Владимир Бабкин – 1917: Вперед, Империя! (страница 29)
Закс склонил голову.
– Скажем так, Ваше Императорское Величество, это официальное предложение банкирского дома Эфрусси. Хотя исключать факт того, что венский дом Ротшильдов в курсе данного предложения я бы не стал.
* * *
СОВМЕСТНОЕ ЗАЯВЛЕНИЕ КАНЦЕЛЯРИИ ДВОРА КОРОЛЯ ИТАЛИИ ВИКТОРА ЭММАНУИЛА III И КАНЦЕЛЯРИИ ИМПЕРАТОРА ВСЕРОССИЙСКОГО МИХАИЛА II. 14 (27) июля 1917 года
Настоящим официально объявляется об имеющей место быть помолвке Его Императорского Величества Императора Всероссийского Михаила Второго и Ее Королевского Высочества принцессы Иоланды Савойской.
Дата и место церемонии, в целях безопасности, будут оглашены позднее.
* * *
ОТ РОССИЙСКОГО ИНФОРМБЮРО
Оперативная сводка за 13 июля 1917 года.
За истекшие сутки доблестными войсками Русской Императорской армии было продолжено наступление на участках частей Юго-Западного фронта. В ходе успешных наступательных операций нашими войсками был освобожден важный железнодорожный узел и город Брест-Литовск.
Герои нашей армии посвятили эту победу Державному Вождю ЕГО ИМПЕРАТОРСКОМУ ВЕЛИЧЕСТВУ МИХАИЛУ АЛЕКСАНДРОВИЧУ. Особо в боях отличились подразделения 4-й стрелковой «Железной» бригады под командованием генерала Свиты ЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА Дроздовского.
Продолжаются позиционные бои в районе Рижского укрепрайона. Германские оккупанты не оставляют тщетных попыток выбить русскую армию с занятых позиций. Все попытки атаковать успешно отбиваются доблестными защитниками Риги с большими потерями со стороны неприятеля.
На других участках фронта ничего существенного не произошло.
* * *
МОСКОВСКАЯ ГУБЕРНИЯ. ИМПЕРАТОРСКАЯ РЕЗИДЕНЦИЯ «МАРФИНО». 14 (27) июля 1917 года.
– Я обдумал предложения банкирского дома Эфрусси, господин Закс. Как вы могли заметить, положение Австро-Венгерской империи стало еще более тяжелым за эти сутки. Но я не на этом хотел бы сделать акцент в своем ответном предложении. Мне прекрасно известны возможности банкирского дома Эфрусси. В предложении, которое вы намедни озвучили, эти возможности заявлены куда более весомыми, чем представлялось ранее. Я не берусь судить об обоснованности таких заявлений и об их основе. Если заявление сделано столь серьезными людьми, то мне остается лишь принять такое могущество к сведению. Принять и, как следствие, ожидать в качестве жеста доброй воли передачи мне всех имеющихся у дома Эфрусси сведений о том, кто покушался на мою невесту принцессу Иоланду, кто устроил взрыв на Красной площади на Пасху, кто стоит за убийством моего дяди Великого Князя Николая Николаевича в Тифлисе, и, наконец, кто стоит за попытками государственных переворотов в России.
Закс вздохнул.
– Боюсь, Ваше Императорское Величество изволит путать банкирский дом с сыскным агентством.
– И тем не менее, господин Закс.
Тот подумав несколько секунд, нехотя проговорил:
– Возможно, Ваше Императорское Величество, банкирский дом Эфрусси смог бы навести справки по какому-то из упомянутых Вашим Величеством дел, но вот сразу по столь многим… Назовите то дело, которое волнует Ваше Величество больше всего, и мы займемся этим вопросом со всей серьезностью.
Усмехаюсь.
– Вы кажется торгуетесь, господин Закс?
Тот парировал (и куда делось все подобострастное верноподданничество?):
– Нет такой заповеди «не торгуйся», Государь.
– Вот и не торгуйтесь, господин Закс. Я жду информации.
* * *
МОСКОВСКАЯ ГУБЕРНИЯ. ИМПЕРАТОРСКАЯ РЕЗИДЕНЦИЯ «МАРФИНО». 15 (28) июля 1917 года
Я выслушал рапорт генерала Кованько, который лично прибыл на открытие аэродрома в Марфино. Да, теперь у меня, всего-то на расстоянии четырех с половиной верст от моей резиденции, был собственный аэродром, причальная мачта и эллинг для дирижабля. И пусть новенькая большая «Империя» вряд ли в него поместится, но для того же «Гиганта» это был вполне достойный гараж. Впрочем, пока это была лишь пустая оболочка, ведь и «Гигант», и «Империя» выполняли сейчас свои собственные задания на разных участках фронта, да и на разных фронтах во всех смыслах этого слова.
Где сейчас «Гигант» я точно не знал. Но за движением «Империи» я следил ежечасно. На карту было поставлено все.
* * *
МОСКВА. КРЕМЛЬ. ДОМ ИМПЕРИИ. 16 (29) июля 1917 года
– Господа, надеюсь, что вы понимаете, насколько это важно.
– Не извольте беспокоиться, Ваше Императорское Величество. Все будет в самом наилучшем виде. Я ручаюсь.
– Надеюсь на вас, граф.
Бенкендорф лишь молча склонил голову.
* * *
МОСКВА. ХОДЫНСКИЙ АЭРОДРОМ. 19 июля (1 августа) 1917 года.
Оркестр. Ковровая дорожка. Сто тысяч подданных. Огромная туша дирижабля, уже пришвартовавшегося и притягиваемого к земле мощными моторами. Тросы зафиксированы. Люки в гондоле открылись.
Официальный визит. Первый официальный визит главы другого государства в Россию за время моего царствования.
Громовой хорошо поставленный голос объявляет:
– Его Королевское Величество Никола Первый, король Черногории и Брды, господарь Зеты, Приморья и Скадарского озера!
Гром оваций и криков приветствия.
– Ее Королевское Величество Милена, королева Черногории!
Новый рев и аплодисменты.
Я встречаю прибывших. Говорю по-русски:
– Рад приветствовать вас в России! У России мало столь верных друзей и столь надежных союзников, каким, без сомнения, является Черногория.
Король отвечает на хорошем русском языке:
– Благодарю вас, Михаил. У Черногории нет и не будет большего друга, чем Россия. Быть генерал-фельдмаршалом Русской Императорской армии большая честь для меня.
Жму руку своему царственному черногорскому собрату.
Продолжаю церемонию.
– Ваше Королевское Величество, разрешите представить вам моего сына. Граф Георгий Брасов.
Необычайно серьезный Георгий склонил голову, приветствуя монарха дружественной державы.
– Ваше Королевское Величество.
– Граф.
Поворачиваюсь к Милене и говорю уже на французском:
– Ваше Королевское Величество, разрешите представить вам моего сына. Граф Георгий Брасов.
– Ваше Королевское Величество.
– Граф.
Та склоняет голову в ответ на поклон Георгия.
Никола улыбается и подмигивает мне. И в этот момент все тот же громовой голос с необычайным восторгом провозглашает:
– Ее Королевское Высочество принцесса Иоланда Савойская!