостью согласится с их доводами, и ситуацию в Империи, в результате, удастся разрулить, не допустив глупейшего балагана с выборами и роковым для страны формированием левого правительства.
Они держали в руках все рычаги власти. На их стороне было МВД и армия. Им сочувствовал генерал Артемьев. Они могли затянуть сбор врачебной комиссии, ограничив тем самым возможность семнадцатилетней Царицы им помешать. В конце концов, они имели подавляющее большинство в «Коллегии семи», а она была заперта на Острове.
Они бы вывели Россию из тупика и избавили бы от опасности.
Вне зависимости от того, выживет ли Император или формальная власть перейдет к Царице Марии, Империя бы избавилась от левой угрозы, поскольку выборы бы не состоялись, а до весны может произойти все что угодно.
Все было ясно и очевидно.
Все было очень изящно.
Спасение России.
И никакого переворота.
Было.
Но, затем, как любил говорить Михаил Второй, «что-то пошло не так».
Юная Царица внезапно покинула Остров, бросив там своих детей. Этого никто не мог предположить. Никто. Этого просто не могло произойти. И когда Маниковскому доложили о прибытии Императрицы в Константинополь, он не поверил, и распорядился все данные перепроверить со всем тщанием.
Но это оказалось правдой.
Это вызвало замешательство, переходящее в панику.
Затем на ее сторону, совершенно неожиданно, переметнулся Гурко. И теперь по всем частям и подразделениям рассылались Манифесты и повеления о назначении самого Гурко главковерхом. Войска в столицах были приведены в полную боевую готовность, и, пользуясь их же собственным объявлением Москвы на военном положении и введением комендантского часа, гарнизон Первопрестольной начал выдвигаться на ключевые позиции. А после того, как Меллер-Закомельский, вдруг, подписал решение «Коллегии семи», встав на сторону Императрицы, сразу начал колебаться и Анцыферов, а Курлов вообще отказался выводить из казарм Внутреннюю Стражу.
А потом пришла телеграмма, что Императрица собирается прибыть в Москву.
Вот так вот.
Маниковский с тоской смотрел в бушующие за окном вихри.
Даст Бог, пути занесет, и они выиграют время. А том, возможно, удастся что-то решить. В конце концов, еще нет медицинского заключения о недееспособности Императора, а это дает им дополнительные возможности для маневра…
Дверь открылась и в кабинет ввалился генерал Слащев-Босфорский, отряхиваясь от снега.
- Граф? Мне не доложили о вашем прибытии.
Яков Слащев усмехнулся, усаживаясь в дорогое кресло прямо в заснеженной шинели.
- Пустое, Алексей Алексеевич. Я к вам по-простому, без формальностей. Государыня повелела обеспечить полное выполнение протокола «Алтай», так что вы, Анцыферов, Артемьев, принц Ольденбургский, и прочие лица, плотно общавшиеся с заболевшим Государем, подлежите изоляции. Во имя профилактики, разумеется. И во избежание распространения вашей заразы. Обеспечение карантина поручено медицине Сил специальных операций, офицеры которых вас сейчас ждут в приемной. Так что благоволите на выход.
* * *
ВЫСОЧАЙШИЙ МАНИФЕСТ
БОЖИЕЮ ПОСПЕШЕСТВУЮЩЕЮ МИЛОСТИЮ
МЫ, МИХАИЛ,
ИМПЕРАТОР-АВГУСТ ИМПЕРСКОГО ЕДИНСТВА РОССИЙСКОЙ И ВОСТОЧНОЙ РИМСКОЙ ИМПЕРИЙ,
ПОНТИФИК ВОСТОЧНЫХ ЦЕРКВЕЙ И ЗАЩИТНИК ПРАВОСЛАВИЯ,
ИМПЕРАТОР ВСЕРОССИЙСКИЙ, ИМПЕРАТОР И САМОДЕРЖЕЦ РОМЕЙСКИЙ,
ВЕЛИКИЙ ЦАРЬ АРМЯНСКИЙ, ЦАРЬ ПАЛЬМИРСКИЙ, ВЕЛИКИЙ КНЯЗЬ ФИНЛЯНДСКИЙ И ПРОЧАЯ, И ПРОЧАЯ, И ПРОЧАЯ.
Объявляем всем верным Нашим подданным:
Божию милостью послано Нам испытание американской болезнию. Немощь сия тяжела и коварна, но, искренне молясь, на милость Божию Мы уповаем и на медицинскую науку Нашу.
Оберегая мир и порядок на Земле Нашей, охраняя Закон, пресекая возможную смуту и братоубийство, желая дать ясность в правлении в дни болезни Нашей, Мы
ВЫСОЧАЙШЕ ПОВЕЛЕВАЕМ:
С сего часа, и пока не разрешится так или иначе болезнь Наша, назначаем Нашу, венчанную на Царство Богом данную супругу, Благословенную Государыню Императрицу-Кесариссу Марию Викторовну Местоблюстительницей Престола Нашего. Всем верным подданным Нашим, подчиняться Ей аки Нам подчинялись. В Ней, чадах Наших и в тебе, возлюбленный народ Наш, Дело Наше.
Да благословит Господь Бог Державу Нашу и народ Наш.
МИХАИЛ
Москва, Кремль.
ЗАСВИДЕТЕЛЬСТВОВАНО
На оригинале собственною рукою начертано: МИХАИЛ.
Государственная печать и подпись Министра Императорского Двора и Уделов барона Меллера-Закомельского. 5 октября 1918 года от Рождества Христова.
* * *
ВЫСОЧАЙШИЙ МАНИФЕСТ
Императрица-Кесарисса Имперского Единства Российской и Восточной Римской Империи, Императрица Всероссийская, Императрица Ромейская, Великая Царица Армянская, Царица Пальмирская, Великая Княгиня Финляндская и Прочая, и Прочая, и Прочая.
Исполняя волю Августейшего супруга ГОСУДАРЯ ИМПЕРАТОРА-АВГУСТА МИХАИЛА АЛЕКСАНДРОВИЧА, оберегая мир и порядок на Земле Нашей, охраняя Закон, пресекая возможную смуту и братоубийство, желая дать ясность в правлении в дни болезни ГОСУДАРЯ, Мы
Объявляем всем верным Нашим подданным:
С сего часа, и пока не разрешится так или иначе болезнь ГОСУДАРЯ ИМПЕРАТОРА, или до особого ЕГО на то Высочайшего повеления, принимаем на себя пост Местоблюстительницы Императорского Престола Имперского Единства России и Ромеи, пост Местоблюстительницы Престола Всероссийского
В дни болезни ГОСУДАРЯ нашего, объединим все силы и все молитвы наши за здравие ЕГО ВЕЛИЧЕСТВА и всех ЕГО подданных, во всех землях Наших пребывающих.
Да благословит Господь Бог Державу Нашу и народ Наш.
МАРИЯ
Дано во Дворце Единства, в городе Константинополе.
На оригинале собственною рукою начертано: МАРИЯ.
ЗАСВИДЕТЕЛЬСТВОВАНО
Государственная печать и подпись Министра Императорского Двора и Уделов барона Меллера-Закомельского. 5 октября 1918 года от Рождества Христова.
* * *
ИМПЕРИЯ ЕДИНСТВА. РОМЕЯ. КОНСТАНТИНОПОЛЬ. ВОЕННО-ВОЗДУШНАЯ БАЗА «АКВИЛОН». 6 октября 1918 года.
Флаги висели безвольными тряпками и даже прибытие высокопоставленных особ не смогло хоть как-то повлиять на ситуацию. Штиль.
Длинный кортеж из черных автомобилей остановился. Забегали сотрудники службы безопасности, захлопали дверцы, зашумела свита и обеспечение.
Лишь недвижимо стоял строй, ожидая своего Августейшего шефа.
Ладонь под козырек.
- Ваше Императорское Величество! Личный состав Его Императорского Всесвятейшества и Величия Лейб-Гвардии женского Императрицы Марии дальнебомбардировочного полка «Ангелы Богородицы» для встречи Августейшего шефа построен! Исполняющая должность командира полка капитан княгиня Долгорукова!