Владимир Антонов – 100 великих разведчиков России (страница 7)
У нас почти никто не склонен видеть в агенте лицо, исполняющее скромный долг перед родиной вопреки, например, французам, немцам или англичанам, которые в качестве частных лиц помогают полиции в раскрытии преступлений и публично гордятся каждым представившимся случаем, который дает им возможность исполнить эту патриотическую обязанность.
Таким образом, при беседах с новыми внутренними агентами необходимо больше всего убеждать их, что они отнюдь не презренные шпионы, а лишь сознательные сторонники правительства, которые борются с беспочвенными проходимцами, посягающими на спокойствие, честь и национальное достоинство России».
Одновременно следует подчеркнуть, что, располагая устойчивыми дружескими отношениями со многими французскими государственными деятелями и обширными связями в высших французских кругах, Рачковский получал важную информацию политического характера.
Петр Рачковский быстро добился видного положения в высшем парижском обществе. Его светская жизнь была весьма разнообразна. Утром его можно было видеть на парижской фондовой бирже, днем он встречался в ресторанах с редакторами ведущих парижских газет и журналов, вечером давал роскошные приемы на собственной вилле в Сен-Клу. Он был близко знаком со многими видными сотрудниками французской контрразведки, министрами, лидерами политических партий.
Следует подчеркнуть, что Рачковский активно работал не только по линии своего департамента. Он был опытным разведчиком и оказывал своей стране неоценимые услуги в плане укрепления русско-французских отношений. Французы доверяли Рачковскому и нередко пользовались его услугами. Так, именно ему, а не французскому послу в России маркизу де Монтебелло, была доверена организация визита министра иностранных дел Франции Теофиля Делькассэ в Петербург.
Аналогичная ситуация возникла и с тогдашним президентом Франции Лубэ. Когда последнему пришлось ехать в Лион, где, как предполагалось, на него будет совершено нападение, президент Франции доверил охрану своей личности Рачковскому и его агентуре, «полностью полагаясь на полицейский талант и организаторские способности» русского представителя.
Агентура Рачковского активно действовала не только во Франции, но и в Великобритании, Германии, Италии и Швейцарии. Так, в Швейцарии, центре российской политической эмиграции, агентура Рачковского имела на своем содержании трех женевских полицейских, которые черпали секретную информацию для разведчика прямо из полицейских досье и строго следили за правильностью изложения разведывательных данных, добываемых для правительства Швейцарии и передаваемых России.
Одна из французских газет писала в период пребывания Рачковского в Париже об этой незаурядной личности: «Если вы встретите его в обществе, вы никогда ничего не заподозрите, поскольку ничего в его внешности не выдает его зловещей миссии. Полный, неугомонный, с не сходящей с лица улыбкой… он выглядит добродушным веселым парнем – душой общества… Но на самом деле он самый искусный из агентов, работавших во всех десяти столицах Европы».
Отметим, что Рачковский был человеком больших организаторских и творческих дарований. Возвратившись в Россию в 1903 году и будучи назначенным вице-директором Департамента полиции, он создал и возглавил при Министерстве внутренних дел специальный секретный отдел для получения доступа к архивам и шифрам иностранных посольств и миссий, аккредитованных при царском дворе. В частности, он лично разработал и возглавил операцию по добыванию английских дипломатических шифров, используя для этого содействие начальника канцелярии посольства Великобритании в Санкт-Петербурге.
В 1906 году Петр Рачковский вышел в отставку. Скончался 1 ноября 1910 года в поместье Режица Витебской губернии.
Николай Батюшин
Важным источником российской военной разведки начала XX века являлся один из руководителей австро-венгерской военной разведки того периода полковник Альфред Редль, от которого на протяжении десяти лет поступала исключительно ценная военная и политическая информация.
В начале 1900-х годов тогда еще капитан Альфред Редль, являвшийся перспективным сотрудником австро-венгерского Генерального штаба, был командирован в Россию для изучения русского языка и обстановки в этой «недружественной Австро-Венгерской монархии» стране. Некоторое время он провел на стажировке в военном училище в Казани, где завел обширные связи среди местных офицеров и гражданских лиц.
Российские коллеги Редля, внимательно наблюдавшие за разведчиком, провели его тщательное изучение и собрали обширный материал, касающийся его сильных и слабых сторон, увлечений, особенностей характера.
После возвращения Редля в Вену, подробная характеристика на него была направлена руководителю российской военной разведки в Варшаве полковнику Батюшину (именно с территории Варшавского военного округа осуществлялась в то время организация разведывательной работы по Австро-Венгрии). Батюшину было рекомендовано «продолжить изучение капитана Редля с целью возможного привлечения его к сотрудничеству».
Николай Степанович Батюшин родился 10 марта 1974 года в Астраханской губернии в мещанской семье. В 1890 году с отличием окончил Астраханское реальное училище и, успешно сдав экзамены по «математическим предметам», был зачислен рядовым юнкером в одно из старейших военных учебных заведений России – Михайловское артиллерийское училище в Санкт-Петербурге. В 1893 году окончил училище по первому разряду и направлен подпоручиком в 4-ю Конно-артиллерийскую батарею Виленского военного округа. В 1895 году произведен в поручики.
В 1899 году Батюшин окончил Николаевскую академию Генерального штаба по первому разряду. За отличную учебу был произведен в штабс-капитаны. После успешного завершения учебы в академии он был откомандирован по старому месту службы в свою часть (в Виленский военный округ), но со специальной пометкой в офицерском аттестате: «для ближайшего ознакомления со службой Генерального штаба в масштабах округа». Иными словами, молодой офицер был допущен до самых важных военных тайн округа. А уже в сентябре 1901 года приказом по Генеральному штабу Николай Батюшин был «причислен к Генеральному штабу с назначением на службу в Варшавский военный округ». Этим приказом 27-летний штабс-капитан получил направление на освоение новой для себя военной специальности – разведки. Вскоре он был произведен в капитаны.
Батюшин являлся участником Русско-японской войны. С октября 1904 года в звании подполковника он занимал должность помощника старшего адъютанта управления генерал-квартирмейстера 2-й Маньчжурской армии.
В мае 1905 года Батюшин возвратился в штаб Варшавского военного округа и был назначен руководителем подразделения разведки и контрразведки. В этой должности он проработал до начала Первой мировой войны. В декабре 1908 года был произведен в полковники.
Позже в своей книге «Тайная военная разведка и борьба с ней» генерал-майор Батюшин напишет: «Особенную пользу принесло мне почти десятилетнее пребывание в должности начальника разведывательного отделения нашего главного военного округа – Варшавского, на долю которого приходилось две трети границы с Германией и Австро-Венгрией».
Во время Первой мировой войны Батюшин являлся начальником разведывательного отделения штаба Северо-Западного фронта. С декабря 1915 года – генерал-майор.
В связи с присвоением Н. С. Батюшину воинского звания генерал-майора хотелось бы обратить внимание читателя на следующий интересный момент. Видные российские историки отечественных спецслужб И. И. Васильев и А. А. Зданович в одной из своих работ подчеркивали: «В русской армии со времен Петра I генералы обязательно обозначались по роду войск: от инфантерии, от кавалерии, от артиллерии. В XX столетии, открывшем эпоху тотального шпионажа, который окончательно оформился в годы Первой мировой войны, впору было бы ввести генеральское звание от разведки и контрразведки или, по-нынешнему, генерала от спецслужб.
Полновесное генеральское звание за заслуги в освоении нового вида оружия, годного и для мирного, и для военного времени, в российской армии первыми получили два кадровых военных – Николай Августович Монкевиц и его тезка Николай Степанович Батюшин (а мы добавим – оба военные разведчики и контрразведчики. –
История повторяется. 10 ноября 2015 года руководителю Министерства внутренних дел Российской Федерации Владимиру Александровичу Колокольцеву Президентом России было присвоено специальное звание генерала полиции. Это звание соответствует воинскому званию генерала армии. Ранее руководитель министерства имел звание генерал-полковника полиции.
Но вернемся к Николаю Степановичу Батюшину.
Указанные выше историки отечественных спецслужб следующим образом характеризовали генерал-майора: «Он отличался исключительной работоспособностью, инициативой, системностью оперативного мышления, имел богатый кругозор специалиста, что позволяло ему принимать нешаблонные решения».
Николай Степанович Батюшин являлся кавалером шести российских орденов и трех боевых медалей.
В начале 1917 года Батюшин возглавил комиссию по борьбе со шпионажем при штабе Северного фронта. С конца 1918 года участвовал в Белом движении. После эвакуации из Крыма проживал в Белграде. Преподавал в белградском отделении Высших военных научных курсов генерала Н. Н. Головина. Во время Второй мировой войны выехал в Бельгию.