Владимир Анин – Консул Горский. Громкое дело в Триесте (страница 8)
Горский на минуту оторопел. Он понимал, что ничего действительно опасного ему не угрожает, но ему было неприятно, что какой-то бандюк посмел ворваться в его вечер. И особенно неприятным было то, что все это происходило совсем не в горячей точке. Медленно, стараясь не провоцировать гонца, он сказал:
– Я – Генеральный консул Российской Федерации. Уберите пистолет и убирайтесь отсюда.
– Ха! Это тебя не спасет! Передай девке, мы найдем ее. А ты беги из города и не суй свой нос в чужие дела.
Также внезапно, как и появился, незнакомец исчез.
Праздничное настроение улетучилось. Дмитрий подумал, что имеет дело с наглым и отчаянным противником, склонным к демонстративным действиям и бескомпромиссным поступкам. Это же насколько нужно быть уверенным в себе, чтобы на глазах десятков людей с пистолетом в руке нападать на российского консула.
* * *
Однако Горский во всем умел находить хорошее. И сейчас он словил себя на мысли о том, что поскольку преступники до сих пор не знают, где находится Бельцова, Наташу Боски можно исключить из числа подозреваемых. Какую бы тайну она не прятала от него, но она точно не имеет отношения к албанцам, во всяком случае, к этой банде.
Тем не менее не сегодня – завтра они их найдут. Триест не такой большой город, а албанская преступная сеть, судя по тому, как быстро они среагировали на его действия, достаточно эффективна.
Они потеряли нас в торговом центре, рассуждал Дмитрий, но к концу завтрашнего дня тем или иным способом они вытащат информацию из камер видеонаблюдения, а по номеру машины Наташи без труда определят, где она живет. Остальное – вопрос техники. Скорее всего они установят наблюдение, наверное, даже неприкрытое, устрашающее. Как в таких обстоятельствах поведет себя Бельцова, он не знал. Да и Наташе такие уроки русского точно не нужны.
Что же делать? Как обезопасить эту женщину, не отправляя ее на родину против воли? Горский пытался найти решение по пути в гостиницу. Гулять расхотелось, елочные огни потускнели, а прохожие перестали казаться такими безусловно милыми.
Отнестись к проблеме формально, ограничившись очередным посещением задержанных в тюрьме, он не мог, но и четкого плана действий не было. Он не знал подробностей о деятельности банды, кроме того факта, что россияне были задержаны в составе албанской группы, он не знал ни о степени их вовлеченности в преступные дела, ни о том, какое отношение они имели к гибели детей. Кем были эти дети? Почему и при каких обстоятельствах они погибли? Было ли это случайностью или спланированным убийством? Кто конкретно убил детей?
Насколько активным участником банды был Бельцов? Какова истинная роль Вадима?
Дмитрий чувствовал, что старший Астафьев станет не меньшей проблемой. Как человек, явно склонный контролировать все и всех, учитывать исключительно собственное мнение, генерал Астафьев едва ли будет прислушиваться к рекомендациям консула.
Холодало. Быстрым шагом Дмитрий приближался к отелю. Он не ожидал больше никаких сюрпризов, но ему хотелось побыстрее оказаться в гостинице. Он вошел через парадный вход, окинул взглядом лобби. Ничего, на что стоило бы обратить внимание.
* * *
Горский поднялся в номер, включил свет, задернул шторы, заказал легкий ужин.
Он понял, что отъезд в Милан придется отложить. Ему нужна была помощь на месте. И речь шла не о дружеской услуге, ему нужна была помощь властей, чтобы обеспечить безопасность Ксении. Но к кому можно обратиться, кому можно доверять? Он не понимал. Единственный облеченный властью и полномочиями человек, которого он знал в Триесте, был начальник полиции. Наверное, завтра стоит его посетить, подумал Горский.
Внезапно зазвонил телефон. Дмитрий посмотрел на часы: начало одиннадцатого, номер неизвестен. Кто бы это мог быть? Горский не любил ночные звонки. Обычно они не несли ничего хорошего, но как консул, он обязан отвечать в любое время суток.
– Слушаю.
– Добрый вечер, – раздался отдаленно знакомый голос. – Синьор консул, простите за такой неурочный звонок. С вами говорит начальник полиции Умберто Дзиани.
На ловца и зверь бежит, подумал Дмитрий. Однако, что ему нужно? Едва ли он станет звонить просто так после десяти вечера.
– Добрый вечер, синьор квесторе! Что-то произошло? – спросил он.
– Синьор консул, не могли бы вы завтра утром заехать ко мне?
Хотя в интонации итальянца читался вопрос, Горский чувствовал, что это такое приглашение, которое не обсуждается. Он попробовал вывести полковника на разговор, но тот, кажется, не планировал делиться подробностями.
– В какое время мне быть? – сдался Дмитрий.
– В девять. Хорошего вечера.
– Хорошего вечера.
Дмитрий заволновался. Что же такое могло произойти, если начальник полиции избегает говорить об этом по открытой линии связи? В одном он был уверен, звонок Умберто не связан с Ксенией. И это его радовало. Если бы там что-то произошло, Наташа уже дала бы знать.
Что же, будет день, будет пища.
ГЛАВА 6
ПОКУШЕНИЕ В «ЭРНЕСТО МАРЕ»
Наступило утро. События последних дней накатывали, как снежный ком. Он открыл ноутбук, чтобы просмотреть местные новости. Заголовки не радовали. «Раненный полицейский скончался». «Албанская мафия терроризирует Италию». «Русский след». «Кто виновен в гибели детей?». «Кто ответит за сержанта Герра?». «Пора закрыть Италию для нелегалов»» “Раскрыта банда по перевозке людей с Ближнего Востока». «Русский бандит покончил собой в тюрьме «Эрнесто Мари»».
Так вот в чем дело, подумал Дмитрий. Похоже, речь идет о Бельцове. Астафьев явно не относился к тем, кто готов решиться на суицид. Других россиян там не было. Настроение у Горского совершенно испортилось. Он позвонил Наташе.
– Добрый день, – Наташа ответила сразу. – Мне кажется, я знаю, почему вы звоните.
– Добрый. Вы угадали. Наташа, я ничего не знаю толком, но заголовки местных СМИ наводят меня на грустные выводы. Может быть вам известно что-то, о чем не упоминалось в статьях?
– К сожалению, нет. Судя по тому, что и как написано, полиции пока удается хранить тайну. Но на полдень назначена пресс-конференция. И тогда мы получим больше информации. Я тоже буду там.
– Не хотелось бы паниковать раньше времени, тем не менее я хочу попросить вас оградить Ксению от любых новостей. Мы не знаем, как она отреагирует на события в тюрьме и на какие поступки готова будет пойти. Не хотелось бы, чтобы ее опрометчивые действия внесли дополнительную сумятицу в и без того запутанную ситуацию.
– Дмитрий, я сделаю все, чтобы она ничего не узнала. Телефонов у них нет, а модем я сейчас отключу.
– Наташа, я вам очень благодарен. Вы взяли на себя огромную часть моих забот.
– Не стоит.
– Стоит. Еще как стоит. Да и вот еще что, если вдруг кто-то поделится с вами хотя бы минимальными деталями, сразу же звоните мне. Я сейчас поеду в полицию и постараюсь выяснить, что там произошло на самом деле. Чем больше я буду знать, тем больше они мне расскажут.
– Удачи вам! И нам, – Наташа закончила разговор.
* * *
Горский закрыл глаза. Такие напряженные моменты уже бывали в его дипломатической карьере. И не раз. Главное, не делать поспешных выводов и не терять самообладания. Действительность скорее всего существенно отличается от написанного и сказанного.
Массмедиа новейшего времени пережили сущностную трансформацию. От классической конструкции «Кто? Что? Где? Когда?», когда главной задачей и целью прессы было информирование о произошедших событиях, журналистика перешла к пропаганде, превратившись из инструмента массовой информации в инструмент политической борьбы. Завершило этот системный переход стремительное развитие Facebook и Twitter, алгоритмы которых легко превращали любой даже самый абсурдный слух в новую реальность.
Привычку к жизни в искаженном медийном пространстве прежде всего формируют фейковые истории о всевозможных селебрити, которые разводятся и умирают по несколько раз на дню. И это, пожалуй, еще вполне себе невинное упражнение недобросовестных авторов недобросовестных СМИ.
Хотя такие новости наносят героям публикаций моральный ущерб, они не угрожают массовыми сдвигами и могут считаться терпимыми издержками славы. Даже будучи уверенными в том, что там нет ни слова правды, люди снова и снова открывают подобные статьи. Именно для этого служат громкие заголовки, которые сами по себе есть и суть, и послание.
Дмитрий вспомнил волну сообщений об одной из северных европейских стран о выплате пяти тысяч евро каждому мигранту, который женится на местной. Задачей такого фейка было дестабилизировать ситуацию в стране с одной стороны через увеличение потока нежелательных беженцев, с другой – через возможную панику внутри, поскольку матримониальные устремления мигрантов могли привести к вспышке насилия.
Дмитрий вернулся к реальности. Кто-то явно очень хотел переключить внимание людей с албанцев на россиян. И оказывал несомненное давление на правоохранителей.
Он спустился в ресторан, взял традиционный итальянский бриошь, выпил чашку отличного кофе. Настроение улучшалось.
Пора ехать. Умберто Дзиани ждал его через тридцать минут.
* * *
Горский опаздывал, но ничего поделать не мог. Утреннее движение было интенсивным, а античные улицы узкими. Думаю, Умберто на меня не обидится.
Наконец он добрался. Начальник полиции ждал.