Владимир Андрианов – Сокровища замка Руппин. Приключенческий роман (страница 6)

До совершеннолетия опекуном Вихманна I был назначен архиепископ Ха́фельбе́ргский Йоханн фон Шла́брендорф. Отягощённый заботами об архиепископстве, он относился к своим обязанностям формально. Это очень не нравилось бабушке Вихманна. Женщина гордая и властная, она постоянно была рядом с внуком и окружила его заботой и вниманием. Однако тот вскоре захотел избавиться от давлеющего над ним бабушкиного авторитета и от порой весьма чрезмерной заботы о нём.

В 1520 году умер опекун Вихманна, епископ Хафельбергский Йоханн фон Шлабрендорф, и семнадцатилетнего юношу его сюзере́н³⁴, курфюрст³⁵ Бранденбургский Йоахим I по прозвищу Нестор³⁶ объявил совершеннолетним. Теперь юный Вихманн I, граф фон Линдов-Руппин, мог самостоятельно распоряжаться солидным наследством, доставшимся от отца. Тут же Вихманн назначил своим советником и поверенным³⁷ графа Ганса фон Ци́тен цу Ви́льдберг. И хотя тот всеми силами пытался удержать юного графа от лишних трат, дорогие подарки любовницам, бесконечные ба́лы, пиры и пышные выезды на охоту вскоре значительно опустошили его казну. Единственное, к чему этот мот и транжи́ра не прикасался, а потому и сберёг в полной целости и сохранности, так это большой кованый сундук, с драгоценностями рода фон Линдов-Руппин. Хранился он в подземелье замка, в тайной комнате, попасть в которую можно было только из графской спальни. Как туда пробраться знал лишь Вихманн. Раз в месяц он спускался в сокровищницу, чтобы положить в сундук очередную партию драгоценностей…

…17 января 1524 года курфюрст Бранденбургский Йоахим I Нестор, пригласил Вихманна I, графа фон Линдов-Руппин в Берлин на свадьбу своей дочери, принцессы Бранденбургской Анны, и А́льбрехта VII, герцога Мекленбу́ргского, по прозвищу «Краса́вец». Сле́дуя устоявшейся веками традиции, Вихманн преподнёс именитой паре дорогие подарки: жениху – боевого коня знаменитой голштинской³⁸ породы, а невесте – массивное золотое колье с крупными индийскими изумрудами. Анна и Альбрехт были безмерно счастливы получить эти подарки, достойные королей. Но такая шедрость окончательно разорила Вихманна и он был вынужден поручить своему пове́ренному, графу Гансу фон Ци́тен цу Ви́льдберг заложить почти половину родовых владений, насчитывавших более 70 городов и сёл, а остальную часть продать.

На свадьбе герцога Мекленбургского, длившейся целую неделю, Вихманн заразился оспой. Вернувшись домой, он отправился на охоту, во время которой вдруг почувствовал сильную слабость, и упал бы с лошади, если бы во́время рядом не оказался верный слуга и телохранитель Ма́нфред Кра́йпс. Он отвёз графа в замок, уложил в постель и хотел было послать за врачом, но домочадцы решили, что у Вихманна неопасная простуда, и врач тут не нужен. Да и ехать за ним пришлось бы в Берлин, до которого по заснеженным дорогам два дня пути. Лечили графа народными сре́дствами, поя́ его горячим вином и мёдом, что ни в коем случае при оспе делать нельзя. Состояние Вихманна резко ухудшилось, и 26 февраля 1524 года, почувствовав приближение смерти, граф позвал своего поверенного, графа Ганса фон Ци́тена цу Ви́льдберг, составить завещание. Когда тот расположился за небольшим столиком у изголовья кровати больного и был готов писать, Вихманн, стал диктовать едва слышным голосом:

– Все деньги, скот, зерно, а также мебель, золотую и серебряную посуду, меховые шубы и постельные принадлежности, я завещаю бабушке Анне Якобине и сёстрам моим, Аполлонии и Анне, по́ровну… – Граф сделал паузу, с шумом втягивая ртом воздух. И в этот момент Ганс фон Цитен цу Вильдберг спросил:

– Кому Ваше Сиятельство оставляет землю и людей?

– Курфюрсту Бранденбургскому! Так я решил! – ответил Вихманн.

Подписав завещание, он заверил его своей печатью и, обессиленно откинувшись на подушки, задремал. Увидев это, все родственники покинули спальню в надежде, что дело пошло на поправку. Возле больного осталась только его старая бабушка Анна Якоби́на – графиня фон Што́льберг цу Ве́рнигеро́де, да преданный слуга Манфред Крайпс.

В воскресенье, 28 февраля 1524 года самочувстие Вихманна резко ухудшилось. Весь день он метался в сильном жару и бредил, а поздним вечером вдруг приподнялся с подушек, пытаясь сесть, но закашлялся и упал на постель. По телу больного пробежала су́дорога, глаза закрылись и он затих. Последний граф фон Линдов-Руппин был мёртв.

Стоявшие у его кровати сёстры Анна и Аполлония плакали навзрыд, а бабушка Анна Якобина тихо причитала:

– О, Боже, моё дорогое дитя! Зачем стою я здесь? И почему не я, а ты в роду́ последний?!..

…В ту же ночь Вихманна I, графа фон Линдов-Руппин, из замка, расположенного в Альт Руппи́не, отвезли в город Но́йруппи́н, где и похоронили в цистерцианском³⁹ монастыре, построенном ещё в 1246 году предком Вихманна – Гебхардом фон Арнштайном, первым графом фон Руппин, родоначальником графов фон Линдов-Руппин.

Три дня спустя после похорон Вихманна в замок Руппин прибыл курфюрст Бранденбургский Йоахим I Нестор и привёл графов Линдов-Руппин и их подданных к присяге на верность. Затем он представил губернатора графства Руппин – Ма́ттиаса фон О́ппена, который объявил:

– Ваши сиятельства, графини Анна Якобина фон Штольберг цу Вернигероде, Аполлония фон Линдов-Руппин и Анна фон Линдов-Руппин, а также и Ваша милость барон фон Геро́льдзек! – новоиспечённый губернатор глянул на их хмурые и напряжённые лица и продолжил: – Их Светлость, курфюрст Бранденбургский постановили, что отныне вы уже не являетесь владельцами земель, лесов, лугов, мельниц, городов и сёл, а также замка Руппин. Они переходят в собственность курфюршества Бранденбург. В само́м замке размести́тся канцелярия губернатора. А посему Вам надлежит сегодня же покинуть замок…

…На закате дня, когда солнце уже опускалось за верхушками дерев ближнего леса, из ворот замка выехал поезд, состоявший из двух карет и четырёх возо́в – графини Анна Якобина, Аполлония и её сестра Анна навсегда покидали своё родовое гнездо, служившее домом для многих поколений графов фон Арнштайн и фон Линдов-Руппин. Все молчали. Каждый думал о своём. И никто даже не подозревал, что семья Гогенцоллернов, к которой принадлежал курфюрст Йоахим I Нестор, уже добавила к своим многочисленным титулам и именам титул «Графы Руппин».

А в это время губернатор Ма́ттиас фон О́ппен, знавший о сокровищах Вихманна, дал команду своим людям допросить слуг покойного, а также обыскать каждый уголок замка, чтобы найти сундук с драгоценностями рода Арнштайн-Линдов-Руппин. Но тщательные поиски результатов не́ дали: заветный сундук так и не́ был на́йден…

…К началу ХХ века от замка Руппин остались одни руины, поросшие густой травой. Виной тому были войны, пожары и разорение. Казалось, история замка Руппин и его сокровищ закончилась. Однако она имела продолжение…

Глава 5. Trinke Bier, und wirst du dick, sag’ nur nicht für Politik! (Пей пиво и будешь толстым, только не говори о политике! (немецкая поговорка)

Германия, земля Бранденбург, Альт-Руппин,

30 апреля 1945 года

К вечеру небо покрылось тучами и вскоре беззвёздная ночь опустилась на землю. Было наредкость темно. С Руппинер Зее тянуло сыростью и холодом. Зябко поёживаясь, обер-фельдфебель Ру́дольф За́альбах по́днял воротник кителя, застегнул его на верхнюю пуговицу, и прислушался. Вокруг стояла тишина. Только лёгкое журчание вод реки Рин, бежавшей под мостом, да слабые дуновения ветра, едва шевелившие листву старых лип, дубов и ветви елей, нарушали ночной покой. Рудольфу страшно хотелось только одного – побыстрее отдежурить смену в карауле и лечь спать. Он уже и не помнил, когда в последний раз отдыхал нормально. Целый месяц их 3-я Дивизия Морской Пехоты под командованием генерал-майора Фри́тца Фулльриеде, ведя непрерывные оборонительные бои, отступает под натиском превосходящих сил 61-й Армии генерал-полковника Павла Белова из состава Первого Белорусского Фронта под командованием маршала Георгия Жукова. Потеряв в сражениях за Эберсвальде, Лёвенбург, и Ли́ндов более половины личного состава, дивизия совершила многокилометровый марш-бросок и заняла́ позиции в Альт Руппине. Здесь 9-й полк, в котором Рудольф Заальбах командовал взводом, охранял мост через реку Рин. Если русские его захватят, путь в Нойруппин и на Запад им будет открыт…

Рудольф проверил посты. Его бойцы несли службу исправно. Их хорошо замаскированные пулемётные точки были разбросаны вдоль берега Рина, слева и справа от моста. С тыла позиции прикрывал 234-й артиллерийский полк. А сапёрная рота заминировала опоры моста и была готова взорвать его в любой момент при явной угрозе захвата противником. То, что русские любой ценой постараются овладеть мостом, Рудольф нисколько не сомневался. Он был опытным воином, побывавшим во многих боях, где вверенный ему взвод успешно отбивал атаки русских, не давая им возможности перекрыть спасительный для выхода окружённого врагом полка коридор. Но сегодня обер-фельдфебелю Заальбаху стало предельно ясно: Альт Руппин удержать не удастся и жалкие остатки дивизии будут полностью уничтожены. А умирать ему вовсе не хотелось. Это не входило в его планы – геройская смерть в бою Германию не спасёт. Надо сохранить жизнь и поберечь силы для её возрождения…