Владимир Атомный – Бастион: Хрустальный плен (страница 20)

Затем оглядываю друга и губы тянет в улыбке. Сапа всё такой же, каким его запомнил на церемонии поступления: светлая шевелюра окрашена в чёрный, простоватое лицо, вздёрнутый нос и малахитовые глаза. Но взгляд всё же изменился. Точно скажу, не было и этих желваков. Мимика Сапы не намекала на трагизм никогда, а сейчас присутствует его оттенок.

– Здорова, Матус! – выпустил друг слова. – Как хорошо, что пришёл, мы ждали!

– Да-да, я надеялась, что придёшь, – кивнула головкой Агния.

– Спасибо, очень рад вас видеть… вместе.

– Тебе спасибо! – вскричали брат с сестрой.

Мы расселись за парты, всё норовя пересечься взглядами и улыбаясь. Признаться, не могу на них наглядеться.

– Это крутотень, Матус, просто вообще! Как вам удалось и как Вероника там? – посыпались вопросы от Сапы. Агния слегка помрачнела лицом и почему-то посмотрела на место, где под рубашкой висит кулон.

От них скрывать ничего не нужно, поэтому вкратце пересказал часть случившегося. Нас прервал начавшийся урок и было договорено продолжить на большой перемене. В лучших традициях Вероники, я решил пригласить их в кабинет председателя.

Идём навеселе, поглядывая на агниевскую экспозицию и в окна, на двор школы. Знакомый и родной коридор привёл к резной двери в председательскую, я только сейчас подумал, что она может быть заперта. Но это не беда, можно и в столовой посидеть или даже на крыше, пусть там и холодно. К счастью, в кабинете оказались Светлана и Регина. Старкоординатор – моя глава, но в исключительном случае, если понадобиться моё решение, то наоборот.

Поздоровались. Брат и сестра Волох немного засмущались, я же решил объясниться:

– Вот, зашли на перемене поболтать о разном, но не будем мешать – в столовую пойдём, – улыбнулся широко я.

– Мы за бумагами только, так что оставайся, – произнесла Регина, своим характерным чуть срывающимся голосом. – Кстати, Свет, надо Матусу ключ тоже дать.

– Уверены? – всё же уточнил я, продолжая стоять впереди Агнии и Сапы. – Нам не трудно.

– Без сомнений, – подтвердила Светлана с улыбкой. – Я бы сама почирикала с вами, но Вероника перепоручила нам работу с документами. Это полнейший ад! И как только ей удаётся всё самой делать?..

Я получил ключ и мы тепло попрощались. Тут же начал хлопотать над друзьями, усадив в низкие кресла перед столиком. Мне уже знакома эта тёмно-коричневая классика кабинета, но ребята с удовольствием разглядывают детали. Нужно побольше дать времени, поэтому взялся за приготовление кофе, в надежде, что многие разы наблюдений за истинной хозяйкой кабинета, помогут сделать всё верно. Воодушевляет ещё и волнующий аромат её парфюма, витающий здесь.

Сам рассказ много времени не занял, учитывая, что контур уже был намечен в классе, больше мы обсуждали трагизм случившегося и выражали сожаления. Под пряный аромат кофе, в окружении терпкой атмосферы классического кабинета, я впервые нахожусь в обществе Агнии и Сапы одновременно. Такое странное чувство, ведь раньше мы только индивидуально виделись и даже возникают комичные паузы, когда брат с сестрой переглядываются друг с другом вырабатывая манеру разговора – кому говорить, а кому слушать.

Мы пришли к выводу, что одноклассники, которые попеременно общались то с одним, то с другим учеником под фамилией Волох, теперь словно бы забыли их. Не до конца, но воспоминания в тумане, при этом каких-либо неудобств от присутствия брата с сестрой нет. Зато имевшие только индивидуальный контакт, как например Светлана или участники клуба “Рыцари Сети”, помнят всё отлично.

Сапа оживился, стоило помянуть клуб, и попросился сходить к ним, за одно и перепроверить наше предположение. Я кивнул, провожая друга улыбкой и взглядом. Всё же ему нравится штурмовать киберпьедестал.

– Матус, – пролепетала Агния, – как же так получилось?..

Я накрыл её кисть своей, чуть сжав.

– Что ты имеешь в виду?

– Ну, всё это проклятие, наших родителей, одноклассников? Неужели есть люди, – дрожащим голоском сообщает она, – способные на такие массовые злодейства?

– Мы разберёмся, – пообещал я, ощутив вдруг, что вхожу в мир, откуда уже не вернуться, – скоро Вероника воплотится и мы будем исследовать этот вопрос.

Агния подняла серые озёрца глаз с узкой тёмной каёмочкой и перехватила мой взгляд.

– Это же опасно, Матус! – воскликнула она, больше опаляя эмоциями, чем тоном голоса.

– Всё будет хорошо, мы будем осторожны, – мягко заверил я.

– Знаешь, тебе надо приглядывать за Вероникой, похоже она совсем не бережёт себя, – добавила Агния, вдруг погрузившись в мысли и отпив кофе. – Я обещала кое-что…

Не успел я прокомментировать её просьбу, как девушка встала и с румянцем на щеках, протянула руку к моей голове. Я замер от неожиданности, а маленькая и красивая ладонь начала гладить меня по голове. Это вызвало приятные волны по телу. Я смутился.

– Помнишь, на крыше?– напомнила девушка-ангел. – Матус, спасибо за спасение.

Мир словно замер, а потом крутнулся вокруг меня, принимая привычную форму. Конечно лучше, когда гладит Агния, чем бы я сам себя похвалил и, стоит признать, что награда радует.

– Да… Очень приятно.

– Хи-хи, это хорошо! – ответила Агния, садясь обратно.

Я вгляделся в милые и желанные черты лица, впитал образ с чудесным румянцем и поблёскивающими озорством глазами. В миниатюрном и прекрасном теле Агнии живёт довольно бесноватый дух, творческих сил у коего немеряно. Сейчас, когда жить можно на всю катушку, мне кажется, что девушка начнёт проявлять ещё больше талантов. Хорошо, что могу быть рядом и если что оградить, ведь на лицо неуёмная жажда жизни, помноженая на беспечность, так легко читаемую в её воздушном образе, волшебных формах тела, волнительных чертах лица.

Уже давно, с момента прочтения комикса, хочу высказать Агнии впечатление от их совместной работы со Светланой. Сейчас самое подходящая время.

– Знаешь, я ведь прочёл Монолит Судеб, – с улыбкой произнёс я, ожидая реакции. Агния не подвела – лицо озарилось и глаза расширились в ожидании.

– И как тебе?

– Честно сказать или чуть приукрасить? – пошутил я, наслаждаясь красками эмоций на лице девушки. – Шучу! Конечно, сама история очень увлекательная! Не терпится узнать, что же там дальше. Герои харизматичные и сразу полюбились, особенно Ингварь. Остро ощущается нужда и горе. Всё выражено в красочной картине, в превосходных ракурсах. Просто дух захватывает! Ты удивительный художник, я наслаждаюсь твоими работами и чувством момента. Ведь в комиксах так важно уместить в кадр достаточно смысла. И ты это делаешь. Где надо – филигранная прорисовка, в иных местах, где важна больше сцена, атмосфера, масштабность и многоплановость – ты словно небрежно отмахиваешься от деталей, наделяя образы могучим излучением жизни и самобытности. Я восхищён!

Пока говорил, личико художницы набиралось краски, сейчас же смущение совсем смутило Агнию и она опустила светловолосую головку.

– С-спасибо, Матус, – прошептала она.

– Практически не за что, моя роль отразить, словно зеркало, – патетически закончил я.

– Я… в общем, я буду ещё стараться…– отвечает Агния.

У меня, как обычно, нутро взыграло от чувств.

– Только не считай это долгом или обязанностью, понимаешь…

– Погоди! Это не так, – уже спокойней пояснила она, – ты наоборот вдохновляешь меня, это очень важно – иметь вдохновение. Так что я буду рисовать ради тебя!

Агния теперь уже подняла голову и устремила на меня полный огня взгляд в своей манере сжав кулачки. Я растаял от умиления и счастья. Это несомненная щедрость мира! Через нашу Империю, через Ружияр и Бастион, через родителей Агнии и Вероники, она возносит меня раз за разом на вершину эстетического удовольствия. Блаженство и нега, нега и блаженство.

Глава 16

Время потекло быстрее. Если раньше я как-то разбивал его на куски, где ключевыми точками были встречи с Вероникой, то ввиду нового положения дел, учёба заняла преимущественное место и жизнь стала насыщеннее. Сообщения от Вероники я перечитывал много раз. Указания помню хорошо, и если с Агнией и Сапой всё вышло вполне сносно – завязались отношения с одноклассниками, друг увлекался клубом, а девушка работой над комиксом, то в плане Георга и магического инвентаря – чуточку переживаю.

Брат и сестра Волох рассказали о том, как буквально спустя минуты после моего ухода, к дому примчалась кавалькада автомобилей. Георг вошёл в дом первым, сопровождаемый группой из десяти персон. Там были пожилые и зрелые люди. Наверняка, все имеют высокие чины в Империи. Вопросы, впрочем, особой дотошностью не отличались. Пришедшие довольно корректно и вежливо расспросили о наблюдениях, чувствах и тому подобном, но ребята рассказали практически правду, что только проснулись и ничего не понимают. Вскоре комиссия ушла.

Мне это не совсем понравилось и дело не во вторжении. С ним всё ясно – магические происшествия требуют экстренных мер, но возможность выхода специалистов на дом, меня и Веронику – грозит большими неприятностями. Пока все во всём разберутся всякое может случится.

Везти сумки в имение совсем не хочется, хотя Вадо сказал, что в принципе это возможно и напомнил о секретном словосочетании, указывающем на исключительные обстоятельства требующие экстренных мер. Но я думаю, что Вероника знала о чём говорила, наставляя не открывать их – это будет гарантией, вот и буду следовать.