Владимир Антонов – Яков Серебрянский (страница 5)
Октябрьская революция в Петрограде и Москве была воспринята в Баку положительно, поскольку в городе и его окрестностях концентрировалось более трети закавказского пролетариата, а большинство бакинских рабочих симпатизировали левым эсерам и большевикам.
Что касается большевиков, то они имели серьезное влияние лишь в пролетарском Баку благодаря большому количеству рабочих, занятых на нефтепромыслах.
13 ноября 1917 года по инициативе Бакинского комитета большевиков Бакинский совет рабочих и солдатских депутатов первым в Закавказье вынес постановление о переходе власти в руки Совета и повел борьбу за ее укрепление.
В декабре 1917 года Исполком Бакинского совета принял решение о создании Красной гвардии. Как отмечали указанные выше историки И. Линдер и С. Чуркин, «первые отряды Красной гвардии были созданы в Черном городе и Балаханах. В феврале 1918 года в отрядах Красной гвардии в Баку насчитывалось уже 3500 человек».
30 марта 1918 года в Баку был поднят антисоветский мятеж мусаватистов, подавленный вооруженными силами Бакинского совета. Весной и летом 1918 года Советы взяли власть в Кубе, Шемахе, Ленкорани, Сальянах, Джевате и ряде других уездов.
25 апреля 1918 года на заседании Бакинского совета большевиками и левыми эсерами было создано советское правительство (Бакинский совет народных комиссаров, явившийся органом пролетарской диктатуры) во главе с руководителем большевиков Закавказья Степаном Шаумяном[4] – Бакинская коммуна. Следует, однако, отметить, что она контролировала лишь часть территории Закавказья.
Бакинский СНК действовал под руководством СНК РСФСР и, сообразуясь с местными условиями, проводил в жизнь его декреты и распоряжения (национализация нефтяной промышленности, банков и каспийского торгового флота). На предприятиях и в учреждениях вводились рабочий контроль и восьмичасовой рабочий день, повышалась зарплата рабочих.
Бакинская коммуна являлась единственным оплотом советской власти в Закавказье, где против нее вели борьбу все силы внутренней контрреволюции, английские и германо-турецкие интервенты.
Обстановка осложнялась еще и тем, что в республике отсутствовал прочный союз между многонациональным бакинским пролетариатом и широкими массами трудящихся крестьян. Власть во многих уездах находилась в руках буржуазных националистов – мусаватистов.
Важную роль в политической жизни Баку играл Центрокаспий (Центральный комитет Каспийской военной флотилии) – высший выборный орган Каспийской военной флотилии, созданный в Баку в первой половине 1917 года, в котором большинство тогда составляли меньшевики и эсеры.
И хотя первый съезд моряков Каспийской флотилии приветствовал Октябрьскую революцию и поручил Центрокаспию поддерживать только ЦИК Бакинского совета рабочих и солдатских депутатов и проводить в жизнь директивы СНК и Бакинской коммуны, его неоднородный состав мешал претворению в жизнь этих поручений. Как уже отмечалось, в первом составе Центрокаспия преобладали эсеры и меньшевики, которые стремились превратить его в центр антисоветской деятельности. После падения советской власти в Баку (31 июля 1918 года) Центрокаспий фактически перестал существовать.
В июле 1918 года началось наступление турецких войск на Баку. В их поддержку практически открыто выступили мусаватисты. 25 июля на заседании Бакинского совета им, а также эсерам, дашнакам и меньшевикам удалось провести решение о приглашении в Баку английских войск.
В последних числах июля турецкие войска подошли к городу. С юга (из Ирана) на Баку двигались английские войска. В этой обстановке 31 июля советская власть в Баку временно пала.
1 августа 1918 года в противовес СНК контрреволюционные силы создали антисоветское правительство – так называемую Диктатуру Центрокаспия, – которое просуществовало до середины сентября 1918 года.
4 августа 1918 года Баку был оккупирован английскими войсками. А в середине сентября в город вошли турецкие войска (Кавказская исламская армия).
После Февральской революции 1917 года Серебрянский восстановил свое членство в партии эсеров и стал партийным активистом. Он вошел в состав Бакинского совета, а с марта 1917 года начал работать в Бакинском продовольственном комитете.
От партии социалистов-революционеров Серебрянский избирается делегатом 1-го съезда Советов Северного Кавказа. После освобождения Баку от мусаватистов служил в Красной армии, являясь начальником отряда Бакинского совета по охране продовольственных грузов на Владикавказской железной дороге.
В 1918 году на квартире у своего друга и коллеги по Бакинскому совету и эсеровской партии Марка Беленького Серебрянский познакомился с его восемнадцатилетней сестрой Полиной. Между молодыми людьми завязались романтические отношения. Впоследствии Полина стала женой Якова и разделила с ним все трудности и испытания непростой жизни разведчика-нелегала.
Здесь следует отметить, что после раскола в конце 1917 года эсеровской партии политические пути Якова и Марка временно разошлись: один примкнул к правым, а второй – к левым эсерам. Однако в 1920-е годы они снова сошлись в одной партии – партии большевиков.
Марк Натанович Беленький (1890–1938), партийный и хозяйственный деятель СССР, родился в Баку в многодетной еврейской семье.
Как писал в автобиографии сам Марк Натанович, обстановка в семье и окружение способствовали раннему формированию у детей «революционных настроений и мировоззрения».
Марк являлся членом Партии социалистов-революционеров (ПСР) с 1905 года. Дважды подвергался аресту, около девяти лет провел в эмиграции. Получил медицинское образование в Париже по специальности «невропатолог». Во время Первой мировой войны работал во французском госпитале. Возвратился в Баку в августе 1917 года. В 1918 году работал в Комиссариате здравоохранения. В августе 1918 года переехал с семьей в Персию. В 1919 году нелегально вернулся в Баку и работал в подполье. Член РКП(б) с 1920 года.
В 1931–1934 годах занимал должность заместителя наркома снабжения. Затем – заместитель наркома пищевой промышленности СССР.
Арестован 9 ноября 1937 года. Расстрелян 8 февраля 1938 года. Реабилитирован.
Гилянская Советская Республика
31 июля 1918 года Бакинская коммуна пала. В начале августа город заняли английские интервенты. Чтобы избежать репрессий, Серебрянский в мае 1919 года переехал в персидский город Решт. Несколько ранее, спасаясь от бедствий Гражданской войны, туда же перебралась семья Беленьких, в том числе и Полина.
Как и в наши дни, Решт в те годы являлся центром исторической провинции (остана) Персии[5] Гилян, занимавшей юго-западное побережье Каспийского моря. Население города в то время составляло около пятисот тысяч жителей. Расположен он на равнине к югу от Каспийского моря. Уже тогда город считался крупным торговым узлом благодаря близости к порту Энзели, развитому сельскому хозяйству в регионе и активной торговле с прикаспийскими странами.
Британский военачальник, генерал-майор Лионель Чарлз Денстервиль, возглавлявший английский экспедиционный корпус в Баку, а затем эвакуировавшийся со своими подразделениями в Персию, дал в свое время следующее описание провинции Гилян:
«Прикаспийская Гилянская провинция Персидского шахства – это узкая полоса территории, расположенная на юго-западном берегу Каспийского моря. Гилян граничит на западе с Талышем и на востоке с Тоннекабуном. Эльборский горный хребет отделяет его от Эрака Аджема. Гилян богат лесами, расположенными на склонах гор, обращенных к морю.
Решт, главный город провинции Гилян, расположен милях в двадцати от порта Энзели-Казиан.
Сама гавань образована двумя песчаными косами, имеющими подобие гигантских ножниц и заключающими в себя неглубокую лагуну. На западной косе расположен старый персидский город Энзели, на восточной же – новый русский город Казиан, выстроенный русскими в связи с заключением с Персией ценных торговых концессий. Всего несколько сотен ярдов[6] водного пространства отделяют эти два города. В Казиане расположены почти все судостроительные верфи. В Энзели же находятся торговые помещения, банки и гостиницы, здесь и ведется вся торговля».
Еще в ходе Иранской революции 1909–1911 годов провинция Гилян являлась ее важным революционным центром.
Год спустя после революции в лесах провинции сформировалось движение дженгелийцев (лесные братья, от персидского дженгель – «лес»), недовольных правлением шаха. Участниками этого движения являлись представители всех социальных слоев: прогрессивные либералы, конституционные демократы из интеллигенции, крестьяне и батраки, мелкая городская и сельская буржуазия всех национальностей: азербайджанцы, туркмены, талыши, курды, персы.
В мае 1920 года российская Волжско-Каспийская военная флотилия под командованием Федора Раскольникова и Серго Орджоникидзе была направлена правительством Советской России в Энзели. Формально – с целью возвращения российских кораблей, которые увели в Персию эвакуировавшиеся из российских портов белогвардейцы генерала Деникина. Другая цель – противостояние англичанам путем установления советской власти в Иране. Вскоре части Красной армии, преследовавшие отряды белогвардейцев и англичан, вошли в Персию. Руководство флотилии выдвинуло британским войскам, занимавшим город Энзели, ультиматум с требованием вернуть корабли. По истечении указанного в ультиматуме срока начались боевые действия. Британцы и белогвардейцы отступили. Советская Россия вернула контроль над своими кораблями.