Владимир Атомный – Бастион: поступление (страница 65)

Взоры обратились на “избранника”, я же с всё большим трудом сдерживаю смех.

– Знаете, – Варг прошелся ладонью по приличной щетине, – возник соблазн, дать этой легенде ход. Хах, вот прям назваться первым монахом и основать скит в глубинах северных земель. А что, я это дело люблю – с природой наедине бывать.

– Ну уж нет! – Вероника понарошку нахмурилась. – А ты Матус, когда коней своего воображения запрягаешь, выбирай тех, что гонят потише.

– Ладно, – смирился я.

Мы предались веселью, понемногу возвышая тон. Через полчаса показались три заспанные соломенноголовые рожи. Здесь и хозяин присоединился, сообщая какой интерес вызвал автомобиль и весть о гостях, но перед тем как “выйти на люди”, нужно всё обсудить. В целом, мы и так обязаны зеленоглазому мужчине, задерживаться мыслей нет, однако хозяин – местный председатель – разрешил оставаться столько, сколько нужно. В нашем случае, это подразумевает, что можно возвращаться при необходимости.

Всё потому, что руин оказалось несколько. Авторы книги, описывают храм и поселение возле, довольно мало, больше там уделяется внимание важности ритуалов. В итоге, мы имеем забытый среди предгорий храм и два удалённых поселения. Опять же со слов председателя Верхней Каменки, нужно быть осторожным – тропы старые, а от дорог остались только едва видимые просеки. Самая ближняя точка – покинутая старая деревня, потом будет храм в часах трёх ходьбы, а дальше несколько домов служителей и патриарха. Получается разница примерно в день пути между ближней и дальней точкой, поэтому, мы можем возвращаться или отправлять группу, если что-то найдём. Ну, а старая деревня в полудне отсюда.

В дополнение получили ориентировки по ручьям и родникам – для местных руины тоже привлекательны, особенно детям, к счастью, в храм они не ходят и там могут быть артефакты. Решаем выйти сегодня, после обеда.

– Ты словно немного огорчился, – обратилась магистр.

Идём с Вероникой купить продуктов в местных лавочках.

– Ну, так, самую малость, – отвечаю я. – Просто, ещё ночью захотелось погулять по деревне.

– Дольше, чем сейчас? – уточнила она удивлённо.

– Наверное. Трудно сказать, уже ведь о другом мысли, – улыбаюсь я, заглядывая в глубины фиалковых глаз. – Первый поход на носу, а я и обуви-то туристической не носил.

Вероника озаряется улыбкой перед ответом:

– Всё ясно. Это и мне в редкость, так что будем вместе переживать.

– Хах, да уж.

Дом перед площадью остался за спиной, а почти разошедшиеся люди, встречают любопытством и приветствиями. Ватага детей, в свою очередь, заняла “оборону” вокруг машины и увлечённо исследуют каждую деталь, пара смельчаков уже на крыше. Я с чувством и шумов вдыхаю воздух, такой благоухающий и свежий, вода, предгорья и лес создают просто уникальные условия для жизни, а вторит им солнышко. Оно то спрячется за мясистой тучкой, то вновь зальёт зеленеющую округу светом. Чувствую, как ночные впечатления начинают развеиваться под мощной дневной атмосферой.

Лавочки – это небольшие магазинчики в некоторых домах жителей. Председатель деревни рекомендовал идти сейчас, потому что скоро закроются до четырёх-пяти вечера – таковы местные традиции. Вновь колыхнулись воспоминания о Тохе, где тоже всё давным-давно установилось и время будто на отдых приходит. Я слышал о том, что потоки переселенцев из города в деревню и обратно, примерно равны, поминая Вадо, можно говорить о справедливости таких рассуждений.

Почти все нужные продукты нашлись в первой лавке. Приятная пожилая женщина отпустила нам покупки, а заодно подсказала где найти недостающее. Всё общение проходит тепло и открыто, что соответствует расположению лавки – это часть дома, а за ширмой хозяйского входа уже жилая часть и именно оттуда показалась женщина. Глазам приятно гулять по нескольким полкам товаров и паре холодильников. Маленький, совершенно без броских цветов, магазинчик, где можно зайти за хлебом и проболтать час.

Выходим уже с улыбками и переглядываясь. Дальше путь пролегает по асфальту центральной улицы, добираем необходимое и обратно. В принципе, мне хватило маленькой прогулки, чтобы утолить жажду впечатлений, теперь внимание вернулось к Веронике и скорому выходу в поход. Сегодня девушка вновь в брюках и рубашке цвета хаки – это новый для меня образ, ведь раньше были скорее женственные или строгие. Произошло слияние стиля и вздорности, беспечного веселья, со свойственной Веронике мягкостью граней. И тугая плотная коса лишь добавляет яркости. Но всё же, за простой одеждой не скрыть лица и здесь мою грудь начинает томить чувство – восхищаюсь печатью высокой духовности, сенью человеческого достоинства и совершенством форм и граней. Лик дочери рода Исинн выточен самим Творцом и дарован для вечной неги от созерцания.

Нога спотыкается об последнюю ступеньку, и я досадно растягиваюсь на крыльце. Ушибленные места тут же начали жечь и болеть, но скорей спешу подняться. Девушка бросается на помощь и словно весенним потоком смываются досада и ощущения ушибов. Лицо Вероники оказывает очень близко и дыхание жаром обдало лицо, чувствую рванувшуюся к нему кровь. За протянутую руку берусь символически, предварительно отряхнув свои. Уж не знаю, всё ли поняла по моему раскрасневшемуся виду Вероника, но и сама в смущении.

– Не сильно ударился?

– Всё уже хорошо, почти не болит, – сообщил я.

– Фух, Матус, у меня аж сердце зашлось, – сказала она, распахивая глаза.

– Прости, я чего-то замечтался, – ответил я виновато.

Хорошо, что вопросов о характере мечтаний не последовало и продукты таки прибыли на кухню. Мы решили готовить обед потому, что походная еда всё же ограничена и раз есть возможность, то нужно сберечь. Вскоре ароматные запахи вгрызлись в носы, настырно добравшись до желудков. Уже готов взяться помогать, но места под готовку мало, хватает только на двоих. Все, кроме готовящих Журавля с Гаврилой, уже за столом и с пониманием встречают голодный взгляд, но муки были не долгими, а обед порадовал бесподобным вкусом. Самое то перед дорогой.

Глава 25

Всё же сколько не представляй, а реальность всегда удивит. Второй час мы продвигаемся сквозь леса понемногу забирая выше. Такой богатый солнцем день вдруг обернулся новой стороной – жаркой, когда на плечах дополнительные килограммы – пот льёт ручьём. Впрочем, и тень под лиственными деревьями, и лёгкий ветерок тоже обрели качества – с большим наслаждение подставляю полыхающие лицо с телом под холодящие струи ветра, тут же сменяемые водными по прибытию на источник. Вода просто божественна. В Империи, с очень большим приоритетом стоит вопрос заботы о природе, в частности, это вытекает из многих исследований водных ресурсов. В наши дома вода поступает не просто безопасной, а чистой, пей откуда хочешь, но даже это и тохийское детство не идёт в сравнение с хрустальными ключами гор. Под гнётом сильной жажды, каждый глоток полон удивительных ощущений – одно это уже оправдывает тяжесть пешего пути.

Но есть и другие плюсы, почти каждый поворот диковатой тропы – место для фото. Прекрасные зелёные пейзажи или же восхитительные уголочки леса, стоит им попасться на глаза, как руки тянуться к смартфону. Конечно, я старался фотографировать, но, если бы каждую россыпь камней, каждый звонкий ручей или бурный речной поток попадал в память телефона, мы бы шли вдвое медленней.

Многочисленные птицы, заливисто выводят песни или стрекочут на все лады. Великое множество насекомых постоянно носятся в воздухе, дополняя и без того пышущую жизнью композицию весёлым жужжанием.

Вечер уже основательно взялся красить небо, когда мы поднялись после второго привала. Жара спала и даже более того – сидеть стало прохладно, всё же это предгорья и температура здесь ниже, только поднимаясь с грузом можно ощутить жар, что, со слов Варга, очень сильно компенсирует термобельё, прекрасно выводя влагу и даруя приемлемый уровень комфорта. С удивлением отмечаю, как звуковой фон сменился на более спокойный и размеренный – вместе с солнцем засыпает большая часть живности. Разговоры о городе закончились, теперь все темы о лесе, природе и животных, коих здесь много. Птиц слышно и видно, а дважды мы пугались орлов, что с шумом поднимались ввысь – довольно страшно, когда неожиданно над тобой пролетает нечто с размахом крыльев под два метра. Особенно после городской жизни.

Ёжики, мыши, змеи, зайцы – за короткий промежуток времени мы встретили многих. Рыжие хвостом мелькала лица, а ниже тропы, на одном из пригорков, Вероника заметила кабана. Меня всё это привело в сильное возбуждение, смотрю во все глаза и радуюсь каждой живой твари. Это и удивительно, и неожиданно, всё же Тоха хоть и деревня, но там в основном зайцы, птицы и мыши. Рыбалка ещё, где можно встретить ондатру или бобра. Да и отвык я от живого мира.

Сумрак уже основательно занял все низменности и овраги, когда мы наконец вышли к заброшенной деревеньке. Старая Верхняя Каменка выглядит очень внушительно в закатном свете и даже настораживает. Домов около тридцати, с небольшими расстояниями между. Всё давным-давно брошено и поросло травой, мхом и даже деревьями. То тут, то там, на скопившихся с каждой осени листьях на крышах, растут молодые деревца. Хотя от крыш осталось лишь название – почти в каждой дыры, и торчат, словно рёбра, чёрные балки. Удивительно, но большая часть стёкол на месте, кирпичная кладка тоже держится, только штукатурка почти до низу облупилась. Плетуны и трава уже вовсю захватили стены, да так, что дома почти зелёные. Мысли об остановке в них сразу улетучились.