Владимир Андрейко – СССР против СЕКСА часть 1 (страница 7)
– Тихо ты. Это для нашего Васи, негр просто наследственный признак, а для этих чернокожих такое название является оскорблением. А те белые целуют им ноги, извиняясь за то, что когда-то называли их неграми.
– А зачем?
– А вот тут все не так просто и смешно, как вам может показаться. В СССР каки образом люди могут перемещаться по космосу, и вообще давать жизнь и энергию многим изобретениям и механизмам?
– Известно как, – встрял Матвей, как наиболее эрудированный среди их компании, хотя это знание ребята получали, еще будучи октябрятами, – с помощью коллективного разума. СССР потому так и называется, что мы сумели объединить свои разумы, что возможно только при социалистическом строе, и теперь наше общество общим усилием излучает некое пси-поле, которое позволяет выйти на другой уровень физических законов, мышления и исчисления. Принято считать, что в обычном пространстве, этого можно было бы достичь, развив квантовую механику до восьмой степени. Но для этого, несмотря на современные технологии, необходимо было бы создать компьютер, размером примерно с Луну.
– А вот и нет! – встрял Генка. – Я до второй степени собираю в сарае, и пока только половину занял.
– Балбес, все без тебя уже давно просчитано, у меня надо было спрашивать. Вечно ты Генка сначала делаешь, а потом ноешь, почему не получается.
– Да тихо вы! – это уже встряла Анка. – Интересно же! Баба Марка, расскажи дальше.
Марка улыбнулась Анке и продолжила:
– В упрощенной версии Матвей все правильно рассказал. Так вот, если говорить поверхностно, то чем социализм отличается от капитализма? При социализме все общее, а при капитализме каждый сам по себе, и работает на себя. Вот им наш метод и не подходит. Насколько знаю, от идеи квантового компьютера Америка не отказалась, и где-то его строит. Но все это сильно затратно. Поэтому, украв у нас идею пси-поля, Европа пошла по другому пути. Они создают его индивидуально. Ну так они внушили себе. Типа они волшебниками что ли считают себя, и придумали разные магические технологии. Главная из них это выход в некий транс для сбора мировой энергии. Вот вам как раз два типичных примера. Одни ноги целуют, другие не только шокируют своей внешностью, но и хмм, своей семейной жизнью, мяго выражаясь. Этим они накапливают энергию для старта. Если вы еще посмотрите вокруг, то много чего интересного увидите. Правда наиболее благоразумные делают это не на виду у всех, но в Европе есть теория, что публично можно собрать энергии для пси-поля больше.
– Марка, ты сама в это веришь? – засмеялся Вихрь.
– Нет конечно, – подхватила его смех Марка, – это они так думают. А я доподлинно знаю в чем тут дело.
– В чем? – хором спросили юнги, а старшие тоже напрягли слух, внимательно прислушиваясь к мнению одного из самых опытных и авторитетных ученых по исследованию космического пространства.
– Своим идиотским поведением они смешат Асуров, а те за это открывают им свои дороги, предоставляя возможность двигаться по ним. Молча. Не ставя их в известность. Вот и все. Только никому в СЕКСА не говорите об этом. Во-первых, не поверят, а во-вторых, постараются поколотить.
На некоторое время все замолкли, переваривая сказанное, и продвигаясь в очереди. Один Пьеро вертел головой, и довертелся:
– Баб Марка, а вот те две группы почему в камуфляже?
– Не знаю, я не военный специалист, тут тебе скорее Герасим поможет.
Герасим присмотрелся:
– Аа, так это финны и эстонцы, к хренам, – выдал он и замолчал, как будто всем все стало ясно.
– И что? – спросил Пьеро.
– Одно из самых малочисленных обществ в человеческой цивилизации.
– Они что все крутые военные?
– Да какие, к хренам, крутые и военные. Так прослойка между СССР И Европой. Как-то так получается, что они всегда остаются на границе между нашими обществами. И всегда голосуют за войну.
– Так и чем они знамениты, раз все о них знают?
– Да только тем и знамениты, что живут на границе СССР. Если бы не это, то никто их коровами и молоком никогда в жизни не заинтересовался, особенно их друзья в Европе.
– А это что? – у Пашки после посещения регистрации, скорее всего должен был образоваться вывих челюсти, настолько часто и широко он ее разевал.
– Все, Пашка, закрывай глаза! – скомандовала Мария Павловна. – Это уже совсем непотребство, гадить посреди общественного места! Тьфу, погань! Куда только местная администрация смотрит?!
Глава третья
Вся команда в полной боевой готовности, облаченная в походную униформу черного цвета с серебряным отливом, была вновь на главной палубе, окружив капитанский мостик, который по такому случаю капитан сравнял с полом, убрал кресла, а центральный пульт превратил в круглый стол, на котором сейчас лежало девять конвертов.
До старта регаты оставался ровно час, и чемоданчик с инструкциями, который каждая команда участников получала при регистрации заявки на гонку, только что с тихим звоном раскрылся, явив зрителям россыпь прямоугольных конвертов.
До всех участников были доведены окончательные условия состязаний:
Для прибытия на финишную планету Сюр каждой команде необходимо набрать десять баллов. Баллы можно заработать как простым путем, посещая контрольные вехи, которых было всего девять, так и более сложным – добывая там некие символы, за которые можно было получить дополнительный бал. Более подробная информация об этом находилась внутри конвертов. То есть побывать в девяти системах было недостаточно, нужно было, как минимум, на одной из них раздобыть символ. Сюр становилась финишной планетой для тех кто набрал десять баллов.
Команды были свободны в выборе очередности посещения систем и планет следования. А так же за ними оставалось право выбора – следовать ли дальше, до следующей контрольной точки, или потратить время на добычу символа системы. Тут были свои плюсы и минусы. С одной стороны – был риск, что символ добыть не удастся, и тогда это становилось пустой тратой времени, и как следствие отставание от других участников регаты, но с другой стороны, наоборот, с каждым добытым символом, уменьшалось количество контрольных точек, что, наоборот, сильно экономило время команде.
Разрешалось вскрывать лишь один конверт, после чего остальные убирались обратно в чемоданчик, до тех пор, пока не будет выполнено задание вскрытого конверта. Вернее не так. Участники были вольны выбрать – отметиться на контрольной точке, и следовать сразу до следующей вехи, и тогда задание на добычу символа пропадало, либо они соглашались остаться в системе, что бы попробовать найти и получить ее символ, и в этом случае новый конверт можно было вскрыть лишь выполнив квест. Если команда, при выполнении задания, понимала, что сделать это не возможно, или потраченные усилия и время неприемлемы для нее, то от этой затеи в любое время можно было отказаться, и получить возможность выбрать новый конверт, с новой контрольной точкой и новым символом в ней.
При любых попытках заглянуть в другие конверты, вся пачка, уничтожалась чемоданчиком, а команда считалась дисквалифицированной.
Собственно чемоданчик был не совсем чемоданчик. Это был одни из представителей расы вычислителей, выступающий в роли наблюдателя и судьи у каждой из команд.
– Ну что, какие мнения по поводу того куда направиться в первую очередь?
Капитан окинул взглядом собравшихся, предоставляя им возможность высказаться.
На каждом конверте была напечатана минимальная информацию о пункте назначения. Координаты системы, общегалактическое название. Часть систем было известны, часть нет. На некоторых было напечатано название планеты, на некоторых некие символы.
Один из таких конвертов привлек внимание Марки. Она покрутила его в руках, и постучала согнутой костяшкой указательного пальца по чемоданчику.
– Это то, что я думаю? – обратилась она к нему.
– Я не знаю, о чем ты думаешь, человек, – отозвался чемодан механическим голосом.
– Ну, ну…
Марка ткнула ногтем в координаты, и вопросительно посмотрела на Вихря. Тот отрицательно покачал головой.
– Знакомые координаты, – протянул штурман Туман, прикидывая что-то в голове, – странно, в справочника эта система по другому называется, и мы там еще не бывали.
– Отложим пока в сторону, это точно не для старта.
Генка с интересом посмотрел на изображение. Там был нарисован контур волка.
– Вот здесь я был, к хренам, – пробасил Герасим, – Планета бурь.
– Капитан, и эти места нам знакомы, – добавил Туман, сдвигая два прямоугольника в центр, – Черная дыра в созвездии Оклахома, и Планета цветов – Альфа, в системе Кин-Дза-Дза.
– Товарищ чемодан! А вот это, что за рука? – поднял один из конвертов с изображением контура ладони Пашка.
– Я не товарищ чемодан, – прогнусавил чемодан, – называйте меня Кластер. Это неизвестная человечеству, но скандально известная некоторым другим видам цивилизаций планета. Сейчас там тихо.
Пашка положил этот конверт рядом с конвертом, который отложила Марка.
– Ну, ну… – многозначительно сказал он, и посмотрел на бабушку. Та рассмеялась, и потрепала его по голове.
Оставшиеся четыре конверта остались без комментариев.
– Ну что ж, – подвел итог недолгому совещанию капитан, – думаю начать нужно с какого-то уже известного места, например с Планеты бурь, раз там уже побывал наш следопыт. Что за планета, Герасим?