Владимир Андриенко – Странствия «Немезиды»: Вирус (страница 4)

–Это очень странно,– пробормотал доктор Тим. – Я никогда не слышал о таком в гуманоидном секторе Галактики. Но нечто подобное происходило лет 50 назад в секторе ксеноморфов. На одной из малозаселенных илинийских планет произошла странная эпидемия с аналогичными симптомами. Кажется, тогда местные аранхи – вы знаете об их способности к изменению формы – раздули вокруг болезни довольно много шума. У их пациентов болезнь менялась три или четыре раза. В числе наиболее страшных для аранхов симптомов было поражение вирусом периферической нервной системы, что вызывало блокировку преображающих процессов. Правда, насколько я помню, кого-то из больных удалось спасти.

–Вы совершенно правы, доктор Тим, – утвердительно кивнула Диана. – Этот случай имел место 56 лет назад на планете Радакет илинийского скопления. Но сопоставлять его с «космической чумой» у нас не решились, учитывая разницу в строении организмов аранхов, населяющих Илинийские планеты и людей ЗФЗ, Утремера и Бейда.

– Однако если вирус абсолютно не изучен и наши ученые просто не знают его природы, то аналогию провести стоило. Неужели я не прав?

– Вы совершенно правы, доктор Тим, – кивнула ему Диана. – Но вирус названный «космической чумой» проявлялся слишком редко, и работать над ним было крайне мало возможностей. Кроме этих трех случаев подобное официально нигде не зафиксировано. В первый раз погибло три человека, во второй раз пять человек. Но на звездолете с Бейда заразился весь экипаж. Все 105 человек умерли. И снова наши изыскания ничего не дали. Похоже, вирус оставил нам послание.

– Послание? – удивился врач. – Вы верно выразились, мисс Ли?

– Да, доктор. Вирус бросил нам вызов. И уже появились дельцы, которые готовы поиграть с этим существом, рассчитывая нажить себе состояние, использовав его в деле создания нового бактериологического оружия. Но они не понимают, как это опасно. Правительству и службе разведки стало известно о планах человека по имени Дуст с одной из планет системы Бейда сектора Эйяла. Он давно на подозрении, но этого человека долгое время считали умственно отсталым и потому неопасным. Вот почему чиновники только посмеивались, когда какой-то богатый безумец взялся строить звездолет по его проекту. Но представьте себе – это судно было построено на далекой планете Мункайд и успешно прошло все испытания на стендовом полигоне. И есть подозрения, что этот корабль специально создан и оборудован как биологическая лаборатория по обнаружению и извлечению опасных вирусов из космического пространства.

– И что это значит, мисс? – спросил Монего.

– А то, Дуст и его странный, если не сказать больше, корабль под названием «Пандора» могли найти штамм вируса «космической чумы» и сейчас активно изучают его и, возможно, готовятся использовать. Но вирус на этот раз, может быть, и сам решил использовать Дуста и атаковать нашу систему. И вы сами понимаете, чем это грозит. Наш вид может быть уничтожен в системе Бейда, а затем и повсеместно. Вот почему я получила указания ничего от вас не скрывать. Вы должны знать, на что идете.

– А этот мистер Дуст контролирует вирус? – поинтересовался Монего.

– Скорее наоборот. Вирус контролирует Дуста, – был ответ.

– Но если этот вирус так «умен» и «хитер», то есть ли у нас шанс нейтрализовать его? – спросил доктор Тим. – Да и не готово наше судно для такой работы. Необходимо специальное оборудование и…

–Все необходимое оборудование имел полицейский катер номер 1497. И где он сейчас? – Диана вызывающе посмотрела на доктора.

–Вы хотите сказать, что вирус, или тот, кто им управляет, знает какое судно идет на его поиски и принимает соответствующие меры? Он не хочет отдавать свою тайну?

–Может быть, всё происходит именно так, как вы говорите, а может быть, и нет. Но меры предосторожности лишними не будут, и наш спасательный корабль вызовет наименьшее число подозрений. У нас нет ни оборудования, ни специально подготовленной команды, поэтому есть шанс победить. Мы просто спасатели и делаем свою обычную работу.

– Мне странно слушать все это, мисс Ли. Неужели вы всерьез полагаете, что вирус может быть мыслящим существом? – доктор Тим не слишком поверил рассказу Дианы и посчитал эту историю с вирусом вымыслом, дабы скрыть истинные цели их экспедиции.

– Нам это и предстоит выяснить. Но главная ваша задача, господа, это спасать людские жизни. Ведь именно для этого и существует спасательная служба на Бейде, не так ли?

– Именно для этого, мисс Ли, – подтвердил Адамович, желая прекратить ненужную никому дискуссию между доктором Тимом и Дианой. – И мой экипаж готов для выполнения своей работы. В штате «Немезиды» только опытные и верные своему долгу космолетчики и спасатели.

– Я слышала о вашем экипаже только хорошее, капитан Адамович.

– Уверен, что теперь вы сумеете в этом убедиться на деле.

Глава 2

Силуэт «Пандоры».

Капитан Джим Ханнер сидел, повернувшись лицом к огромному светящемуся экрану, где плавно и величественно, никуда не торопясь, проплывали мириады крошечных, неразличимых невооруженным глазом частиц, сливавшихся в единое поле.

–Внимание! – прокричал он, и его голос, многократно усиленный, разнесся по всем отсекам космического корабля. – Полная готовность! Мы входим в пылевое облако!

Крепко сбитая высокая фигура капитана возвышалась над пультом управления. Суровое, будто высеченное из камня, лицо Ханнера не выдавало никаких эмоций; он, казалось, целиком и полностью сосредоточился над поставленной задачей.

В затылок Ханнеру дышали второй пилот и штурман, которые, не отрываясь, следили за каждым движением капитана. Темно-коричневый загар говорил, что они оба уже не первый год проводят в космосе, и их кожа привыкла к жесткому неэкранированному излучению горячих звезд.

Матиз, служивший на этом корабле в должности второго пилота, не отличался изяществом фигуры. Он был невысокого роста, плечистым, но уже начавшим раздаваться вширь. Штурман Занеф почти противоположность Матизу – сухощавый и жилистый, со скуластым лицом; бритая голова и туго натянутая кожа придавали ему внешнее зловещее сходство со случайно ожившим черепом.

Чуть дальше в гидрокресле сидел, небрежно развалясь, мистер Дуст, джентльмен весьма плотной комплекции с одутловатыми щеками, из-за которых едва проглядывали щелки глаз. Собственно корабль был его родным детищем, а он – его конструктором.

–Мистер Дуст, вы уверены, что обшивка выдержит метеоритную атаку? – спросил тихо второй пилот Матиз.

–Так же, как в самом себе! Корабль успешно прошел испытания на стендовом полигоне Мункайда. Не вижу причин, почему он должен сплоховать именно сегодня.

–Первый блок готов! – донеслось из динамика.

–Второй готов!

Затем доложили о готовности оставшиеся три блока, и Ханнер вновь включил громкую связь:

–Всем отсекам: «Пандора» входит в облако. Включить рассеивающие поля!

Капитан сам набрал на клавиатуре код защитного поля главного отсека.

Громадная машина, пожалуй, самая большая из тех, которой Джиму приходилось командовать в своей жизни, звездолет особой конструкции «Пандора», врезался в нестройные ряды мельчайших космических частиц, отталкивая их прочь от своей и без того достаточно мощной брони-обшивки. Корабль был похож на спрута, выпроставшего свои коварные щупальца – пять блоков, соединенных с центральным корпусом при помощи сравнительно узких переходников, – в стаю беспомощных коралловых рыбок.

–Включить направляющее поле и открыть ловушки! – прогремел голос Ханнера.

В раскрытые чрева блоков широким потоком устремилась пыль, до тех пор хаотично болтавшаяся в пространстве. Теперь после соответствующей обработки ей предстояло превратиться в столь ценимое человечеством сырье для космических заводов – химические элементы в их чистом почти первозданном виде. Такой поразительной чистоты можно было добиться только в условиях вакуума или близких к нему.

Правда, эта масса таила в себе и немалую угрозу: сотни кораблей, попадавших ранее в пылевые облака, получали серьезные повреждения корпуса, пробитого непомерно разогнавшимися метеоритами, и сквозь эти пробоины к ним внутрь врывались смертоносные потоки водородных частиц, которые от соприкосновения с кислородом и внезапного разогрева взрывались, не оставляя людям ни единого шанса выжить.

–Если не произойдет разгерметизации….– штурман Занеф не окончил фразу, нервно расстегнув ворот мундира. Все и так достаточно хорошо понимали, что если корабль не выдержит перенапряжения от этих множественных полей, то сожалеть уже будет не о чем, да и не кому.

–Не произойдет,– отозвался Дуст, – мое присутствие на борту – самая верная гарантия безопасности.

Из всех, кто находился в рубке, только сам конструктор «Пандоры» пребывал в раскрепощенном и вполне уравновешенном состоянии, словно его, в самом деле, не страшили те неисчислимые количества маленьких астероидов, проносящихся за бортом звездолета с сумасшедшей скоростью.

–Ловушки наполнены на 80 %,– поступило сообщение из блоков.

–Выключить направляющее поле! Закрыть ловушки!

Ханнер повернулся к товарищам по экипажу:

–Перегрузка слишком опасна. Не будем рисковать понапрасну – для первого раза хватит.

Голос капитана производил впечатление абсолютно ледяного спокойствия, хотя, когда Ханнер вернулся к экрану, то на лбу у него проступили едва заметные капельки пота. Да, у него тоже нервы не были сделаны из железа, и эта масса астероидов пусть даже очень мелких навевала на него чувство благоговейного трепета – это была неведомая до сих пор сила, сила, которую он – капитан Ханнер собирался подчинить своей воле.