Владимир Бабкин – 1917: Марш Империи (страница 4)
— В чей адрес?
— В том числе и в свой собственный, проклиная себя за то, что не смог осуществить задуманное. Сейчас с ним работают дознаватели, в том числе и римские. Ваш царственный отец прислал одного из лучших психиатров Италии. Думаю, что со временем у нас будет больше сведений. Служба безопасности и полиция ищут след сообщника или сообщников. Но, Ваше Величество, не следует забывать о другом покушении, о котором предупреждала баронесса Эфрусси де Ротшильд. Возможно было бы благоразумным отменить сегодняшние встречи? Те же суфражистки, с которыми вы желаете встретиться, весьма опасны и терроризм у них в почете.
— Ты же сама докладывала о том, что в среде этих самых суфражисток я весьма популярна.
— Это так, Государыня. Но никто не может гарантировать, что в их рядах не появится та, которая пронесет бомбу или пистолет на эту встречу. Кого-то из них могут подкупить, запугать, шантажировать. Конечно, в зале будет ваша охрана, в толпе будут барышни из службы безопасности, я буду рядом, в конце концов, но…
Императрица покачала головой.
— Нет, Натали. Ты и так вычеркнула из списка всех, кто вызывал у тебя сомнения. Я не могу отказаться от этих встреч. Заседание совета общества «Италия-Россия», доклад принципессы Боргезе о моих интересах в Италии, встреча со знаковыми семьями и людьми на вилле Боргезе, газета, суфражистки те же. Это большая политика и Большая Игра. И ты, как глава моей личной разведки, должна это прекрасно понимать.
— Да, моя Государыня.
— Суфражистки — наши агенты влияния, как сказал бы мой царственный супруг. Они — тот самый вагон динамита, который взорвет патриархальную консервативную Европу. Россия и Ромея уже стали образцом для подражания, и мы должны сохранить идеологическое лидерство среди пассионарной публики.
— Да, моя Государыня.
— И вот еще что, Натали. В Рим прибыла французская Августейшая семья. России нужен союз с Францией и нужны хорошие отношения с французской монаршьей семьей. А посему, мне нужны сведения из первых рук о том, что происходит вокруг юного короля, его королевы-матери и Изабеллы-младшей. И нужно переключить внимание матери и дочери с моей персоны на другие дела и перспективы. Ты меня понимаешь?
— Да, моя Государыня. Задачу я поняла.
Что ж тут не понять, если Изабелла-младшая мечтала (да и мечтает) выйти замуж за русского Императора, а французская королевская семья видит в браке Михаила Второго с итальянской принцессой не только досадное недоразумение, но и прямую угрозу Франции? А при таких раскладах так легко возникает соблазн зайти очень далеко.
Очень далеко.
Если дать такую возможность. И не принять меры предосторожности.
Что ж, как говорится: «Если занять людей их собственным делом, то в чужие дела они уже не сунут носа», не так ли?
* * *
РИМСКАЯ ИМПЕРИЯ. РИМ. САПИЕНЦА — РИМСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ. 24 сентября (7 октября) 1917 года.
И вот теперь Натали стояла у кресла своей повелительницы и готова была в любой момент стать тем последним заслоном, который спасет Императрицу Марию в случае возникновения реальной угрозы.
А собравшейся публике палец в рот не клади, ибо откусят по самое ого-го. Одно слово — суфражистки.
— Кристабель Панкхёрст, Женский социально-политический союз, Великобритания. Правда ли, что многие женщины из Европы и Америки, которые не готовы мириться с ущемлением своих прав, переехали сейчас в Россию и многие из них записались в русскую армию? И второй вопрос, с вашего позволения, Ваше Императорское Величество. Считаете ли вы справедливой борьбу женщин за свои права?
— Благодарю вас за хороший вопрос, синьора Панкхёрст. Да, в Россию и Ромею сейчас устремились многие женщины, это правда. В Единстве не делают различий в правах мужчин и женщин, не случайно наше общество зовётся Единством, а наша основная идея — Освобождение и Служение обществу. Что касается борьбы за женские права в Европе и мире, то, конечно, я им симпатизирую. Однако я против любых насильственных действий, тем более против взрывов бомб и прочего непотребства.
— Но, простите, Ваше Величество, а если мужчины-шовинисты не хотят видеть в нас людей?
Маша развела руками.
— Ну, что я могу тут посоветовать? Боритесь мирными методами. Или приезжайте к нам, у нас всех встречают по способностям, а не по особенностям предметов гардероба. Вообще же, как говорится, мужчинам проще дать женщинам то, что они требуют, иначе они возьмут это сами. Мирными методами, разумеется…
* * *
ИМПЕРИЯ ЕДИНСТВА. РОССИЯ. МИТАВА. ОПЕРАТИВНЫЙ ШТАБ СИЛ СПЕЦИАЛЬНЫХ ОПЕРАЦИЙ. 24 сентября (7 октября) 1917 года.
Слащев обвел взглядом присутствующих офицеров.
— Итак, господа. Поступили новые данные разведки. Судя по всему, германцы начали спешный вывод своих войск из Курляндии. Не мне вам рассказывать об отчаянном положении союзных войск на Западном фронте, а судя по всему, именно туда и перебрасываются войска с нашего участка. Наша задача максимально затруднить и замедлить отвод немецких войск, давая возможность американцам перебросить во Францию дополнительные дивизии.
Граф указал на карту.
— После взятия нашими войсками Либавы, Виндавы, Митавы и Шавли, 20-й армейский корпус немцев оказался на севере Курляндии под угрозой окружения. Сплошной линии фронта там, как вы понимаете, нет, равно как и сил на полноценное окружение у нас недостаточно. Однако, особенности грунта Прибалтийского края и начавшаяся осенняя распутица, привязывают германский корпус к дорогам. По поступившим сведениям, одним из пунктов, через который планируется эвакуация частей корпуса, станет узловая станция Туккум, соединяющая дороги на Виндаву, Митаву и Ригу. После завершения вывода войск, команде минеров поставлена задача уничтожить все стрелочное хозяйство на указанной станции, взорвать вокзальные строения и депо, что, как вы понимаете, весьма затруднит наши собственные транспортные возможности.
Емец смотрел на карту, уже понимая, куда их направят в этот раз. В принципе, Туккум не единственная узловая станция в этом районе, но потеря контроля над ней действительно существенно затормозит немцев.
Генерал меж тем перешел к сути.
— Итак, господа, слушай боевой приказ! Силами Особой моторизированной роты подполковника Емца, совместно с приданным бронепоездом «Меч Освобождения» под командованием подполковника Смирнова, овладеть узловой станцией Туккум и обеспечить сохранность оборудования станции до подхода основных сил русской армии. Командует операцией подполковник Емец. В случае невозможности оборонять станцию, приоритетом будет вывод из строя стрелочного оборудования, без уничтожения прочей инфраструктуры и капитальных строений. Главное — станция Туккум не должна пропускать немцев минимум три дня.
* * *
РИМСКАЯ ИМПЕРИЯ. РИМ. ПОСОЛЬСТВО ИМПЕРИИ ЕДИНСТВА. 24 сентября (7 октября) 1917 года.
Полковник Чернов еще раз перебрал протоколы допроса безумного бомбиста. Почерпнуть в ходе дознания удалось не так уж и много. На первый взгляд действительно похоже, что здесь и в самом деле имеет место классический случай съехавшего с катушек одиночки. Но, кто-то ведь собрал эту злосчастную бомбу для этого горе-террориста? Он ведь ее не на местном базаре купил. Да и путешествие из Португалии в Италию тоже стоит денег, а их у данной персоны отнюдь не так и много за душой. Да и еще одна настораживающая странность — оказался он в нужное время в нужном месте, для того, чтобы суметь забросить бомбу в проезжавшее Императорское авто. И это невзирая на наличие охраны и прочих мер предосторожности.
Случайность? Совпадение? Но Чернову жалование платили вовсе не за то, чтобы он отмахивался от странных совпадений.
Очень похоже, что горе-бомбиста вели и его действиями руководил неизвестный, но опытный кукловод. Однако, как тогда с этим сочетается кустарность бомбы, которая в итоге и не взорвалась? Или она и не должна была взорваться? Поди знай. Хотя эксперты утверждают, что взорваться она вполне могла, и осечка была лишь делом случая и небрежности при ее сборке.
Так что, это или стечение обстоятельств, или же это очень и очень тонкая игра. И, судя по всему, генерал Ходнев придерживается именно второй версии, иначе зачем он поручил следствие именно Чернову с его знаменитой и всех раздражающей въедливостью?
А слухи о том, что именно кричал фанатик, уже поползли. И судя по темпу продвижения сенсации, к ее восприятию уже было все готово.
Но то ли это покушение, которое они ждали сегодня? Или оно только грядет?
Чернов лишь вздохнул.
Нервная у него служба, что и говорить.
Придется копать.
* * *
РИМСКАЯ ИМПЕРИЯ. РИМ. КВИРИНАЛЬСКИЙ ДВОРЕЦ. 24 сентября (7 октября) 1917 года.
И грянул бал в честь двойной коронации, где центральными фигурами были конечно же два новоиспеченных Императора — римский и французский, а с ними вместе и их Августейшие семейства. Что ж, сегодня их праздник, так что даже Император Единства и принц Уэльский должны были поступиться, отойдя на второй план.
— Ваше Императорское Величество! Разрешите отрекомендоваться — капитан Шарль де Голль, личный адъютант Его Императорского Величества Императора Генриха Первого Французского. Нижайше прошу простить мою дерзость, но дозволено ли мне будет похитить вашу камер-фрейлину? Я осмелюсь пригласить мадмуазель Иволгину на танец.